Спасения нет

Бой не продлился и минуты, оставив после себя вспыхивающее в пространстве облако радиоактивного мусора — каждый обломок выволакивал из неподатливого межзвездного газа хвост мерцающих ионов. Штурмовые крейсеры уже подходили к ковчегу. Навстречу им метнулась вторая волна Избавителей.
За этим столкновением Деллиан следил, сдерживая дрожь. Примененное любой из сторон оружие сейчас угрожало повредить ковчег. Стоило траектории чуть уйти в сторону…
Сильнейшая радиация насыщала поверхность ковчега, добивая уже поврежденный камень. К брызгавшим в пространство очагам лавы добавились каменные обломки.
— Святые, будто на столкновение «Титаника» с айсбергом смотрю, — пожаловался Деллиан. — Заранее знаешь, что утонет, вопрос только — когда?
— Когда мы уйдем, — подал голос Ксанте.
— Ты сперва дойди, — вклинился Джанк.
— Согласно нашей модели, общая целостность ковчега на приличном уровне, — сказала им Тиллиана. — Должен сохранить связность еще три часа.
— Если не возрастет плотность межзвездного газа, — уточнила Элличи. — Усиленное ударное воздействие может ускорить распад структуры.
Деллиан не выдержал:
— Приятно слышать.
— Не волнуйся, — успокоила Тиллиана. — Скрываться уже не приходится, так что мы запустили на цель двенадцать сенсорных сетей. Они оценивают пространство по вашему курсу. Объявится что–то нежелательное, успеем предупредить.
— Так–то лучше, — свысока похвалил Урет.
— Взводу приготовиться, — приказало Кенельм. — Выпускаем первую группу захвата.
Деллиан подозревал, что легчайшая вспышка зависти, которую он ощутил в себе, была бы куда сильнее без успокаивающего действия желез. Как у святой Кандары! Впрочем, он сам напросился сопровождать Финтокса, так что нечего жаловаться, что не попал в передовую абордажную команду. Сейчас он нипочем не мог вспомнить, что дернуло его за язык.
«Морган» сблизился с ковчегом на пятьсот километров и выпустил десантные модули. Их полет состоял из коротких толчков ускорения с промежутками свободного падения: напряжение, перемежаемое скукой. Деллиан наблюдал подход через сенсоры корабля. Ковчег в туманном плаще ударных выбросов надвигался, показывая в подробностях свою оплавленную и разбитую поверхность. Очень похож на «Спасение жизни» — тот каменный астероид, который оликсы более или менее гладко обтесали до сорокадвухкилометрового цилиндра одиннадцати километров в диаметре. Сенсоры «Моргана», опутавшие его двенадцатью паутинными сетями, подтвердили, что внутри расположены четыре крупные полости: три большие — восьми километров в поперечнике, с полной жизни биосферой оликсова «родного мира» в доказательство ползущей от звезды к звезде лжи. Четвертая полость имела диаметр не более четырех километров и вмещала в себя червоточину, связывающую ковчег с вратами анклава. Меньшие пустоты вроде пузырей в камне группировались между большими биосферными: ангары и помещения для жизнеобеспечивающих механизмов, а то и просто гигантские резервуары.
Головной десантный модуль под прикрытием штурмовых крейсеров скользнул в похожие на пещеры отверстия по ободу носовой части ковчега. Весь взвод Деллиана следил, как коллеги высадились из модулей и начали движение по лабиринтам тоннелей между полостями. У них было полтора часа, чтобы добраться до генератора червоточины. Через двадцать минут Ован сообщил, что можно причаливать.
— Пошли, — сказал Деллиан гендесу своего модуля.
Они летели параллельным курсом с пятью другими взводами, имевшими свои задачи. За входной пещерой располагалась большая полукруглая каверна с пятью шлюзовыми дверями шириной в два корабля Избавления. От трех дверей не осталось и следа, две сохранившиеся выбило вбок. Смяты и сдвинуты были и двери на дальнем конце. Деллиан задумался, ударная сила волны тому виной, или сами корабли Избавления вышибли двери, спеша защитить ковчег.
Ангар за разбитыми шлюзами был настолько обширен, что его пол загибался, следуя изгибу ковчега. Здесь было как в лесу: сплетение органических труб на стенах и потолке напомнило Деллиану стволы древних деревьев с растресканной черной корой. Должно быть, они росли тут не одно десятилетие.
 
Большая часть трубок–стволов полопалась, выпустив на мраморный пол маслянистую жидкость, которая теперь весело кипела в вакууме, посылая клочки тумана в зияющие проемы шлюзов. Деллиан насчитал семнадцать разбитых о стены кораблей Избавления. В каждом виднелись прожженные рентгеновскими лазерами штурмовиков дыры — добивали на всякий случай. Три штурмовых крейсера с сотнями вооруженных дронов бдительно патрулировали ангар. Свет здесь давали только широкие лучи их фар.
— Готов? — по отдельному каналу обратился к Финтоксу Деллиан.
— Готов.
Жаль, что нельзя было оценить состояние духа метаваянца, как он оценивал состояние своего взвода — по выброшенным на оптик медицинским данным. Но даже Ирелла не ждала, что ваянцы однажды станут реальностью, так что приходилось полагаться на честность Финтокса. Доверие давалось Деллиану непросто.
Десантный модуль опустился у действующего внутреннего шлюза. Открылась задняя дверь, и боевые когорты взвода, поднявшись из гнезд, выплыли наружу. Среди разрухи в ангаре ядра производили впечатление: осиные тела основы теперь покрылись грозной коростой дополнительных орудийных капсул и реактивных сопел. Ядра, несмотря на лишний груз, с прежним проворством выскользнули из модуля и зашмыгали кругом. Такая игривость наводила на мысль, что мозг мунков, утратив тела, отчасти сохранил радость жизни.
Деллиан поспешно выбрался через боковую эстакаду. На полу ангара под сапогами захрустело, из–под ног разлетелись угли, плеснула липкая жижа.
— Элличи, что ты мне скажешь?
— Монтаксан просматривает данные сенсоров. Передняя часть ковчега сильно повреждена. Тебе надо продвигаться ко второй камере. Пещеры по курсу набиты системами жизнеобеспечения, там должен найтись крупный вход.
— Понял.
Он провел взвод в работающий шлюз с дверью четырехметровой высоты. Взводу Ована было поручено удерживать ангар и участок непосредственно за ним. Люди в скафандрах под прикрытием зависших над ними боевых когорт осматривали самые крупные обломки.
— Живых квинт пока не видели, — сообщил Ован, пока они ждали открытия овальной двери. — Вот тела попадались. Парочку упаковали для отправки на «Морган».
— Где же они прячутся? — спросил Деллиан.
— Внутри. Дроны и головной взвод направляются к первой полости. Скоро разыщут.
Он показал Деллиану большой палец — жест, мало подходящий для бронированной перчатки.
Трое из когорты Деллиана зависли перед шлюзовой дверью, осветив ее мощными лучами. Люди Ована, к удивлению Деллиана, сумели ввести в схему свои ключ–коды. Дверные петли напоминали ему жгуты мышц, сочащиеся жидкостью из капилляров. Но ключи работали, только вот открывалась дверь ужасно медленно.
Его это насторожило.
— Джанк, Урет, Фалар: вы вперед, с каждым по половине когорты. Проверьте, все ли чисто в боковых проходах.
— Все чисто! — возмутился Ован.
— Конечно. — Он доверял Овану, как и другим взводам, но здесь были его люди. А ковчег пришельцев выглядел жуткими дебрями, и святые знают, сколько врагов затаилось в тенях.
Он отправил с Фаларом двоих из собственной когорты. Когда открылась внутренняя дверь, те показали ему улей ходов и мелких камер с помятыми и поломанными сплетениями ветвей, лиан, проводов. Дроны и боевые ядра рассыпались веером, проверяя местность.
Остальной взвод сопровождал Финтокса. Дроны первыми углубились в лабиринт, выискивая широкие проходы по длинной оси ковчега.
— Мы полагаем, вам следует двигаться по проходу СР‑3, — подсказала Тиллиана. — Это, по–видимому, один из главных транспортных путей, тянется по всей длине ковчега — во всяком случае, так было на «Спасении жизни». Если мы не ошибаемся, он выведет вас в зал жизнеобеспечения первой и второй биополости. Монтаксан полагает, что там есть вход.
— Вас понял, — отозвался Деллиан, разглядывая тактическую схему, разраставшуюся на глазах по мере того, как дроны и взводы проникали в глубину ковчега. — Ладно, парни, нам сюда.