Даршан Шри Анандамайи Ма

  
Бхаиджи (Джйотиш Чандра Рой)
 
Даршан Шри Анандамайи Ма
 
ом̇ а̄нандамаййаи намах̣
(Ом. Блаженной — поклонение)
  
БХАИДЖИ (ДЖЙОТИШ ЧАНДРА РОЙ)
 
Родился в 1880 году в Восточной Бенгалии. В возрасте 28 лет был посвящен семейным священником в мантру Шакти. В поисках воплощенной Шакти он посетил несколько паломнических центров, встретился с несколькими провидцами и Махатмами, но его желание встретиться с Шакти, Ма, спасительницей всех, осталось нереализованным. Бхаиджи приехал в Дакку в 1918 году в связи со своей работой.
В конце 1924 года он узнал о Ма, которая жила в коттедже в саду Шахбага. Ему сказали, что Она воздерживается от речи в течение нескольких дней, затем Она делает некоторые йогасаны и говорит некоторое время. В декабре месяце Бхаиджи получил первый даршан Ма и сразу понял, что та, кого он искал все эти дни, была перед ним. В своем дневнике Бхаиджи вспоминает: «В один прекрасный рассвет я отправился в Шахбаг и получил даршан Ма, любезно предоставленный Бхоланатхомджи». Ее спокойное самообладание и взгляд домохозяйки оставили неизгладимый след в сознании Бхаиджи. Отец одного сына и дочери, Бхаиджи жил с женой и детьми в Дакке и работал личным помощником директора сельского хозяйства в имперском правительстве. По обычаю тех дней, Ма, как правило, закрывала лицо частью своего сари. Поэтому Бхаиджи не решался получить свой даршан. Он думал, что пока Она не снимет вуаль и не поманит его, как своего сына, как он сможет выгравировать Её стопы в своем сердце? Прошел почти год, прежде чем Бхаиджи вернулся к Ма. В промежутках он держал себя в курсе событий вокруг Ма. Он также много читал и написал книгу «Садхана» о религии, долге и добрых делах. Один экземпляр он послал Ма. Ма хотела видеть автора. Бхаиджи пришел и прочитал всю книгу перед Ма и Бхоланатхомджи. Ма сказала: «После периода мауны моя речь еще не ясна. Но речь теперь выходит сама по себе — книга хорошо написана. Старайся следовать ей с чистыми мыслями». Бхаиджи чувствовал, как будто он был ребенком, перед своими родителями.
После этой встречи Бхаиджи стал постоянным посетителем Шахбага. 4 января 1927 года Бхаиджи серьезно заболел. Врачи диагностировали у него туберкулез. Доброта и сострадание Ма изливались на него самыми разными способами. Бхоланатх молил Ма о благополучии Бхаиджи. Он положил больного на колени Ма и сказал: «Теперь позаботься о Своем сыне». Бхаиджи выздоровел, для него это стало почти вторым рождением. В течение долгого промежутка времени Ма не давала ему даршана. Бхаиджи сказал: «Боль разлуки исцелила боль моей болезни». В этом контексте Ма сказала: «Чувство беспокойства внутри — это душа всей пуджи и поклонения. Махашакти течет внутри и в стремлениях, лежащих в основе созидания, стабильности и разрушения». В течение года у Бхаиджи произошли заметные изменения в настроении и поведении. Лечащий врач в Калькутте после детального обследования посоветовал ему отдохнуть и переодеться. Соответственно, Бхаиджи провел некоторое время в Чунаре, недалеко от Виндхьячала в штате Уттар-Прадеш. Отдыхая там в октябре 1927 года, Бхаиджи отправил из Чунара посылку для почитателей Ма в Дакке. Прилагаемое письмо требовало, чтобы посылка была вскрыта с благоговением, так как в посылке содержалось нечто благоприятное, чему будут поклоняться в отсутствие Ма. Это оказались следы Ма на мраморной плите, которые Бхаиджи собрал во время своего пребывания в Чунаре. Первоначально в Рамана ашраме в Дакке, а затем в Каши ашраме, этим следам поклоняются.
 
Сообщается, что Ма выразительно сказала: «В ближайшие шесть-восемь лет с Бхаиджи ничего не случится. С этими словами уверенность Бхаиджи возродилась, и он вернулся к своим служебным обязанностям. В первый же день его возвращения Бхоланатх и Ма сопровождали его в кабинет. Господин Финли, руководитель Бхаиджи, спросил его: «Как ты мог выздороветь от этой ужасной болезни?» Бхаиджи быстро сказал: «Это по милости Матаджи, которая живет в Рамана ашраме, хотя врачи сделали всё возможное, но Ее доброта, сострадание и забота обо мне закрепили это в мою пользу». Господин Финли сказал, что в их стране такое случается. Как только он вернулся в свою контору на работу, Бхаиджи постепенно завершает свою обязанность, как семейного человека. Вскоре он выдал замуж свою дочь. Баба Бхоланатх очень любил Бхаиджи. Он так верил в Бхаиджи, что много раз, когда Ма отправлялась в неизвестные места, он просил Бхаиджи сопровождать Ее.
В первые дни преданность Бхаиджи Ма привела к сочинению одной песни — «Песни помешанного» (Паглер Гит): Ма выслушала эту песню и сказала: «Вселенная полна экстазов, все творения отражают их. Если ты сможешь просветить себя всем этим, ты поймешь, что лилы повсюду во вселенной одинаковы. Люди ищут удовлетворения в отсутствии этой ‘бхавы’ и остаются в неведении о подлинной истине жизни». Бхаиджи написал много таких песен в честь Ма и представил сборник под названием «Шри Чарано Маин», посвященный Ей. Однажды, когда Ма сидела в Сиддхешвари в окружении нескольких почитателей, Ма внезапно попросила Бхаиджи спеть песню помешанного. С таким количеством людей вокруг, Бхаиджи колебался. Ма засмеялась и сказала: «Он только написал эту песню, но не может быть помешаныым». Слова Ма пронзили Бхаиджи. Затем он запел песню от всего сердца.
Когда в Дакке увеличилось количество почитателей, Бхаиджи организовал ежедневный киртан. В Рамана ашраме стотры, которые исходили из уст Шри Ма, пели в строфах. В 1931 году, во время аналогичного концерта, Ма прервала его и сказала, что стотра неполная. Была ли у него какая-то альтернатива? По внутреннему вдохновению Шри Ма однажды в 3 часа ночи Бхаиджи проснулся и спонтанно написал песню «Джай Хридай Басини». С тех пор эту песню ежедневно поют в ашрамах Ма. Почитатели Ма хорошо знают эту трогательную для сердца песню. Однажды Бхаиджи спросил Ма: «Ма, кто ты?» Ма засмеялась и сказала: «Это тело всегда одно и то же. Каким оно было в прошлом, тем же самым оно является и таким же останется в будущем. Это тело присутствует в любой форме, которую почитатели хотели бы видеть. Почему вы не думаете, что это тело — результат ваших молитв? Вы, люди, хотели и получили это тело. Только это знание существенно. Но вы все должны знать, что это тело появилось не для того, чтобы приносить плоды прошлого. Вы должны понять, что это тело — совокупность различных экстазов».
С 26 января 1927 года Бхаиджи начал традицию киртана каждую субботу. Киртан молился Хари не меньше, чем Ма. Позже, во время ежедневных декламаций киртана, Бхаиджи сделал ритуалом пение песен в честь Ма. Это было началом близости Бхаиджи к воплощенному Богу — Шри Ма. Всё это началось в Шахбаге. В своей книге «Даршан Шри Анандамайи Ма» Бхаиджи пишет: «После того, как Камалаканта присоединился к нам, я попросил его использовать ‘Ма’ Наам в киртане. Потому что я думал, что если бы мы были посвящены Ей, "Ма Наам" добавило бы красоты сольному концерту; Ма — это изначальный слог, произносимый каждым человеком во всем мире ежедневно. Поэтому киртаны как молитва Ма должны быть нашим естественным легким упражнением в садхане».
Как-то раз Бхаиджи отправился в Шахбаг со своим другом Ниранджаном. Оба были серьезными людьми и не очень любили киртан. Ма попросила тех, кто пропустил вечерний киртан, сделать это сейчас. Внезапно Ма сказала: «Сегодня суббота, почему бы не сделать киртан вместе на ночь?» После этого Ниранджан некоторое время участвовал в киртане и ушел. Остался только Бхаиджи, который провел всю ночь в киртане. В ранние часы Ма прекрасно пела «Хари, Хари, Хари бол». Бхаиджи был тронут этим переживанием и понял, что киртан — это не что иное, как любое другое упражнение садханы. Ма дала Бхаиджи свою золотую цепочку, чтобы он носил ее как священную нить поперек своего сердца. Благодаря этому в жизни Бхаиджи произошло много перемен. Он сам начал готовить себе еду и выработал множество привычек благочестивого брамина. Получив золотую цепь, Бхаиджи пожелал носить настоящую священную нить. Надев её, он начал выполнять ежедневную пуджу с помощью брамина-священника. Во всех его решениях, мыслях и мечтах всегда присутствовала Ма. Он упомянул в своей книге несколько подобных случаев. В конце 1929 года в течение почти трех лет Бхаиджи посещал Ма очень рано утром для Ее даршана. Он просынался перед рассветом, чтобы закончить работу по дому. Если он уходил очень рано, то обходил Раману или ложился и ждал на ступенях Рамана Калибари. В 5 часов он отправлялся в ашрам и возвращался только в 10–11 часов, проведя много времени с Шри Ма. Ма не всегда могла говорить, так как часто воздерживалась от речи. Однажды старый почитатель сказал, что ‘приходит не к Ма, а к этому теленку (Бхаиджи), который приходит к тебе каждый день, независимо от дождя, холода или невыносимой жары, и гуляет с тобой — я наслаждаюсь, наблюдая за ним’.