В поисках своей судьбы (СИ)

- Доказательств нет, но я говорю правду, - заупрямился я, усаживаясь на место Шона. – Серого помнишь? – обратился я к Алифу. - Он не тот, за кого себя выдает. Я собственными глазами видел: он ввел меня в транс. Боже, я не знаю, как вам это объяснить, но он знает, где находится Эланиэль и готов поделиться с нами этой информацией.
- Тот серый – это тот, кого треснула рыжик по голове после родов? – подозрительно уточнил Шон.
Я кивнул в ответ.
- Ну, ты и скотина, однако, - процедил Шон. – Скажи, ты хоть капельку любил ее?
А вот нечего давить на меня, я и сам знаю, что не божий одуванчик. – Да, - неохотно выдавил из себя.
Мужчины дураками не были и быстрее меня сообразили, что серый, что-то попросил взамен. Им неинтересно было, кто он, главное появился свет в конце туннеля. Минициклов десять я распинался перед ними, пока не закончил, а Алиф и Шон как громом сраженные, хлопали глазами.
- Ты понимаешь, о чем просишь? – спокойно Шон спросил. - Мы должны поверить тебе. Тому, кто оставил нас и маленького ребенка в трудную минуту. Тому, кто просит соединить жизнь этого ребенка с неизвестным существом. Опять  же ты, скрывающий от нас не одну тайну, полагаешься на какие-то нелепые мысли, приводя неубедительные доводы. Почему мы должны верить тебе?
- Потому что у вас нет выбора, и потому что вы оба любите Эланиэль, - печально я вздохнул, понимая, что приложил все усилия, насколько смог и теперь больше от Шона зависит окончательный ответ, поскольку Алиф, судя по нахмуренным бровям, уже согласился.
- Мне надо подумать, - после долгих размышлений выдал он. – Можешь остаться и спать здесь на коврике, - больше ни слова не сказав, он ушел в детскую спальню.
- Эх, и намутил ты дел, - Алиф вытянул ноги вперед, закидывая руки за голову и съезжая телом чуть вниз. – Я никогда не знал, что значит привязываться к кому-либо, и только потеряв ЕЕ, понял, что был не прав, убегая от всех проблем. Но мне было проще, поскольку мирмики не способны любить кого-то еще кроме себя.
- Ты такой же мирмик, как я Бог, - выдал я ему и тот закашлялся от моих слов. – Ты бракованный товарищ. Я проводил анализы и понял, почему твой отец сбежал с твоей матерью. Ты, наверное, и не знаешь, что ее раса была доминирующей. Амазонка с планеты Каллисто, подавила гены твоего отца. Но самый прикол состоит в том, что, даже попробовав кровь, ты никогда не подсядешь на нее и не озвереешь, как твои предки. А вот наша дочурка еще тот феномен. С точностью до наоборот, рожденная и получившаяся женским полом, но при этом вкусившая запретной жидкости, - это адская смесь и, как она выльется в последующем, я просто боюсь спрогнозировать.
Алиф слушал меня с открытым ртом, а мне стало легче, что я себе устроил сегодня исповедальный день и начал делиться сокровенными тайнами. Тяжело нести никому ненужное бремя.
- Можешь лечь со мной в кровати, - потянулся он, вставая и направляясь во вторую комнату.
- Еще чего, - покосился я на его упругую задницу, подмечая, что до сих пор блюду целибат и мой внутренний зверь может не сдержаться и накинуться на первого подвернувшегося рядом индивида.
Шон.
Всю ночь я не спал, ворочался из стороны в сторону, подходил к кроватке, наблюдал за Шахтиин и раздумывал, как лучше поступить. Нисколько не доверял Яну, который всегда стремился защищать лишь личные интересы. Но он изменился, и это было видно по отсутствию напускной гордости, и по тоске и вине, застывшей на мучительном выражении его лица. Больше всего я боялся потерять второе сокровище в собственной жизни. Поверив Яну, я мог испортить не только будущее дочурки, но и свою жизнь, и Алифа, постоянно попрекая себя. Но мы-то успели пройти небольшой путь, пусть он был трудным и местами обременительным, а вот у Шахтиин все еще впереди, и я не хотел бы ломать ее судьбу на корню. Ведь, если она будет с кем-то связана заочно и заранее, то никогда добровольно не полюбит и не остановит свой выбор на ком-то еще. А вдруг это существо обманывает Яна и оно не изменит страшный облик после обряда?
 
Промаявшись до раннего утра, я, наконец, отключился и вскочил от детского смеха, осознавая, что наступил полдень. Нечесаный и неумытый я вылетел из комнаты, замечая, что в кровати отсутствует дочь. Какого дхарна! Я протер глаза, уставившись на нее, сидящую на детском стульчике, поедающую приготовленные Яном плюшки и измазанную в варенье.
- Алиф на работе,  - отчитался Ян, переворачивая на сковороде новую партию и тут же подтирая с помощью хвоста и влажных салфеток сладкие разводы на дочери. – Рекомендую привести себя в порядок, чтобы не подавать Шахтиин плохой пример.
- Кто бы что вякал, - огрызнулся я, выхватывая из тарелки еду и сбегая, как нашкодивший мальчишка в ванну с улыбкой на лице. Когда-то Эланиэль уговорила меня приобрести плиту, заверив, что самочки в их семье умеют не только, как все остальные тратить деньги. Я конечно не поверил, но эта хитрая засранка иногда готовила бесподобные блюда, перещеголяв меня в меню. К сожалению, как она призналась, что готовка это не ее тема и мне пришлось заменить ее на постоянной основе. Правда, я об этом никогда не жалел. Вот и сейчас обрадовался, что ко мне присоединился еще один молодец с неплохим умением.
Тем же вечером собравшись в детской, по совместительству являющейся и моей комнатой, я принял окончательное решение и готов был озвучить его всем остальным.
- Я согласен, - твердо смотря в глаза, огласил вердикт. – Но никакого интима до совершеннолетия, пока Шахтиин сама не примет заключительного решения.
- Да как ты мог подумать такое! – возмутился Ян. - Пусть только попробует прикоснуться хоть пальцем до нее, я сам оторву у него все, что можно.
- При обряде мы будем присутствовать рядом, - продолжил я, - протягивая девчушке ее любимую куколку.
- Согласен, - кивнул Алиф.
- И он не будет тянуть время и сразу сообщит о месте пребывания Эланиэль, - закончил я.
Когда все втроем еще раз обсудили основные пункты, Ян уставился на свободное пространство комнаты, пояснив, что серый сам знает, когда приходить. В итоге, действительно через некоторое время замерцал воздух и из ниоткуда вышло это существо. Если бы я не видел своими глазами его умение, то никогда не поверил в разумность этого зверя.
- Идите за мной, - протянул он маленький написанный листик. Я еще раз осмотрел бесполое голое существо, взял затихшую искорку на руки и пошел следом за исчезающим в арке Яном. Яркий свет и вот мы впятером стоим в каком-то тусклом склепе, где имеется лишь один широкий камень и больше ничего.
- Надо раздеть малышку, надрезать ее запястье и произнести эти слова, - он протянул следующий листик мне и один Яну.
- Бл…дь, - не выдержал я, - если что-то пойдет не так, то я убью тебя, понял? – угрожающе я пробухтел, попутно снимая с малышки одежду, расстилая ее под ней и усаживая ребенка на камень. – Кто будет резать? – уточнил, поскольку у меня точно не поднимется рука.
Алиф достал пресловутый кинжал, с которым никогда не расставался. Серый подставил сначала свою конечность и, сделав надрез, принялся вырисовывать зелено-черной жидкостью узоры на своем и ее теле. Ян забубнил слова на неизвестном языке, местами увеличивая громкость, а Алиф быстро и четко полоснул запястье крошки, когда ему сделали знак. Сразу же серый соединил порезанные руки между собой, Ян закончил говорить, и помещение озарилось яркой вспышкой, ослепив нас на мгновенье.
- Ну, здравствуй, моя Шахтиин, - нереально огромный самец держал на руках мою кроху и поглядывал на нее с обожанием. Все бы ничего, но он тоже был голый и явно думал не о птичках в этот момент.
- Фу, как не стыдно, - я забрал ребенка, пристыдив его недостойное поведение. Одновременно с этим рассматривал зажившее запястье и бледную татуировку, появившуюся у дочки на руке. Все прошло, слава писанию, удачно.
- Связь не закончена, - пробормотал гигант, любуясь запястьем.
- До пятидесяти лет ты не переступишь порог нашего дома, - я одевал Шахтиин. Ее тельце, как ни странно, уже было без иероглифов, - и у нас с тобой незаконченное дело, - напомнил я себе и всем остальным, - возвращай нас обратно и рассказывай, кто ты такой.