В поисках своей судьбы (СИ)
С умилением я глядела на связующее звено и вспоминала слова Шата, который пророчил мне не скорую встречу со своей половинкой. Интересно, все-таки это будет Сероглазка или кто-то другой? Через несколько минициклов я удивилась, подлетая к родительскому дому. Нить привела меня именно сюда. Родители никого никогда из чужих не приглашали к себе, а все остальные не были точно моей предполагаемой парой. Выходя из флаера, я обнаружила невдалеке в беседке маму и Мариэль. По ее крикам я поняла, что сестра рожает и как вкопанная остановилась. Этого еще мне не хватает. Неужели моя судьба сейчас появится на свет? Я в отрицании покачала головой и еще раз перепроверила направление нити. Выдохнув от облегчения, я подалась за путеводной линией вперед, сворачивая за угол дома. Лучше я бы этого не делала! Стоя на небольшом удалении, мне открылась нелицеприятная картина.
Глава 14
Эланиэль.
ОН был прекрасен. Высокий как Шат, с длинными светлыми волосами и я думаю все-таки серыми глазами. Мышцы отливались на свету, когда он умело отражал удары от отцов и мужей Мариэль. Скорее всего, он боролся лишь в половину своих возможностей, не доставляя мужчинам видимых увечий. Его накидка на поясе абсолютно ничего не скрывала, и я смутилась, представив ЕГО перед собой и ВНУТРИ себя.
Моя мама грозным окриком остановила стычку, непохожую на тренировку, и я стала прислушиваться к их разговору. Она ругала мужей, не признавших в здоровом самце Антона.
Великое писание, ЭТОГО ВСЕ РАВНО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!!! Моя пара – это дядя Антон, а его смелый нецеломудренный поцелуй с мамой меня выбил из колеи намного больше, чем осознание, что он подтирал мне попу в детстве. Я отвернулась, медленно возвращаясь к чужому флаеру. Меня дальше не интересовало продолжение, поскольку теперь я вспоминала нежные взгляды этого самца, бросаемые на нее всю жизнь. А мой сон, где Сероглазка признавался, что он заперт, с этим тоже все стало ясно – он просто не мог сменить форму и, наверное, вынужден был притворяться ее братом. Конечно, очень удивительно, что мужчина мог изменить настолько внешность. Но зная, что Шат смог запросто исчезать в пространстве, я не сомневалась в способностях их расы.
Я летела обратно домой с тяжелым грузом на душе. Но почему наша 'линия любви' проявилась только сейчас? Какая-то ниточка не может послужить основанием для начала отсутствующих отношений. Все так запуталось в одно мгновение, и я уже не понимала, чего хочу в этой жизни. Хотя я с полной уверенностью могла сказать, что прикипела всем сердцем к Шону и полюбила нашего не родившегося детеныша. Я попросила Мариэль не называть пол, лишь продиагностировать меня, что с плодом все хорошо. Беременность проходила так, как будто ее и не было. Лишь отсутствие красных дней и увеличивающийся живот указал на ее наличие. Шон ревностно опекал меня от чужих самцов, настаивающих на предложении взять их пару. Соседи или кто-то другой заметили у меня отсутствие второго мужа, и как я не убеждала в его наличии, в назначенный день и цикл меня развели, сняв второй брачный браслет. Пока я еще была несовершеннолетняя, и опека над самками не могла навязать мне обязательство дополнить комплект самцов. Но анкеты все равно сыпались горой, особенно при виде моего пуза и одного брачного украшения на руке.
Низ живота потянуло. Я застонала, останавливаясь, не долетев несколько сотен метров до города. Выйдя на свежий воздух, уселась на трап, прислонившись спиной к корпусу. Позвонить или не позвонить Шону? А вдруг это просто я переволновалась? Вспомнив, как когда-то семейство скопом искали потерянную Мариэль, я нажала на браслет связи.
- Дорогая, что-то случилось? – послышался взволнованный голос мужа.
- Шон, я странно себя чувствую, - пожаловалась я.
- Вызови Мариэль, - предложил он.
- Она рожает, - вот еще ей радость лететь на мои капризы.
- Тогда Антона, - взамен подкинул еще одну кандидатуру.
Ну, уж нет. К себе я его точно не подпущу. Априори твоя половинка не может испытывать нежных чувств к кому-либо еще.
- Знаешь Шон, я не против его осмотра, но думаю, ты будешь не в восторге. Дядя Антон неожиданным образом превратился в большого белобрысого гиганта, скорее всего, являющегося соплеменником Шата.
Я замолчала, на той стороне связи тоже стабильно дышали, пока я опять не охнула, не зная, куда себя деть от мимолетной боли.
- Рыжик, мне кажется, у тебя все происходит слишком рановато, - раздумчивый отрешенный голос оповестил меня.
Я округлила глаза, начав заново считать дни. Пять месяцев, еще целый месяц до родов!
Еще одна схватка пронзила мой живот.
- Шон, мне рожать здесь? На равнине с видом на наш город? – обреченно я переспросила, понимая, что во флаер в таком состоянии не сяду.
- Эланиэль! – закричал он. - Почему ты находишься ТАМ?!
- Э, может, потом как-нибудь поведаю, - уклонилась я. Кстати, не забываем правильно делать дыхательные упражнения. Очевидно, я разрожусь за несколько минициклов.
- Не прерывай связь, я скинул координаты медпомощи, они уже летят, - пытался перестать нервничать мужчина. – Также, я тоже к тебе направляюсь, - дополнил он, - правда, буду чуть позже, но поставлю новый рекорд, поскольку с Лунарии так быстро еще никто не добирался.
Спустя некоторое время ко мне подлетел корабль.
- Самочка, кто отец детеныша? – спросила дородная кассианка, выполняя несколько дел одновременно: укладывала меня на магнитные носилки, сканировала тело и заносила в визор первичные данные.
- Шон Земляной, галогерианец, скоро будет, - сквозь зажатые зубы ответила я.
- Милочка, 'лечить' будете супруга, а не меня, - грубо она проговорила. - Плод нечистокровный. Мне не интересно с кем вы спали, мне нужно понять, как принимать у вас роды.
- А что ребенок может как-то по-другому появиться на свет? – психанула я.
- Да, милочка, может, - с умным видом цитировала она, погружая меня в медкапсулу на борту, - некоторые детеныши могут появиться только при специальной температуре, некоторые в кислоте или воде, кто-то вылупляется из яйца. А вот помню лет двадцать назад, мне удалось присутствовать при делении.
- Деление чего? – переспросила я у вдруг заткнувшейся самки, анализирующей мои показатели на экране. Флаер плавно поднялся в воздух и, не качаясь, полетел.
- Деточка, - дама стала неоднозначно лебезить мне, - что же ты сразу не сказала. Великое писание, такое счастье!
Может до нее, наконец, доперло, что я из ВЕЛИКОЙ И ИЗВЕСТНОЙ семьи Земляных? Я расслабилась, укладываясь поудобнее на лежанке.
- Деление - это когда кусок плоти отделяется от носителя и принимает форму младенца, - стала она тараторить, вернувшись к старому разговору.
Представляете, меня даже не стошнило!
- Сейчас, сейчас, деточка, мы тебя отвезем к отцу ребенка и поможем плоду показаться на свет, - заискивала она передо мной.
- На Лунарию полетим? – уточнила я у немного сумасшедшей дамы.
- Нет, нет, домой. Он сейчас там, милочка, уже ожидает. Я ему скинула сообщение.
Странно, неужели Шон добрался до нашего жилища? Я закрыла глаза, чудачка ввела в меня инъекцию, немного обезболив роды.
Тарх (он же Антон).
Шат посматривал на Тарха все еще с ожиданием. Вернув ему настоящий вид, он открыл тому чакры и, немного погодя, настоящая душа должна была ощутить зов и слиться с телом и отпечатком. В свою очередь, Тарх понимал процедуру и немного переживал, что его накопленная память, когда он проживал с семьей Марины, забудется. Несмотря ни на что, прошедшее время он провел с пользой и втайне мечтал, что у него тоже когда-нибудь появится такая же гармоничная семья. Марину он полюбил как сестру, но ему нравилось подразнивать ее ревнивых мужей, поэтому напоследок он устроил такую небольшую забаву.
- Когда планируешь знакомиться с тещей? – хитро загорелись глаза у Тарха, когда он обратился к Шату.
Последний закашлялся, с сомнением посматривая на первого. Была бы его воля, он бы не появлялся в Маринином доме никогда. Стыдно признаться, но эту женщину он побаивался, невзирая на ее мелкий рост по сравнению с ним.