За двумя оборотнями (СИ)

Комната изменилась до неузнаваемости. Баки объяснил, что Брок ещё в первый день велел заменить здесь всю мебель, внести хороший дубовый стол и удобное кресло, несколько шкафов под книги, поставить диван и стулья, пол застелить ковром. А вчера и вовсе с рынка привёз карты соседних государств, все, что смог найти по лавкам, и глобус, правда, не старинный и не очень большой, но добротно сделанный и подробный.
— Когда он успел? — восхищенно воскликнул Джек. — Так здорово!
Он обошел всю комнату, присел в кресло, подвигал письменный прибор на столе.
— Пойдём к Броку! — потребовал Джек. — Я хочу его поблагодарить!
— Вечером поблагодаришь, — расплылся в улыбке Баки, радуясь, что понравилось и смогли угодить. — К нему послы от северных волков приехали, решать дела будут, пить и снова Шерон под него подкладывать в надежде объединить земли. Пойдём, лучше с кузнецом познакомлю.
Кузнеца Баки не любил, как и кузнец всех остальных. Работу он свою любил и делал её хорошо, а вот живых не очень-то привечал, и волки отвечали ему взаимностью в силу скандального характера последнего, но не обижали, хоть и был он котом, как Баки.
— Привет! — сказал кузнецу Джек, привязывая повод буланого к кольцу в стене. — Подковы у него надо проверить и перековать, если что.
— Человек? Да ладно? — кузнец обошёл Джека кругом, повёл носом, принюхиваясь. — Значит, не соврали. Я, кстати, Тони — единственный разумный среди этого сброда. И, Барнс, а Рамлоу знает, что от его муженька тобой за версту несёт, или вы его по очереди пользуете?
— Дай Богиня мне терпения! — взмолился Баки. — Тебе пообщаться, что ли, не с кем? Коня глянь!
— Мы триада, — спокойно сказал Джек. — Правая передняя, там гвоздь вроде вылез.
Кузнец был невысокий, черноволосый и черноглазый. У него на груди на тяжелой цепи висел круглый амулет, светящийся холодным голубым светом.
— С котом и человеком? Богиня явно отличается чувством юмора, — усмехнулся кузнец, ощерив мелкие острые зубы, но работал быстро — проверил все четыре копыта, явно не надеясь на человека, поцокал языком, но поменял только одну. — Платить чем будешь?
— Натурой! — ответил Баки.
Джек шлёпнул языкатого котика по заднице и сказал:
— Серебром.
— Ты приходи, когда по нормальному обществу соскучишься! — крикнул вслед кузнец, когда они уходили, и едва успел увернуться от метко брошенной шишки.
— Угораздило Брока согласиться его принять, — проворчал Баки.
День тянулся медленно. Поселение в ожидании начала гона будто замерло, никто не торопился браться за новые начинания, ожидая, когда луна совсем войдёт в силу, осветит лес серебряным светом.
Баки сидел у окна в кабинете Джека и расчёсывал волосы, мурлыча себе под нос. Джек некоторое время читал, а потом подошёл к Баки и обнял его за плечи.
— Все так затаились, — сказал он. — Ты обещал мне показать свою лабораторию, помнишь?
— Помню и покажу, — Баки потёрся скулой о плечо Джека. — Вот злой и свирепый волчище умотает со стаей, и покажу. Нам нельзя с тобой сейчас посторонним ничем пахнуть, пока самки течь не начнут, а после уже всё равно будет. Никому охотку не собьём. Главное, чтобы Картер и в этом году пролетела, а то проблем не оберёмся.
— Шерон Картер? — уточнил Джек. — А что с ней? Она какая-то… нет, я понимаю, меня никто любить не обязан, но она на меня так смотрит, будто я у неё последний кусок отобрал.
— А ты и отобрал, — расхохотался Баки. — Она на место жены метила, рассчитывала на метку, как только в первый раз потечёт, на храм. Меня-то она соперником не считает. Толку от кота? — он расплылся в улыбке. — А вот ты ей планы спутал. От законного венчанного супруга не так легко отмахнуться, но и то гон всё спишет. Если она понесёт от Брока, то главы кланов его в покое не оставят. Это тебе не волчицы стаи, которым только дети и нужны. Картер сама альфа, от неё не отмахнуться. Вот и кружит рядом, ждёт. Но обломится. — Баки развернулся в объятиях, лизнул Джека в губы. — Вот ты говоришь, что бесполезен, а сам столько всего уже сделал.
 
Джек хмыкнул.
— Ну а если не обломится? В смысле, это же гон.
Баки откинул голову назад так, чтобы видеть глаза супруга.
— Он наш, малыш, со всеми потрохами наш. Даже носом не поведёт теперь, слаще наших запахов нет и не будет для него больше. Да и любит он, любви ни один гон противостоять не сможет.
— Вот будет весело, если Шерон повяжет Мик, — хмыкнул Джек. — А что? Он сильный.
— Скандал будет, — усмехнулся Баки. — Они же похожи очень. Но пахнут сильно по-разному. Если не различит, сама виновата.
— Сплетничаете? — Брок стоял на ногах нетвёрдо, опирался на косяк двери и улыбался шало.
— Налакался браги, — покачал головой Баки.
— Сплетничаем, — кивнул Джек. — Брок, спасибо тебе за карты, и за глобус, и вообще! Мне так нравится!
— Это хорошо, — он расплылся в улыбке, пошатнулся, хватаясь за косяк. — Сегодня охота будет, луна чудо как хороша.
— Куда же ты, пьянь такая, волков своих поведёшь? — покачал головой Баки, подхватывая супруга под руку. — До болота ближайшего?
— И правда, — Джек пристроился со второй стороны. — Идём, проспишься до вечера. А то шибает от тебя так, что кроме перегара ни один волк ничего не учует!
Стиснув в объятиях своих супругов, Брок шумно выдохнул в шею Джеку, длинно лизнул от плеча до самого уха.
— Успею проспаться и…
— Никаких «и», — Баки толкнул смеющегося Брока в постель, стащил с ног сапоги, помог выпутаться из одежды, уселся Броку на живот. — Ты сейчас уснёшь, чтобы встать с чистой головой, и поведёшь своих волков.
— И вернусь! — хрипло выдохнул тот, огладив бёдра Баки.
— Спи, Брок, — велел Джек. — Баки, а ты его не дразни, не надо.
Скатившись с постели, Баки поцеловал Брока, увернулся от загребущих рук и выскочил из спальни, потянув Джека за собой. В доме было тихо, казалось, все спят, только разливающаяся по коридорам приторная для Баки сладость напоминала о том, что скоро начнётся охота за луной.
========== 9. ==========
На время гона Джек забился в библиотеку и выходил из неё, только чтобы перехватить еды, помыться и поспать. Потому что воздух постоянно, не переставая, дрожал от воя, воплей, визгов. У Джека волоски на загривке дыбом вставали от этих звуков.
А библиотека у Брока была роскошная — эльфийский, которого Джек не знал, всеобщий, латынь, еще какие-то языки… Интересно, Брок знает их все? А если знает, то научит?
Сейчас Джек читал интереснейшую историческую хронику на всеобщем, о том, как люди распространялись на нелюдские земли.
— Вот где его носит? — раздосадовано рыкнул Баки, прошёлся вдоль полок, вытянув первую попавшуюся книгу, плюхнулся в глубокое кресло. — Уже третий день носится не пойми где.
Баки не любил отпускать Брока так далеко и надолго, не любил, когда вокруг него мели хвостами самки, пусть им и не нужен был он сам, не надеялись они захомутать самого сильного, но потом Брок ещё неделю пах ими, раздражая, выводя из себя.
— Никуда он от нас не денется, — с уверенностью, которую не ощущал, заявил Джек. — Пойдём лучше в лабораторию. Ты мне её ещё так и не показал. А обещал учить.
Глянув в сторону окна, Баки поднялся. Сердце болело в ожидании неизбежного. Он знал, что в этот раз не сможет закрыть глаза и простить природу супруга, хотя и понимал, что толкало волков выходить за луной, почему они готовы друг другу глотки рвать, мчаться среди деревьев. Понимал и Брока, который вёл свою стаю, втекая в реку таких же алчущих. Но тогда Брок не принадлежал никому, хоть и звал в храм. Как хотелось верить, что книги не врали и метки сработали, отбили нюх, не позволили увлечься, околдоваться луной. Хотел верить, но с каждым утекающим мгновением в груди всё сжималось.
— Пойдём, — глухо позвал Баки.
Джек обнял Баки, посмотрел на него снизу вверх.
— Котик, — сказал он. — Мне тоже тревожно. Только мы сделали что могли, и ничего больше сделать не можем. Лишь отвлечься, понимаешь? Это не наша луна.