Дезертир (ЛП)

     Сандфайера не стало. Осталось только зло его намерений.
     – Он мертв, – медленно сказал Джек. – Но и Эдди тоже не вернуть.
     – Можно избавиться от зла, – тихо добавила Эбби, – но невозможно исправить то, что оно натворило.
     Крис уставилась на пульт предупреждения опасностей. На нем ничего не было.
     – Томми, установи курс к главной точке прыжка. Пора возвращаться на Вардхейвен.
     – Хотите узнать, что происходит на Турантике? – поинтересовалась Пенни.
     – Это дело Турантика. Не мое, – сказала Крис. Она чувствовала, что внутри у нее появилось что-то, что с каждой минутой становилось все горячее и горячее. Как и корабль Сандфайера, она собиралась взорваться... только не сейчас.
     – Если я кому понадоблюсь, я буду в какой-нибудь каюте.
     – Можешь воспользоваться моей, – предложил Хэнк. – Пятый уровень по правому борту.
     – Тебе она самому понадобится, – сказала Крис, отстегивая ремень безопасности.
     – Там есть ванна, можно расслабиться, – сказал Хэнк. – Тебе нужнее.
     – Я могу набрать ванну, – сказала Эбби, вскакивая с кресла.
     – Нет, я хочу побыть одна.
     – Как пожелаете, – Эбби рухнула обратно.
     – Я буду держать яхту на ускорении в один g, – сказал Томми. – Если придется что-то изменить, я дам знать, пришлю много-много предупреждений.
     Крис добралась до лифта, сжав зубы, не давая вырваться волнам эмоций. Ткнула на кнопку с цифрой пять, вместо того, чтобы выцедить его сквозь сжатое горло. Створки дверки раскрылись, открывая перед ней красивый холл, обшитый деревянными панелями, достаточно новыми, еще пахнущими опилками и лаком. Дверь в правую каюту открылась.
     Помещение оказалось большим, занимало добрую половину площади всего уровня. Огромная кровать, пятеро поместятся. Крис рухнула на нее и позволила аду внутри себя вырваться на свободу.
 * * *
     Спустя много часов Крис уселась на стул в столовой «Барбароссы». За одно утро она избавилась от всех эмоций, каких только могла. Теперь же предстояло чем-то заполнить образовавшуюся пустоту.
     – Что есть поесть? – хрипло спросила она.
     – Я творю чудеса со сковородой и яйцами, – сказала Эбби. Высунув голову из небольшого камбуза.
     – Яичница, бекон и тосты были бы сейчас кстати, – сказала Крис.
     – Тосты сейчас будут, – услышала она с камбуза голос Томми. – Молоко, апельсиновый или яблочный сок?
     – Да, – ответила Крис, почувствовать неимоверную жажду. Вытерла лицо: нельзя представать перед людьми с покрасневшими, опухшими глазами.
     – Кто на вахте? – спросила она, оглядывая пустую столовую.
     – Там Пенни, – сказал Томми, ставя на стол три стакана. – Хэнк показывает ей все, что сам знает об этой лодке. Джек за ними следит. Похоже, он не доверяет этому парню.
     – Он ему никогда и не доверяет, – Крис залпом осушила стакан яблочного сока.
     – Крис, вы на камбузе? – прозвучал из динамика голос Пенни.
 
     – Кажется, – ответила Крис.
     – У меня для вас сообщение. Помните Абу Картума, того таксиста, который нам помог в первую ночь?
     – И еще несколько раз потом, – буркнула под нос Крис.
     – Он отправил сообщение. Говорит, что вы ему ничего не должны. Ему или его племяннику. Он считает, что все счета оплачены сполна. О, и у Тины родилась красивая девочка, которую она назвала Крис. Она и все женщины из комнаты с коврами шлют наилучшие пожелания. Крис, мне стоит что-то знать?
     – Ничего такого, – сказала Крис и мысленно обратилась к компьютеру: – Нелли. Возможно сделать пожертвование в сто тысяч долларов Объединения Разумных одному из благотворительных фондов, с которыми сотрудничает Абу?
     – Будет сделано.
     – Ну, раз уж вы так разволновались от такого сообщения, рискну передать еще одно. Сенатор Криф говорит, что никогда особенно не верила байкам о Лонгнайф. Она говорит, что теперь верит и да, передает спасибо от всех ее друзей. Даже Дэннис Шоуковски не может найти, на что жаловаться.
     – Должно быть, у него такое впервые, – наконец, улыбнулась Крис.
     Тихо тренькнул лифт, за стол к Крис подсели Хэнк и Джек.
     – Пенни говорит, что разобралась с моим кораблем, – сказал Хэнк, все еще чувствуя гордость за свою собственность. – Корабль в значительной степени автоматизирован.
     – Мы найдем тебе команду на Вардхейвене, – сказала Крис. – Повара тоже.
     – Я все слышу, – крикнула с камбуза Эбби и в голосе слышалась неистовая гордость. – Как сильно хотите, чтобы яйца прожарились?
     – Так же, как в «Хилтон».
     – Какие высокие стандарты для человека, не уважающего своих наемных работников, – фыркнула Эбби и вернулась к работе.
     – У тебя интересная группа, – сказал Хэнк, усевшийся напротив Крис. Джек устроился в конце стола: Крис и Хэнк были в пределах досягаемости без напряжения. Он вытащил ридер и притворился мебелью.
     – Не думаю, что желала бы команду лучше для того, что пришлось сделать.
     – Что именно пришлось сделать? – широко раскрыл глаза Хэнк, при этом в неподдельной искренности склонив голову. Неужели он на самом деле не знает, что происходит?
     – А что ты видел? – спросила Крис. Папа всегда говорил, что нельзя никому показывать то, чего они сами не видят. И это был поразительный пример, когда для некоторых людей некоторые вещи вроде как и не происходили вовсе.
     Хэнк наклонился вперед, положил на стол локти.
     – Я видел, как взорвалась космическая станция. Я видел, как на меня напали три, нет, всего лишь один крейсер. Я видел, как ты его взорвала. Я и слышал, как Кэл говорил много бессмысленных вещей.
     – К примеру?
     – Он ненавидел тебя. Кажется, он винил тебя во всем, что в его жизни когда-либо шло не так. Я знал Кэла как упрямого бизнесмена. Если что-то не давало ему прибыли, ему было на это наплевать. И все же, он погнался за тобой, настаивая, чтобы его люди расправились с тобой. Он зашел слишком далеко. Почему?
     – Я правильно его расслышала? – тихо спросила Крис. – Он сказал, что у него и кого-то еще вместе с ним, не вышло убить меня, когда убили Эдди?