Дезертир (ЛП)
Майк Шепард
ДЕЗЕРТИР
Крис Лонгнайф - 02
Очень любительский перевод
Глава 1
– Ладно, инженерный, давайте посмотрим, получится ли на этот раз закончить тестовую проверку, – объявил капитан Хейворт.
– И постараемся не взорвать корабль, – тихо добавила младший лейтенант Крис Лонгнайф. Тем не менее, она кивнула, соглашаясь с капитаном корвета «Молния», как и остальные офицеры, находящиеся на мостике.
Экипаж принялся за выполнение прямых обязанностей, на профессионально спокойных лицах замелькали красные, синие и зеленые блики от пультов управления. В прохладном, обработанном воздухе вовсе не пахло страхом. Почти.
– Лейтенант Лонгнайф, – капитан посмотрел на Крис, – подсоедините свой пульт к инженерному отсеку. Сообщите, если заметите что-нибудь не то. И на этот раз используйте только снаряжение Космофота.
– Есть, сэр, – Крис переключила пульт, превратив его из устройства управления наступательным оружием в копию инженерного отсека, расположившегося в сотне метров от мостика. Все датчики горели зеленым. Вопрос в том, успеет ли хоть один из них загореться красным прежде, чем «Молния» превратится в пылающее облако пыли?
Корветы класса «Камикадзе» с их броней из умного металла были большими кораблями, на которых в мирное время служить было даже приятно. Броня истончалась, делая из тесного и переполненного корабля судно в два раза больше и просторнее. Крис нравилась ее личная каюта. Последние пять лет, когда флот пополнялся большей частью кораблями этого класса, проблемой это не было. Построенные, как большие «лодки любви» они редко превращались в толстокожие военные корабли.
Но недавно Человеческое Сообщество стало лишь воспоминанием наряду с восьмьюдесятью годами мира. Сейчас каждый новостной выпуск транслировал слухи о предстоящей войне, так что Вардхейвену нужны были военные корабли.
И последние несколько трансформации кораблей класса «Камикадзе» в тесные, маленькие боевые истребители с толстой броней показывали тревожную тенденцию к катастрофическим проблемам с реакторами.
Так что, большую часть последних двух месяцев «Молния» провела на привязи в доках верфи Нуу, превращаясь из маленького корабля в большой и обратно. Конструкторы пытались понять, что же в нем неправильно работает. Как только проблема решится, у Вардхейвена окажется сорок отличных боевых корабля, пополнивших флот Союза Разумных. Неудача, и союзникам Вардхейвена предстоит противостоять остальным шестистам планетам разделенного человеческого пространства только с палками.
А Крис вполне может погибнуть.
– Инженерный, я вижу зеленую панель, – сказала Крис.
– Так точно, – с тщательно выверенным сарказмом протянул главный инженер. – На мостике никаких проблем не видно.
Крис прослужила в Космофлоте меньше года и еще не встретила ни одного главного инженера, который ценил бы любую точку зрения, если та исходит не из его области реакторов, генераторов и лабиринта сверхпроводников, их соединявших.
Тем не менее, Крис завершила два из последних пяти тестов.
– Нелли, – мысленно обратилась к своему компьютеру Крис. – Насколько стабилен двигатель?
Вооруженное противостояние и мятеж окончательно убедили Крис, что субвокальный разговор с персональным компьютером слишком медленный и весьма проблемный. При последнем обновлении аппаратного обеспечения Нелли, Крис подсоединила пару разъемов напрямую к мозгу. То, что она думала, слышала Нелли, а раз Нелли слышит, значит и выполнит. Личный компьютер, разместившийся на плечах Крис, весит меньше четверти килограмма, но в сто раз способнее всех компьютеров «Молнии» разом. И в пятьдесят раз дороже.
– Все технические показатели в норме, – Нелли подтвердила самостоятельную оценку Крис.
– Следи за ними. Если увидишь что-то угрожающее кораблю, сообщи мне. Если времени будет мало, действуй сама.
– Капитан не любит, когда я так делаю.
– Это моя проблема. Я просто хочу остаться в живых, – Крис отметила, что последнее обновление, похоже, добавило в репертуар Нелли кое-что незапланированное: дерзость.
– Рулевой, держи корабль на курсе и дай ускорение в один g, – приказал капитан.
– Есть, сэр. Один g, курс тот же, – энсин у штурвала заметно расслабился, но посмотрел в сторону Крис и поднял бровь. Неужели он рассчитывает, что она спасет всех их, что бы там ни говорил шкипер?
– Инженерный, дайте восемьдесят процентов мощности.
– Разгоняем реактор на восемьдесят процентов. Есть восемьдесят процентов, капитан.
– Рулевой, ускорение до одного с половиной g. Курс тот же.
Как только рулевой откликнулся, Крис проверила показания на пульте. Нелли делала тот же обзор несколько раз за секунду, но Крис не доверяла ни одному рукотворному устройству, порой, даже Нелли. Пока все датчики светились зеленым.
Разогнавшись до полутора g, корабль, застонал. Голос подал один из бесплатных подарков, присущих умному металлу. Корабль, без вмешательства человека, автоматически добавлял миллиметр к корпусу и переборкам, готовясь к увеличенному весу оборудования и экипажа.
– Экипаж, приготовится к высокой силе тяжести, – объявил капитан.
Кресло Крис, еще мгновение назад выглядевшее таким прочным, подросло, отрастило подставку для ног. Подголовник вытянулся до шести футов, чем стал соответствовать росту Крис, подушка подголовника раздулась. В кораблях класса «Камикадзе» экипажу не требовалось дополнительного оборудования, чтобы переносить разгон на высоком ускорении. Оборудование само делало все, что нужно. Доходит даже до того, что если кому нужно куда-то передвинуться, оборудование тоже движется, вместе с человеком. Слишком круто!
– Инженерный. Сто процентов на реактор, пожалуйста.
Не успел главный инженер доложить о готовности, как шкипер приказал ускорить корабль до двух g. Крис, затаив дыхание, всматривалась в пульт. Первый испытательный полет «Молнии» закончился именно на этой отметке. Тогда инженер без предупреждения сам отключил реактор.
Через пять секунд двукратного ускорения Крис выдохнула... и тут же всем на мостике стало легче дышать. Капитан держал тот же курс и скорость долгих пять минут, как показывало оборудование и не только инженерное. Проблем не возникло.