Заместитель для демиурга (СИ)

— Ну вы это… хватит дурачиться, — попросил меня полицейский с погонами младшего лейтенанта, взирающий на творящийся у него перед носом цирк с поистине вселенским безразличием. Видно, и не такого служитель закона на страже правоохранительных органов успел навидаться за годы службы. — Забирать будете или мы его у себя ещё недельки на две оставим?
— Буду. Куда уж мне деваться, раз уж залог внёс? — притворно вздохнул я, наблюдая, как бывшего одноклассника вытаскивают из компании уснувших на вокзале бомжей, не уплативших налоги нищих, парочки профессиональных гадальщиц-шарлатанок цыганской национальности и прочих сомнительных личностей. — Кеша, а если серьёзно… Как⁈ Ты же почти не пьёшь! Тем более в будни и днём! Я раньше и подумать не мог, что тебя вдруг могут посадить в каталажку за пьяную драку! Мы такого себе и в годы учёбы не позволяли! Даже когда шли домой от девчонок с мёда, у которых всегда имелся чистый спирт!
— Я был трезв, как стёклышко, и ни с кем не дрался! — возмутился приятель, давно уже ставший из безалаберного студента уважаемым топ-менеджером. Даже сейчас его дорогой костюм сохранял весьма солидный вид, несмотря на оторванный рукав, пару грязных пятен и торчащий из нагрудного кармана мятый галстук. — Не было никакой пьяной драки!
— Следствие покажет, — всё с тем же отсутствующим выражением пожал плечами лейтенант.
Ну да, воплей «Не виноватая я!» в полиции наверняка слышали чуть ли не больше, чем банального «здравствуйте».
— Да не будет никакого разбирательства, — хмыкнул Кеша и потрогал синяк, наливающийся у него под правым глазом. — Либо тот ненормальный напишет отказ от претензий… либо судить будут уже его. За клевету, причинение травм средней тяжести и распространение порнографических материалов.
— Ну-ка, ну-ка, поподробнее! — заинтересовался я, пытаясь хоть как-то увязать сказанное бывшим однокурсником в единую картину. — Чем вы там таким занимались?
— А ты разве не знаешь? — удивился Кеша, вытаскивая из кармана мятый галстук и внимательно его разглядывая.
Мне показалось, или на плотной чёрной ткани действительно виднеется отпечаток чьих-то зубов?
— Откуда? — только и осталось развести руками. — Меня Андрей Юрьевич из капсулы меньше часа назад выкинул, напоследок велев мухой в этот участок на такси лететь и тебя из камеры в обезьяннике срочно забрать.
— Это не обезьянник. — Несмотря на формальный протест, возмущения в голосе лейтенанта не было. И жизни тоже. Я аж чисто машинально попытался его скопировать, чтобы потом шаблон такого выдающегося образчика высшей нежити куда-нибудь присобачить. Жаль, ставшее таким привычным меню в реальности не отзывалось. — Идёмте за мной, сейчас вам вернут личные вещи. Кошелёк там, мобильник, ключи…
— Ты Альвину помнишь с её культом рыцарей прекрасной дамы? — Кеша уныло топал за полицейским.
— Спрашиваешь!
К моему счастью, больше по работе пересекаться с гибридом секретарши и программиста не довелось. Однако хватало и эпизодических встреч на общих собраниях или в тренажёрном зале, чтобы понять: стервозность и капризность сей дамы превышают любые мыслимые нормы.
— Так вот, один из её поклонников взаимности от своей богини таки добился. Ну, навыки пикапера у него ещё в реальности оказались прокачены до сотого уровня или чего-то вроде того… — вздохнул Кеша, останавливаясь у зарешеченного окошка, на которое кивнул наш проводник. — Это бы ладно, но так ведь он заснял весь процесс их горизонтально-вертикальных упражнений. И выложил ролик в Сеть. Естественно, это виртуально-реальное порно мигом оценили по достоинству и распространили где только можно и нельзя.
— Альвина психанула и устроила на своём участке виртуальности огненный дождь, продолжительностью в неделю, выкрутив всем игрокам чувствительность до максимума? — попытался угадать я, вспоминая, насколько аппаратно ограничивают наши капсулы уровень болевых ощущений. Вроде бы за верхнюю планку, от которой уже плясали на понижение при помощи программ, цеплялся вытаскиваемый без наркоза зуб или что-то типа того. Умереть от таких ощущений не умрёшь, но запомнишь их на пару месяцев как минимум.
 
— Не совсем. Она воспользовалась испытанным способом противодействия всяким козлам: расплакалась и побежала жаловаться папочке, — покачал головой Кеша, принимая выдвинутый ему в специальном лотке пухлый бумажник. — А он у нас ведь начальник охраны и вообще мужик на расправу скорый. Вошёл в «Запределье» с правами высшего доступа, выловил этого героя и принялся ему внятно объяснять, как тот не прав. Естественно, выкрутив для хвастунишки чувствительность до полной реалистичности.
— Если тот не мазохист, то просто вышел из игры, — пожал я плечами, немного успокаиваясь.
Испытанные тем клиентом нашей фирмы ощущения, может, и были несколько неприятны, но здоровью не угрожали. Обиженная программистка ещё могла бы чего-то нахимичить с цифровым кодом и запереть своего ухажёра в высокотехнологичном гробу, включив режим непрерывной пытки. Но силовик подобное умел вряд ли, не та у него специализация.
— Почти сразу тот герой-любовник обратно в реальность свалил. Ну, может, минуты через полторы максимум, — согласно качнул головой Кеша. — А после решил покурить, чтобы успокоиться. И не успел он затушить бычок, как услышал, что в его квартиру ломают дверь. Не повезло мужику, мог жить в любом конце Земли, а оказался за полтора квартала от офиса «Запределья», где как раз скучали без привычных дежурств на космодромах добры молодцы в камуфляже, очень злился их начальник и плакала навзрыд его дочка. Ну, всей компанией они в гости к коварному совратителю и заявились на микроавтобусе. Кто рядом жил, подумали, ОМОН работает.
— Вау! Так, стоп! — Фантазия у меня всегда была богатая, и потому я в красках вообразил то, что случилось дальше. — А ты, случайно, не заснял лицо это типа, когда он на своей жилплощади узрел качественно отжаренную во всех позах богиню и её папочку, пару минут назад прессовавшего его в виртуальной реальности?
— Меня там изначально и не было, я гораздо позже появился, — злобно буркнул Кеша, роясь в своём бумажнике и пересчитывая какие-то карточки. — Короче, герой-любовник от друзей и родственников обиженной им девушки ударе на пятом или шестом ушёл, как настоящий десантник. Через окно. Этаж был второй, но он как-то умудрился не только не порезаться о пробитое собой стекло, но и сигануть сначала на росшее недалеко дерево, потом по нему спуститься на землю и кинуться наутёк. Причём управился быстрее, чем прессовавшие его мужики из нашей охраны успели из подъезда выбежать. Прямо человек-обезьян какой-то…
— Видимо, высшие нервные функции от стресса отключились, а примитивные животные инстинкты, наоборот, заработали на полную катушку, — предположил я, задумываясь о том, не снял ли кто-нибудь происходящее на видеокамеру. Народа на улицах в столице обычно полно, телефоны с расширенным функционалом есть у многих. А такое видео определённо стоит посмотреть. — И что было дальше?
— Погоня продолжительностью минут в тридцать. С матами, воплями, визгами и многочисленным нарушением правил дорожного движения, — мрачно ответил Кеша, с крайне расстроенным выражением взирая на согнутую почти пополам платиновую карточку Сбербанка. Если другие остались целыми — виновата не полиция, или я чего-то не понимаю? — Причём наши-то были на машине, а вот герой-любовник на своих двоих умудрялся удирать, размахивая руками и панически крича.
— Пробки, светофоры, познавшие дзен пешеходы с презрением к смерти, достойным истинного самурая, — понимающе покачал головой я, не понаслышке знающий, как страшны русские дороги. Впрочем, русское бездорожье ещё хуже. Есть такие гиблые места, по которым не рекомендуется ездить даже на танках, если нет намерения угробить на фиг и бронетехнику, и экипаж. — У парня имелись неплохие шансы оторваться.
— Может быть, — не стал спорить Кеша, раскладывая свои вещи по карманам. — Но на очередном повороте он поскользнулся на льду и со всего маха врезался в дерево. А когда умудрился встать на ноги, его уже крепко держали за руки. И даже не били.