Стальная Крыса

Пока в голову Вульфа не приходили горестные мысли об отсутствии горячительных напитков и пышнотелых женщин, он отлично справлялся со своими обязанностями. Изогнув и укоротив мои бедра, он изменил мой рост и походку. Руки, лицо, череп, уши — все было переделано, чтобы создать нового человека. Искусное применение определенных гормонов вызвало изменение пигментации, моя кожа и волосы потемнели, изменилась даже сама структура волосяного покрова. Вершиной мастерства доктора Вульфа была кропотливая операция на моих голосовых связках. Голос стал более низким и грубым.
Когда все закончилось, Скользкий Джим ди Гриз умер, а вместо него родился Ханс Шмит. Не совсем оригинальное имя, но я собирался пользоваться им только для общения с доктором Вульфом до того, как я приступлю к реализации моего плана.
— Хорошо, просто замечательно, — сказал я, глядя в зеркало и ощупывая руками чужое лицо.
— Господи, наконец-то я смогу выпить! — простонал Вульф, сидевший позади меня на упакованных чемоданах. В последние несколько дней он пристрастился к медицинскому спирту, пока я не добавил туда моего любимого рвотного порошка. Теперь он не мог дождаться момента, когда сможет как следует напиться. — Давайте оставшиеся деньги, которые мне причитаются, и поехали отсюда.
— Спокойствие, доктор, — ответил я, передавая ему пачку денег.
Сорвав банковскую упаковку, он быстро принялся считать деньги, нежно дотрагиваясь до них пальцами.
— Не стоит терять время, — сказал я ему, но он не обратил на мои слова никакого внимания. — Я позволил себе написать на каждой банкноте «УКРАДЕНА» чернилами, которые начинают светиться, когда в банке их проверяют ультрафиолетом.
Его пальцы замерли, а лицо побледнело. Я предупредил его, чтобы он не волновался, — ведь это так влияет на сердце.
— Что значит «украдены»? — наконец пробормотал он.
— Это значит, что я расплатился с тобой украденными деньгами. — Его лицо стало еще бледнее. Я был уверен, что с таким кровообращением ему не дотянуть и до пятидесяти. — Не волнуйся. Остальные купюры, которые я тебе дал раньше, не помечены. Я уже расплачивался ими раньше без всяких осложнений.
— Но… зачем? — запинаясь, спросил он.
— Законный вопрос, доктор. Точно такую же сумму — с непомеченными кредитами — я отослал твоей старой подружке Зине. Она ведь столько для тебя сделала, надо уметь отдавать долги.
Он не сводил с меня глаз, пока я скидывал с утеса медицинское оборудование. Я старался не поворачиваться к нему спиной, все остальные меры предосторожности были приняты еще раньше. Когда выражение отчаяния исчезло с его лица, а на губах заиграла скрытая усмешка, я понял, что пришло время выложить все до конца.
— Воздушное такси прибудет с минуты на минуту. Мы улетаем вместе. Вынужден тебя огорчить — в Фрейбурбаде у тебя не будет времени, чтобы отыскать Зину и вытрясти из нее деньги, как ты задумал. — Виноватое выражение его лица лишний раз подтвердило, что он еще новичок в подобных делах. Я продолжал, надеясь, что он с благодарностью послушает, как поступают настоящие преступники. — Все рассчитано по минутам. Так получилось, что сегодня из космопорта почти одновременно вылетают два корабля. На одном полечу я, а на другом — ты. Я оплатил твой билет, хотя вряд ли дождусь от тебя благодарности. — (Он взял билет с брезгливостью старой девы, дотрагивающейся до мертвой змеи.) — Надо торопиться, чтобы скорее смыться, извиняюсь за рифму. Через несколько минут после старта твоего корабля в полицию доставят письмо, в котором описывается твоя роль в операции.
Милый доктор Вульф переваривал информацию, пока мы ждали такси, и, судя по мрачному выражению лица, не мог найти для себя никакой лазейки. В такси он отвернулся к окну и всю дорогу молчал. В космопорту он не попрощался со мной и даже не проклял меня напоследок, а сразу же сел на свой корабль. Я же просто направился к своему, но заходить в него совсем не собирался. У меня не было ни малейшего желания улетать с Фрейбура и тем более сообщать полиции о незаконной операции. Эта маленькая ложь помогла мне спровадить доктора-алкоголика в полет. Его ждало одиночное путешествие к циррозу печени. Мне же было незачем улетать, наоборот, у меня были веские основания, чтобы остаться.
 
Анжелина все еще находилась на этой планете, и я не хотел, чтобы кто-нибудь помешал мне ее отыскать.
Возможно, это покажется хвастовством, но за это время я хорошо узнал Анжелину. Шарики в наших порочных мозгах вращались в одном направлении. Я чувствовал, что вполне могу предугадать ее дальнейшие действия. Во-первых, она счастлива, что наконец прикончила меня. Ей трупы доставляют такую же радость, как другим девушкам — новые платья. Теперь, когда она считает меня мертвым, разыскать ее не составит труда. Разумеется, она уже приняла обычные меры предосторожности против полиции и других агентов корпуса. Но ведь они не знают, что она на Фрейбуре, моя смерть никак не была связана с Анжелиной. Ей нет смысла убегать отсюда, на этой планете она легко найдет себе подходящий образ и соответствующую внешность. Нет никаких сомнений, что она захочет остаться на Фрейбуре. Такое впечатление, что эта планета специально создана для незаконных операций. Я немало шатался по Вселенной, но такой лакомый кусочек мне еще не попадался. Жуткая смесь старого и нового. В старом, феодальном Фрейбуре с его замками любой незнакомец сразу бы привлек к себе внимание. Современные планеты Лиги с их компьютерами, механизацией, роботами и бдительной полицией тоже не лучшее место для незаконных операций. И только там, где эти две культуры смешиваются, появляется обширное поле деятельности для таких людей, как я.
На Фрейбуре довольно спокойно, вы можете вполне доверять заключению экспертов Лиги. Прежде чем завезти сюда антибиотики и компьютеры, они убедились, что здесь поддерживается должный порядок. Но для смекалистых людей всегда найдется возможность чем-нибудь поживиться. Главное — знать, где искать. Анжелина это знала, и я тоже.
Однако через несколько недель безуспешных поисков до меня наконец дошло, что мы ищем разные вещи. Не могу сказать, что все это время я провел без пользы, так как обнаружил массу возможностей для незаконного обогащения. Если бы не Анжелина, я бы навсегда остался в этом воровском раю. Но мысль о ее местонахождении постоянно мучила меня, как больной зуб.
Видя, что интуиция не помогает, я обратился к научным методам. Арендовав самый лучший компьютер, я загрузил в его блоки памяти целую библиотеку и поставил перед ним массу задач. Израсходовав кучу киловатт-часов энергии, я стал специалистом по экономике Фрейбура, но в поисках Анжелины не продвинулся ни на шаг. В ней бушевала неуемная страсть к власти и контролю, но я понятия не имел, в чем может заключаться ее деятельность. Существовало много возможностей захвата власти на Фрейбуре, но расследование показало, что Анжелина ими не воспользовалась. Король Виллельм IX держал в руках все бразды правления на планете. Полное изучение Виллельма, его семьи и близких королевских родственников вскрыло один сочный скандал, но не обнаружило Анжелину. Я зашел в тупик.
И только когда я стал искать утешение в бутылке, меня вдруг осенило. Паралич нервных клеток в моем пропитавшемся алкоголем теле и стал источником идеи. Только дурак может утверждать, что соображать лучше на трезвую голову. Впрочем, тут все обстояло совсем по-другому. Я уже не думал, а просто дал волю чувствам. Злость к Анжелине приглушила во мне все остальные чувства. Я душил подушку, представляя, что это ее шея, и вдруг воскликнул:
— Она же просто сумасшедшая! Чокнутая! — Когда я обессиленно свалился в постель, все закружилось вокруг в бешеном хороводе, и я пробормотал: — Просто психованная. Я сам должен сойти с ума, чтобы знать, что ей дальше взбредет в голову.
Тут мои глаза закрылись, и я уснул. Мысли медленно просачивались через пропитанный алкоголем мозг и постепенно складывались в стройную систему.
В голове что-то замкнуло, и я сел в постели с широко открытыми глазами, пораженный страшным открытием. Понадобится вся моя сила воли, чтобы сделать это.