Мир для его сиятельства. Пограничник (том 2) (СИ)

От этих мыслей хотелось выть, ибо у меня и так дохренища врагов. Я банально не справлюсь со всеми! Нельзя есть слона целиком, нужно резать по кусочку, а на меня, так получается, падает именно что целиковая туша. Если б не вундервафля с легионом, я бы честно взял оставшееся в сокровищнице золото в охапку и сдристнул бы в Дикие Земли, по которым путешествует Мастер, наставник моего главного информационного рупора по имени Сильвестр. Ибо ну не может нормальный местный феодал справиться против такого количества недругов с оружием и группой одетых в стильные металлические костюмы лиц крепкой наружности.
Я — смогу. Правда, только ближе к весне. Отобью любую нападку любого феодала, включая короля… Правда разовую. Ибо за меня будут социальные реформы, и вооружённые СВОБОДНЫЕ крестьяне устроят любой местной армии на моей земле в тылу ад. Что потом — не знаю, я сам Катюше рассказывал про Монсегюр, как катком ровняли экономику целой провинции со всем населением, и меня сомнут если играть вдолгую. Но теперь, когда против меня впишется ещё и церковь… В натуре хоть вешайся!
До замка было недалеко, выехали после обеда, шагом. Пленные, со связанными запястьями, бежали сзади, привязанные к лошадям. Жалеть их не собирался — пробежка полезна для здоровья. По прибытии в замок передал их Клавдию, выехавшему встречать нас с бароном Кастильяной, свитой из магистратов и мастеров и воинами, копий в двадцать. Наобнимавшись с близкими и родными лицами, дал чёткие ЦУ, как содержать и что спрашивать. Подробнее расскажу позже, как разделаюсь с внеочередными делами.
— Ну, граф, ты даёшь! — только и смог выдавить он, рассматривая порванные и вымазанные в грязи и пыли орденские накидки на злых усталых лицах пленных.
Встречу с родственником описывать не буду — нормально встретились. Заметил, что между ним и Астрид появилась какая-то теплота, какой раньше не было. Наверное, целебный «хеликоптер» виноват, совместный секс сближает. Чёрт с ними, разберутся.
Затем была встреча с подъехавшими прямо к воротам нам навстречу представителями Леса.
Что по ним сказать? Эльфы — и эльфы. Наташа была одна, не с кем сравнивать; этих же было много… Но все — будто чуть изменённая копия Наташи. Схожие черты лица, сухощавость, вытянутость овалов лиц. Даже фигуры все почти одинаковы. Даже роста все схожего. На всех — военная форма, и не смейтесь, это был хаки. Да-да, как у нас, абстракционистские разводы зелёного и жёлтого. Накидки с капюшонами — самое то в лесу прятаться. Под ними — доспехи из кожи, лишь кое-где усиленными нашитыми пластинами. Волосы у всех длинные, как во всех книжках про эльфов, светло-пшеничные, как на подбор. Лица аристократические, вытянутые. Взгляд — надменный. Кожа неестественной белизны, и это, видно, их видовая особенность — у Наташи была точно такая. Вампиры, блин а не эльфы!
Ах да, Наташи среди них не было. Жаль.
Первым подъехал тот, что выглядел солиднее остальных, представительнее, и навскидку я ему бы лет больше дал, чем остальным.
— Граф Рикардо сто семнадцатый граф Пуэбло? — вежливо, я бы даже сказал «церемониально» спросил он.
— К вашим услугам. — Я также склонил голову. — Чем обязан?
— Меня зовут Аронионарон сын Эдарионаторонатана. — Непривычному уху (мне) имена звучали как песни на иностранном — вроде классно, под мелодию рифмуется, но смысла ни хрена не понимаешь. «Аролалала, сын Эдарилалалалала». Эльф же продолжал:
— Я — вспомогательный командир малого отряда Левого Полка Горностаев По Эту Сторону Реки. — Поклон. — Мы прибыли по твоему приглашению, переданному Натанириэль дочери Эломорионана.
— Рад встрече… Прости, если с первого раза не смогу выговорить твоего имени правильно, я ведь короткоухий… — оговорился я. — Рад встрече, Аронионарон.
Улыбка — с именем справился. Алилуйя, ай да я!
— Я не понимаю в ваших воинских званиях и названиях, — снова оговорился, чтобы потом не попасть впросак. — Просто скажи, насколько велико твоё положение в иерархии армии Леса?
На самом деле кое-что Наташа рассказала. Но очень мало — истинная диверсантка дальнего радиуса, говорила предельно мало, больше спрашивала.
 
Довольная покровительственная улыбка.
— По вашей классификации я — десятник егерей личной сотни человека уровня герцога.
«Личная сотня» это ближняя дружина. «Уровень герцога» — крупный военачальник. Личная стража человека второго уровня после короля. Не рядовой строевик. Типа спецназ, получается?
— Разведка или диверсанты? — Я снова уточнил.
Тень на лице. Но, видимо, Наташа рассказала всё-всё о наших с нею «трещаниях за жизнь», он знал, с кем будет иметь дело. А потому, не торгуясь, ответил:
— Разведка. Диверсанты — рыси. Но ты знаешь это, граф Пуэбло. — Вежливый поклон с намёком, чтобы при всех не выпендривался, а вокруг нас наблюдало за действом больше сотни народу.
Эльфы в королевстве! Впервые за долгие столетия! Проехали через кучу людских земель (наше королевство с Лесом напрямую не граничит) и встали лагерем у замка возмутителя спокойствия последнего года. Нас обступила вся свита Кастильяны, выехавшая навстречу, все мои, со стен смотрело всё воинство, что было в замке, а издалека создавало массовку и всё пешее население замка, которое могло откосить от работы. И ручаюсь, количество шпионов на душу населения сейчас зашкаливало все мыслимые пределы.
— Я знаю только про рысей, воин Леса, — оговорился я. — Натанириэль была очень осторожна в своих рассказах о своём доме.
— Это мудро для дочери своего народа. — Ароникакеготам вздохнул, показывая этим, что «о погоде» достаточно, и вытащил из седельной сумки нож. Тот самый, который я отдал при расставании Наташе.
— Рикардо сто семнадцатый граф Пуэбло. Лес принимает твоё предложение совместной войны против наших и ваших давних врагов. И возвращает твоё приглашение с надеждой, что между твоим народом и нашим народом возникнет взаимопонимание. — Пауза. Я же отметил «твоим народом». Имеется в виду только моё владение, отнюдь не королевство. Я в их глазах достоин общения и договороспособен, но только я. На остальных им плевать. Разумно. — На сегодня никто из короткоухих не приглашал нас на совместную войну, — добавил он и я обалдел ещё больше.
О как! Но ведь… Это же напрашивалось — заключить союз с врагом своего врага?
Люди, «десантировавшись» в местных кущах, были центрами силы этого мира поначалу проигнорированы. Эльфам лесостепи первых людей были не интересны, сынов Леса мало, рождаемость низкая, территории проживания лесного народа ограничены, и они не сочли нужным отправлять куда-то военные отряды с мутными перспективами и ещё более мутной необходимостью. Живут себе пришельцы — и пусть живут. Не мешают же. Орки тоже мало интересовались лесостепью — они кочевали южнее, в более плодородной степной зоне. А затем стало поздно — люди множились как кролики, их становилось больше с такой скоростью, что это не могло не стать проблемой.
Люди не сидели на месте, а двигались. А земель, полных ресурсами, было завались. Очень быстро они вышли на залежи железа и каменного угля в горах. А ещё — меди, свинца, олова и камня для строительства крепостей. Люди обрели силу, и когда аборигены это поняли, ввалили люлей вначале спохватившимся эльфам, а после пошли на юг, расширять земли за счёт орков(ибо при всём эльфы реально не угрожали молодой цивилизации людской саранчи, у них нет сил на экспансию, а жить в лесах люди не любили — им плодородные чернозёмы подавай). Длинноухие, получив под дых, закрылись в своём лесу и не отсвечивали, впрочем, жестоко наказывая за любые попытки пойти на них войной, а таких попыток было много. В отличие от орков, с которыми началась борьба на выживание — или они нас, или нет.
Но не предложить эльфам совместно воевать с зеленокожими чудовищами?
Или всё дело в том, кому и как предлагать? Если с вежеством, уважением, и говорить как с равными, без желания «поиметь» за пазухой, то и всё получится?