Бремя Всеведущих (СИ)

— Клиф! — в ужасе воскликнула Мариэтта. Она рефлекторно прижала руки к себе.
Покачнувшийся вампир даже сперва не понял, где и как его пробили. С нарушенной моторикой и координацией он медленно ощупал себя, свою голову и, наконец, пробитую насквозь дыру в себе, глаза Рантаннена расширились. Не прошло и минуты, как он грохнулся на колени, не в силах сделать ничего.
— Эт-то… был с-самый не-нестандарт-тный… ответ, — выдавил из себя суперагент.
И в эту же секунду обессиленный, истекающий кровью и серой мозговой жидкостью Прент упал лицом в землю, не подавая никаких признаков жизни. К нему мгновенно подбежала Мариэтта и очнувшийся от раздумий Джейкл. Разозлённый, тем временем, Элиас медленно повернулся к неизвестному стрелку, после чего двумя движениями оказался возле его обессиленной руки, схватил её и с силой потянул на себя, вытащив похороненного…
— Гаррус, твою мать, — зарычал Лехтонен.
— Не благодари, — усмехнулся такой же полумёртвый сайдикаттец. — Я н-не слышал о чём т-там он говорил… но мне и не нужно. Эта мразь убита. Дело сделан-но…
Вспыхнувшая от злобы Элизен достала винтовку и моментально навела её на Гарруса чтобы расстрелять его на месте и окончательно добить. Этому помешал неожиданно вмешавшийся в ситуацию Фредли: спецагент подкрался к Кайлер и обхватил её сзади за голову и шею, взяв в удушающий захват. Задыхающаяся Элизен выронила винтовку и начала брыкаться изо всех сил, пытаясь вырваться из хватки или, по крайней мере, достать оружие, однако Воимакас оставался неумолим.
Через длительное время сопротивляющаяся девушка медленно ослабела и потеряла сознание, размякнув на руках Бренеха. Тот отпустил её и передал прямо в руки и так ошарашенному Джейклу. А тем же временем Гаррус, получивший от Прента серьёзные повреждения вплоть до кровоизлияния в мозг, медленно закрыл глаза и отправился вместе со своим обидчиком на тот свет. От потери сразу двух сотрудников Элиаса затрясло, он медленно осел на полусломанный стул, тот разложился и доломался окончательно, заставив Лехтонена упасть и больно ударится головой об стол. Истощённый морально и физически глава полиции, получив такой удар, вырубился.
Невовремя прибыли Мариэтта и Джейкл, оставшиеся одни вместе с Фредли в просторном кабинете с двумя трупами. Если бы они поторопились хотя бы на пару секунд…
***
Через сутки. Больничное отделение здания полиции.
Пробираясь сквозь сонную пелену, через сотни миллионов осколков воспоминаний и видений, через бесчисленное количество хороших и плохих сновидений, Элиас начал медленно приходить в себя. На удивление он почувствовал не дикую иссушающую усталость и не постоянное похмельное состояние, хотя в жизни никогда не был пьян, а в последний месяц не пил вовсе а, что неожиданно, необычайную бодрость и рвение.
Хотелось прямо сейчас вскочить с кровати и побежать выполнять служебный долг. Однако Лехтонен спокойно переборол в себе этот порыв и расслабился; не открывая глаз, но уже давно проснувшись, он попытался вспомнить последние происходившие с ним и с Комитетом события. Лучше бы он их не вспоминал.
— Кхе-кх-е-кхе! — прокашлялся шеф Полиции. Неизвестно, физиологически ли у него запершило от сухости в горле или же просто слишком сильно углубился в себя.
Килобайт открыл глаза. Повезло, что в помещении стоял тусклый свет, который помог его глазам привыкнуть. Он медленно и лениво осмотрел окружающий интерьер и сделал выводы, что находится в больничном отделении. Это, несомненно, радовало шефа: он не умер и через полдня сможет отдохнувший продолжить свою работу. Он не намерен тут засиживаться на более чем несколько часов, невзирая на любые рекомендации или просьбы, не до этого ему сейчас.
— Очнулись, пациент, — рядом замаячила фигура доктора. — Как себя чувствуете?
— Головная тягомотина ушла — и то радует. Привет тебе… Эхаил? Вот уж не ожидал тебя увидеть в отделении, — удивился повернувшийся к лекарю шеф. — Мне казалось, что ты лошадки и своё, кхе, коневодство, на службу променял.
— Ошибаешься, — усмехнулся он, — я здесь чаще, чем тебе кажется. Просто не встречаемся.
 
Внезапно в комнату кто-то постучался. Элиас пригласил гостей внутрь и в помещение зашли, ожидаемо, те, с кем он хотел поговорить и обсудить последние события. Хмурый Джейкл, мрачный Воимакас, раздражительный Райдар и улыбающаяся Мариэтта. Правда, даже её улыбка была пропитана грустью и болью, словно она сама сейчас держится на самом волоске и единственное, что спасает неодолимую и волевую девушку — её собственная выдержка и поддержка друзей. Как и всех остальных, впрочем.
Фредли и Райдар направились к доктору, обсуждая с ним какие-то детали, а вот Мэйнайо и Корсар тут же подскочили к Элиасу, окружив его с двух сторон, после чего Мариэтта обняла шефа, а Джейкл дружески хлопнул его по плечу. На некоторое время установилась тишина, нарушаемая тихим дыханием.
— Ну, что? Рассказывайте, где вы оба пропадали и оставили меня одного с Серым Маклером? — скривился Элиас. Чувствовал он себя хорошо, поэтому сразу начал с расспроса коллег.
— Я расследова… Серый Маклер? Кто?.. — и тут же Джейкл осёкся. В помещении было только двое враждебных по отношению к Килобайту агента. И это явно не была Элизен.
— Клиффорд — Маклер. Ещё один доверенный профессионал оказался дэспертаровцем, — тут померкла улыбка даже у невозмутимой и жизнерадостной Мариэтты. — Извини, Элиас, я была очень занята: по пути атаковали пауки, чудом отбилась и помогла отбиться ребятам. И ещё до этого договаривалась с ассасинами из Братства.
— Ах, да, ассасины. И какой же был вердикт мистеров "мы не лезем в политику", хотя это правило уже лет тридцать как не действует? — перекривил их глава Комитета, показывая пальцами кавычки. У него не самые лучшие отношения с культистами Химеры.
— Они согласились нам помочь, отделение уже сотрудничает с ними. Но ещё предупредили, что если мы не сможем уложится в оставшийся срок, то они сами потом убьют или тебя, или Дэспертара, или Випридак. Убьют, точнее, двоих и оставят третьего, отдадут ему победу, чтобы успокоить Шарни. А вот кого убьют без понятия.
— Блеск, — проворчал Элиас.
— И ещё: глава ассасинов, Малена, вы её знаете, как-то связана с Шарни. И Дэспертаром. Первую она назвала "подругой", о втором сказала, как о "бывшем партнёре".
— Ассасины. Помогали. Дэспертару, — со стороны Элиаса последовал самый глубокий вдох, сделанный за всё время существования человечества на Рунете. — Да БЛ#ТЬ!
Этот крик заставил некоторых опешить от неожиданности, а сидевшего рядом Джейкла и вовсе закрыть уши. Если ещё пару минут назад у Лехтонена было прекрасное, изумительное, отдохнувшее настроение, то теперь, вскрывая факты, он вернул свою прежнюю раздражительность. Если не сказать, что тихую озлобленность. Клиффорд был прав — устали все. Но явно никто не собирался поступать друг другу.
Ассасины и Халлинтоеллин вместе. Даже непродолжительное сотрудничество могло повлечь за собой столько последствий, что Элиас натурально боялся вспоминать, чем может всё обернуться. Хоть он и не любил этих культистов, но отрицать их глобальное влияние на весь мир, в том числе и на Нирнвики, он не мог. Особенно учитывая, что сам отныне являлся в системе не гражданским, а ответственным и доверенным лицом, выбранным самим президентом.
— Да что вы все находите в этом огрызке навоза!? Вот что конкретно!? Почему каждая третья фирма Нирнвики готова сосать у него лишь бы стать частью Халлинтоеллина? Почему каждый четвёртый человек хочет видеть его правителем страны? Я не шучу! Что в нём такого!?.. и ещё с Шарни связана. Ну, не удивлён: одна сука связана с другой сукой; даже знать не хочу, какие они оргии у себя под земкой устраивают.
— Кстати, о Дэспертаре — я смог узнать, кто это. От мёртвого Сафари, — поделился невзначай Джейкл, помрачнев так, как никогда ещё за всю свою жизнь не мрачнел.
— Мёртвого!? Твою мать… — выругался ещё раз Лехтонен. Это была солидная потеря, он думал реабилитировать опытного управляющего. — Стоп, ты знаешь Дэспертара? Ну, наконец-то! Кто это, Джей? Скажи мне всего лишь одно имя этой дряни: я прямо сейчас встану и разобью ему морду. До смерти.