Заклятие на любовь (СИ)
Вместо куратора ответил Димитрий:
– Ненавистью. Страхом. Болью. Такая вот еда…
У меня нехорошо засосало под ложечкой от мрачного предчувствия.
– Мэтр Зотис, а вы не могли бы позвать кого-нибудь из преподавателей и проверить лабораторию? Мало ли…
Куратор, который был ненамного старше нас, своих подопечных, покровительственно улыбнулся и успокаивающе положил ладонь на мое плечо. Решил, что я впечатлительная девица, нуждающаяся в утешении.
– Не бойся, Пеппилотта, лабораторию проверяют каждое лето перед началом учебного года. Печати стоят и простоят еще сто лет.
Хотелось схватить беспечного куратора за грудки и заорать: «Хорошо же вы ее проверяли, если не увидели, что вход открыт! Проверьте снова, как следует!»
Но, может, зря я разволновалась? Мало ли что мне померещилось. Тем вечером самым мерзким существом поблизости оказался вовсе не мифический костенюк, а вполне безобидная на вид Меринда. К тому же прошло много дней и ничего страшного до сих пор не произошло.
Да и как ни убеждай мэтра Зотиса – все равно не послушает. Смотрит с легкой ухмылочкой, возомнил себя самым умным. Мол, не переживайте, деточки, мы, взрослые маги, давно все решили за вас.
Всполох, который бесстрастно сидел у ног Ди, не встревая в разговор, наклонился к Думу – фамильяру куратора – и сказал:
– Надо посмотреть, что там да как. Тебя он послушает.
Мэтр Зотис разозлился, подхватил медлительного Дума на руки. Тот, кстати, не соизволил ответить Всполоху.
– Заведут себе наглых фамильяров… – пробормотал куратор и удалился, унося черепаху.
Дум вытянул шею и кивнул пуме. Или голова черепахи всего лишь качнулась в такт шагов мэтра Зотиса.
*** 49 ***
– Для того, чтобы получить зачет по моей дисциплине, – вещала мэтрисс Кеолея, расхаживая вдоль ряда столов, – вам нужно будет защитить проект. Работать станете в парах.
Я мысленно поморщилась. Преподаватель высокой кулинарии всегда так пафосно изъяснялась! В прошлый раз «проектом» оказалась жареная рыба с пряными травами, которые не перебили запах тины, как мы ни старались. Мы с ног до головы пропахли рыбой, и ведуны, когда наш курс ввалился в столовую на обед, демонстративно зажимали носы.
Что на этот раз? Котлеты? Рулеты? Мясные брикеты?
– Чего вы ждете, выбирайте напарника! – велела преподавательница.
Все засуетились. Бруно подскочил к Маль и схватил ее за руку. Как будто на его драгоценную Соломинку кто-то покусился бы, кроме него. Клара объединилась с Лемом: они стояли за соседними столами. Я не переживала, без пары не останусь: сейчас всех разберут, кроме нас с Ди. Мог бы, кстати, и сам пригласить, все равно ему ничего не светит.
Я выжидательно посмотрела на Ди, стоящего напротив.
– Ну, как я понима…
И чуть не подавилась собственным языком. Возле Димитрия, опершись локтями на стол и выставив напоказ все свои изгибы, терлась Тильда. Не глядя на Ди, она смущенно переставляла с места на место скляночки с приправами.
– Душистый перец… Гвоздика… У меня, кстати, закончилась.
– Тебе отсыпать? – Ди, как и я, не мог взять в толк, чего хочет Тильда. – Бери, не стесняйся.
– Мускатный орех… – Тильда будто и не слышала, что ей говорят. – М-м-м… Как пахнет. Кстати, Ди, ты станешь моим напарником?
У Ди сделался донельзя очумевший вид. А уж как я обалдела! Нет, ну что это нашло на Тильду! Она что, не видит, кого зовет в напарники? Тощенький цыпленок с щербинкой между передними зубами. Всего-то и красоты – фамильяр. А сам-то Ди, тьфу, без слез не взглянешь!
Ди вскинул брови. Он медлил с ответом. Быстро посмотрел на меня из-под густых ресниц. Да, вот глаза у него еще неплохи… А в остальном-то – заморыш заморышем!
И пусть Тильда его забирает, подумаешь! Только отчего тогда я злюсь?
– Ди – мой напарник! – крикнула я, не рассчитав, что голос в полуподвальном помещении гулко отразится от каменных стен.
– Ну твой так твой. – Мэтрисс Кеолея в недоумении посмотрела на меня. – И незачем так орать, Пеппилотта.
Тильда, у которой заалели мочки ушей, смущенно ретировалась на свое место.
– Ты ведь не против, Ди? – тихо спросила я у Димитрия, внезапно испугавшись, что теперь он, мне назло, выберет Тильду. – Нет, если против, то пожалуйста. Мне-то все равно. Но мы как-то сработались. Зелье отлично сварили! Ой…
Что я несу? Хорошо, что никто не знает, какое именно зелье мы сварганили.
– Если что, мне совершенно все равно, – закончила я, задрав нос едва ли не в потолок.
Уловила краешком глаза улыбку Ди.
– Пеппи, я буду рад работать с тобой в паре.
– Так я и не сомневалась! – подытожила я.
И выдохнула. Уф.
– Все? Разобрались? – усмехнулась мэтрисс Кеолея. – Итак, проект. Через неделю каждая пара должна представить эликсир «Детские грезы». Несколько капель этого снадобья, добавленные в десерт, оживляют самые светлые и радостные воспоминания детства. Вам предстоит много общаться между собой и вытаскивать из укромных уголков души беззаботные воспоминания. Я научу вас, как обращать их в магию.
Ого, так рыбу мы жарить не станем? Неожиданно и страшновато: придется обнажать душу перед Ди, но готова ли я? Да и сам он слегка побледнел и посерьезнел. Впрочем, и остальные задумались, перебирая внутри себя яркие эпизоды детства – счастливые и не очень. Ну, мэтрисс Кеолея, умеете вы озадачить!
Оставшуюся часть занятия мы учились составлять основу для эликсира. Все время, пока я растирала в ступе пряности и отмеряла по каплям миндальное масло, я размышляла, что же рассказать Ди. И чем больше думала, тем страшнее мне становилось. Нельзя сказать, что я росла несчастным ребенком, но я впервые, кажется, осознала, что любое радостное воспоминание моего детства было с ноткой горечи. Потому что… я всегда была одна. Няня заботилась, чтобы ребенок был сыт, одет и здоров. А папа… Папу, похоже, не интересовало даже это.
Прости, Димитрий, кажется, мы провалим проект. Мэтрисс Кеолея станет плеваться от гадкого послевкусия, оставленного нашим эликсиром.
А потом меня осенило.
Я увидела летний сад, залитый теплым светом. Кружево теней на своих руках. Я сижу на земле, прислонившись спиной к шершавому теплому стволу старого дуба. Мне пять лет. Коленки покрыты грязью и царапинами. Волосы заплетены в косу, но она растрепалась за время игр. Я вышла из дома с утра, а уже миновал обед. Я поворачиваю голову направо и улыбаюсь тому, кто сопровождал меня в сегодняшних приключениях. Прическа Ника в еще более плачевном состоянии: в густых волосах застряли сухие веточки и даже какая-то высохшая муха. На носу царапина. Нику пришлось лезть за мной на дерево и помогать спускаться. Он такой сильный. Он старше меня на год.
– Лиска, не вздумай больше никуда забираться! – сердится Ник.
Нет, по глазам вижу: не сердится – он испугался.
– Ла-адно, – тяну я.
Зеваю, укладываю голову на его колени.
– У тебя в волосах листочки, – шепчет он.
– Так вытащи, – улыбаюсь я и жмурюсь от радости.
И дремлю, пока осторожные пальцы распускают косу и перебирают пряди…
*** 50 ***
Над проектом мы с Ди принялись работать в этот же день после занятий. А к чему откладывать: быстрее начнем – быстрее закончим.
Жаль, наше укромное место на пляже залито водой – там бы нам никто не помешал. Мы отправились бродить по осенним аллеям. Благо погода позволяла. После дождливых хмурых дней выглянуло солнце, пригрело. Последние пестрые листья устилали землю разноцветным ковром.
Мы то и дело натыкались на другие парочки. Бруно и Маль оживленно болтали – наш сосед-молчун становился совсем другим человеком рядом с робкой Соломинкой. Будто даже выше ростом и шире в плечах. Другие первокурсники-чаровники, хоть и шли рядом, смотрели в разные стороны и молчали. Непросто им будет справиться с заданием.