Спецотдел (СИ)

Поиск. Нужно убедиться, что существо только в доме.
Набрать номер Азамата. Описать бурлящее нечто, проросшее сквозь дом.
Спец по редким существам явно обрадовался. Как правило, это не означало ничего хорошего для обычных людей. Для видящих тоже.
— Оно растёт, Егор?
Пузырящаяся масса, словно в ответ на вопрос Азамата, тут же увеличилась на полметра, как тесто, прущее из гигантской кадушки.
— Да. И быстро.
— Чернеет, если на него смотреть. Пузырится на вид. И размером с целый дом! Дом видящих?
— На заборе защита есть, да.
— О, тогда оно поглотило какой артефакт и разом вымахало с дом! Круто!
— Аз!
— Ой, прости. Это, судя по всем, фервенс. Видимо, большой.
В доме что-то вспыхнуло. Потом ещё раз. Это знаки!
Видимо, тот парень, которого звала девчонка в розовом, действительно в доме и пытается драться с существом.
— Насколько опасный? Внутри человек.
— Само собой, фервенса обычно вызывают! А так он опасный, да. Старается обездвижить человека, потом быстро высасывает жизнь. Эффект будет как будто жертва надышалась угарного газа.
— Как быстро?
— От десяти минут до получаса, но, вроде как, чем он больше, тем быстрее справляется. А про такого, чтоб с целый дом, я и не слышал.
— Я за человеком. Защита выдержит? Наших уже вызвал.
— Свяжусь с диспетчером: потороплю. Жертву надо, по возможности, на свежий воздух поскорее. Давай.
Аз отключился.
Вспышек больше не было. Видимо, фервенс сумел-таки обездвижить жертву.
Егор шагнул на крыльцо, погружаясь в пузырящееся тело монстра. Защита на куртке тут же засветилась. Вспыхнули амулеты на шнурках и на браслете.
Дверь заперта. Егор попробовал выбить створку, но не сумел. Тогда он обошёл дом, приглядываясь к окнам. Нашёл приоткрытое на втором этаже. Так, туда можно забраться с крыши гаража у дома.
С поленницы на крышу гаража. Осторожно к окну. Проверка знаками. Теперь внутрь.
Защита на куртке светилась совсем слабо: скоро окончательно разрядится. Значит, надо действовать очень быстро.
Поиск. Знаки, светясь, полетели из комнаты — Егор следом, затем по коридору направо.
Эту дверь он высадил без проблем.
На ковре, возле незнакомых символов, вычерченных тёмным по светлому ворсу, лежал тощий парнишка с пирсингом в носу. Бледный, дыхание неровное, на раздражители не реагирует.
С крыши гаража его в одного нормально не снять. На крыше не оставить: фервенс уже поглотил её и полз дальше. Надо стащить парня вниз и открыть одно из окон на первом этаже.
Внезапно накатило головокружение, и тут только Егор заметил, что куртка больше не светится.
Техника безопасности в таких случаях велит спасать спецотделовца, а не гражданское лицо. Тем более, что помощь уже близко.
Сколько он тут лежит? Минуты три. Не дотянет до приезда спецов.
Да и пусть: сам же вызвал тварь, судя по всему.
Егор ругнулся и взвалил парня на плечи.
Голова закружилась сильнее. Дыхание билось где-то в горле, никак не желая проходить ниже, в лёгкие.
Егор вышел в коридор, кренясь под тяжестью человека. Налево тупик с окном, направо, кажется, лестница.
Не навернуться бы со ступеней.
Егора мотало, как пьяного. Он вцепился в перила и с упрямством идиота тащил парня вниз. Дышать уже толком не получалось, только хрипеть, отрывисто и надсадно.
Вот и ступеньки кончились. Он чуть не рухнул, шагнув на ровный пол, но чудом удержался и, шатаясь, побрёл к окну.
Егор спустил парня на пол и еле справился с ручкой: в дом пахнуло морозом.
Вдали слышались сирены. Подкрепление? Или глюк?
Он наклонился и приподнял парня, весившего целую тонну. Перевалить гражданского через подоконник. Выбраться самому. Вытащить человека. Оттащить к забору. Упасть в снег и задохнуться. Отличный план. Пал Палыч бы одобрил.
На пункте «вытащить человека» откуда-то набежали люди. Отняли гражданского и унесли. Подхватили под руки самого Егора и, что-то укоризненно бормоча, потащили прочь.
Очнулся Егор в палате. Слабо пахло больницей и цитрусовым освежителем. Больно не было, дышалось нормально. Хотелось спать и ни о чём не думать.
 
Рядом кто-то был. Наверняка команда. Как тогда, когда он угодил в разрывателя. Сейчас он откроет глаза, а там, у окна, Никитка следит за прозрачной птицей. В кресле Пал Палыч с книгой, в очках для чтения. На стуле у кровати встревоженный Женя.
Егор позволил себе чуть-чуть побыть рядом со своими — на самом деле наверняка в палате всего лишь медсестра — и открыл глаза.
У окна стоял Азамат, с вниманием кошки изучая что-то скачущее по подоконнику. В кресле сидел Максим с блокнотом. А у кровати стояла Вика, с тревогой вглядываясь в пострадавшего коллегу.
— Очнулся! — сказала она, поправляя очки, и к старшему тут же подошли Максим и Азамат, бурно радуясь его пробуждению.
После обмена приветствиями Егор спросил:
— Пацана откачали?
— Да, — весело отозвался Азамат. — Он действительно вызвал фервенса, чтобы распрощаться с жизнью из-за несчастной любви, представляешь?
— Откуда узнал про ритуал?
— Из дедовых записей. Дед, оказывается, был нашим коллегой в своё время и, видимо, не все бумаги сдал, когда на пенсию вышел.
— Почему монстр?
— Не поверишь, чтоб маму с папой не расстраивать! — взмахнул руками Аз, то ли возмущаясь, то ли поражаясь. — Пусть бы, говорит, подумали, что это случайность. Ну, думал, хватит времени следы ритуала убрать. Опять же фервенс — это небольно и нестрашно.
Вика покачала головой, явно не одобряя выбранный парнем метод решения проблем. Максим вздохнул.
Азамат продолжал:
— Он решил, что защиты на его комнате хватит — монстр упокоит его и исчезнет. Не учёл только, что фервенс является в пределах определённого диаметра, и на стены с защитой ему в момент проявления наплевать.
— А чего он расти начал?
— Поглотил пару артефактов вроде ловца снов с отпугиванием кошмарников и цветочного солнцелова. Ничего незаконного, мелочь всякая! Но фервенсу хватило, чтоб сверхъестественной энергией напитаться — и ап! А тут как раз ты мимо проходил.
— Очень удачно для «молодого Вертера», — заметил Максим.
Вика фыркнула, а Егор так и не сообразил, что имел в виду Кошкин. Видимо, что-то из классики. Как ни старался Макс делать вид, что он самый обычный рядовой «спец», воспитание давало о себе знать. Но, надо полагать, не понимал его отсылок только Егор. Однако к счастью для Б-четыре, это не смущало ни Кошкина, ни самого Егора.
Выпускать пациента раньше, чем через сутки непрерывного наблюдения, медики отказались категорически, так что Б-четыре пришлось оставить старшего в больнице.
…Как оказалось, в палате может быть так же тоскливо, как и в собственной квартире. В общем-то, неудивительно: в феврале нет разницы, где лежать без сна и пытаться не думать о том единственном, что имеет значение.
Високосный год 
29 февраля 
 
Вчера удалось отключиться почти на десять часов — измотанный бессонницей организм взял своё, так что в последний день зимы Егор вышел на смену.
Рабочий день прошёл без происшествий. Опросили свидетелей по текущему делу, проверили оказавшуюся ложной информацию о вызове ледяного существа в районе Лысой горы, заполнили бумаги и выслушали отчёт Азамата о росте популяции малых надснежников в Кирилловом лесу. Раз малые, то нестрашно. Собственно, Аз и отчёт выдал только для того, чтоб лишний раз поумиляться зубастыми «цветами».
После смены Егор развёз коллег по домам: сначала Аза, потом Вику, затем Максима.
Когда «форд» подъехал к пятиэтажке, в которой снимал квартиру Кошкин, тот спросил:
— Егор, а может в кафе? Проводим зиму, попьём кофе, клипы, которые там крутят, посмотрим? На музканалах иногда такое показывают, что ого-го!