Побег в Академию, или Разоблачение истинной пары (СИ)
Побег в Академию, или Разоблачение истинной пары
Глава 1. Ненавистный жених...
Данелия. Родовое поместье рода де Шантан
У меня от ужаса кружилась голова, но из груди вырывался нервный смех.
Немыслимо! Это просто безумие!!! Отец решил окончательно сжить меня со свету???
Я была так погружена в состояние шока, что просто не заметила мужчину перед собой и врезалась в него на полном ходу.
Цепкие грубые руки тотчас же вцепились мне в плечи. Я вскрикнула, вскидывая взгляд, и напоролась на ненавистные синие глаза Эвана де Мольер.
Он был моим ночным, да и дневным кошмаром. Как часто именно его лицо представлялось мне в маске истинного демона, потому что этот самовлюбленный и наглый садист на пару с моим младшем братцем издевался надо мной всю мою жизнь.
Я помню их шалости ещё с восьми лет. Они подстерегали меня в тёмных углах поместья и бросались личинками бабочек. Иногда засовывали под ворот платья пауков, обливали водой… Чем старше мы становились, тем страшнее были их выходки. Меня запирали на чердаке, толкали в грязь и требовали пресмыкаться перед ними на коленях.
Я отказывалась. Всегда. И за это получала наказания.
Ненавидела их всей душой и мечтала вырваться их этого ада, как только мне стукнет законные восемнадцать.
Отец даже не пытался вникать в сомнительные дела своего любимого сыночка, а мачеха всё знала, но давала на издевательства добро. А всё потому, что я была слишком похожа на свою мать, с которой когда-то Элизабет де Шантан была жгучей соперницей. Но мама умерла, когда я была малышкой, и всю нерастраченную ненависть мачеха решила излить на меня…
Эван де Мольер, закадычный друг моего брата Романа, бывал у нас без малого дважды в неделю. И я дважды в неделю лезла на стенку от страха и ненависти. Дать полноценный отпор не могла, но усиленно училась небольшим магическим фокусам, чтобы портить садистам их планы.
У меня неожиданно хорошо получалось, так что в последние два года эти два идиота не раз убегали от меня с подпаленными задницами. Но Эван де Мольер, в отличие от моего брата-бездаря, времени зря не терял. Он тоже начал обучаться магии и научился блокировать мои выпады, обращая их в пыль. Тогда я стала усиленно изучать магические руны. Это уже было мастерство иного уровня и давалось труднее, но нужда заставляла меня зубрить сложные схемы рун и днём, и ночью. В итоге, я научилась вызывать ветер, поливать обидчика водой и даже в некоторой степени управлять огнём, хотя это было самым сложным в обучении.
Эван злился, встречая мой отпор, но, кажется, распалялся ещё сильнее.
Я начала замечать в его взгляде что-то новое: огненное, мощное и явно опасное. Не могла понять, что это такое, и, честно говоря, боялась.
В последние полгода, зажимая меня в углу поместья, он начинал подозрительно распускать руки. Сжимал талию, пытался трогать грудь под корсетом и даже попробовал задрать юбку.
И до меня дошло: похоть! Он решил наказать и унизить меня самым страшным образом из существующих на свете.
Вот тогда-то я окончательно и решила, что сбегу. Обязательно сбегу из дома, как только мне стукнет восемнадцать лет.
И в этот поистине прекрасный день отец огорошил меня дикой новостью:
- Через полгода ты выйдет замуж за Эвана и станешь Данелией де Мольер…
Его заявление меня просто убило.
Этот придурок захотел взять меня в жены??? Чтобы теперь издеваться надо мной законным образом???? Ну уж нет!!! Этому не бывать! Никогда!!!
И вот я натыкаюсь на него в саду и оказываюсь в ненавистных объятьях.
Лицо Эвана искажено самодовольной гримасой, в синих глазах сверкают похоть и торжество.
- Теперь ты больше не сможешь убегать от меня, драная девчонка! – шепчет он с диким оскалом. Этот оскал делает его уродливым, словно он действительно мерзкий демон. – Я получу тебя с потрохами и смогу делать всё, что захочу!!!
Его наглые руки пытаются сжать мои ягодицы под платьем, но я яростно собираю в руке магию, мысленно чертя руну огня, а когда этот мерзкий садист наклоняется ко мне поближе, чтобы впиться губами в шею, я обрушиваю на него всю ярость своей магии.
Искры сыплются от нас в разные стороны, и Эван с ругательствами отшатывается назад. Его кожа не повреждена, но только потому, что он заранее нацепил какой-то амулет-блокиратор. Я с досадой отряхиваю руку от остатков магии и смотрю ненавистному мучителю в глаза.
- Ты меня не получишь! – шиплю ядовито, словно болотная гадюка. – Только попробуй ещё раз приблизиться ко мне, подонок!!!
На «подонка» Эван не реагирует: привык уже. Кажется, моя ярость его только заводит.
А я точно знаю, чем буду заниматься сегодня ночью: бежать из этого дома, бежать и только бежать.
Мне уже восемнадцать, и никакие охранные магические ловушки больше не смогут меня остановить…*
_________________
*Во избежание распространения детского бродяжничества по большим городам королевства развешаны сигнальные магические ловушки, которые реагируют на всякого, кому не исполнилось восемнадцать, и кто слоняется в одиночестве по подозрительным местам…
Глава 2. Истинный шок...
Его Высочество Бастиан, племянник правящего короля
Магическая руна легко подчинялась микроскопическим движениям моих пальцев, лениво перекатываясь светом и энергией. Профессор Борлинг наблюдал за мной очень внимательно, не сводя глаз с магического знака, но я готовил для него небольшой сюрприз.
Губы сами расплылись в озорной улыбке: иногда дурачить окружающих мне даже нравилось. Дождавшись, когда он на мгновение отвёл взгляд, чтобы проверить поведение остальных адептов в аудитории, я быстро порвал одну руническую вязь, перекроив ее в совершенно иной знак. В тот же миг она полыхнула слишком ярко, и воздух в аудитории начал сгущаться.
- Сейчас рванёт! – закричал мой троюродный брат Эдгар не своим голосом, и ученики в ужасе ломанулись к выходу.
Бледный профессор уставился на мою «покалеченную» руну и, видя, что она всё больше набухает, переливаясь уже не желтыми всполохами, а теперь еще и красными, начал зеленеть.
- Ваше Высочество… бегите… - прохрипел он, но я, сделав испуганное выражение лица, тупо прыгнул на пол, увлекая его за собою.
Прозвучал взрыв, и на нас посыпались учебники и документы со стола.
Я едва сдерживал смех.
На самом деле эта руна была не опаснее заклинания легкого бриза. Просто умелыми движениями я сделал ее похожей на руну, провоцирующую огневой шквал.
Профессор лежал подо мной ни жив, ни мертв. Его глаза были широко распахнуты, седая шевелюра забавно топорщилась во все стороны, а грудная клетка слишком часто вздымалась. Я даже испытал легкое чувство вины, что снова подверг бедного безобидного старика стрессу, но… у меня, честно говоря, не было выбора.
Мне приходилось строить из себя пакостника и пройдоху, чтобы мой «драгоценный» дядюшка комфортно сидел на своем троне, и тот не натирал ему задницу от беспокойства. Ведь законных наследников у него так и не случилось, а я был следующим претендентом на трон.
Я был уверен, что он не раз задумывался о том, чтобы отправить меня вслед за отцом и матерью, но мое актерское искусство, похоже, дало ему надежду, что из такого болвана, как я, можно будет вить крепкие и надежные веревки…
Поэтому проказы были моим спасением…
Я поспешно подскочил на ноги и подал руку профессору, помогая ему встать. Он растерянно оглядывался вокруг, пытаясь определить степень разрушения, но кроме разбросанных вещей и перевёрнутых стульев ничего не нашел.
Облегченно выдохнул и посмотрел мне в глаза со вселенской усталостью.
- Вам следует получше тренироваться, Ваше Высочество… - пробормотал он, но его передернуло, поэтому он поспешно добавил: - И желательно вне стен Академии...
Я усмехнулся, снова сыграв циничного дурачка, поспешно попрощался и величаво отправился к выходу.