Кровавый дракон (СИ)
— Печально, — покачал головой Эрстан. — Слушай, а почему ты Дилля выскочкой называешь? Или в Академии за моё отсутствие ещё один драконоборец появился?
— Нет, но и одного хватает за глаза. А выскочка он, потому что… выскочка. Куда ни пойдёшь, везде слышишь, Диллитон то, Диллитон сё. Словно никого, кроме этого рыжего наглеца больше нет. Он и дракона изгнал, и магия у него особенная, и короля он спас. Навяз этот Диллитон в зубах, хуже смолы.
— Мне рассказали, что он и Тео спасли короля во время покушения. А потом Дилль помог королю взять власть и наказать заговорщиков. И он действительно изгнал Великого дракона из Неонина.
— Может, и так, — скривился Мейс. — Но я терпеть не могу ни его, ни полувампира.
— Тео — неплохой парень, — осторожно сказал Эрстан. — Во всяком случае он таким был, когда я его знал.
— Тогда мы с тобой не сходимся во мнениях, — поморщился Мейс.
Эрстан вздохнул. Он давно знал Мейса и негласно помогал ему в изучении врачевания до тех пор, пока тот не превзошёл Эрстана. К Диллю и Тео Эрстан относился тоже хорошо — ему понравился и рыжий пройдоха, получивший драконий дар, и молодой полувампир, так искренне хотевший изучать магию в Академии. Если бы не долгая поездка в Мироттию, Эрстан продолжал бы общаться с ними. И сейчас он разрывался между Мейсом с одной стороны и Диллем с Тео с другой. Мудро решив, что когда-нибудь всё утрясётся, Эрстан решил общаться со всеми — в конце концов, с ним-то никто не ссорился.
— О, извини, Эрстан, я вижу одну даму и вынужден тебя покинуть.
Мейс вышел из-под козырька, где они укрывались от дождя, и поспешил к воротам. Эрстан пригляделся к женщине, лицо которой почти скрывал капюшон — нет, он её не знал. Наверное, ещё одна жертва красавчика Мейса. Эрстан только головой покачал — вот же неутомимый бабник, и когда уже остепенится? Ведь настоящий маг должен воздерживаться от отношений с женщинами — они только вносят в жизнь сумятицу, которая не способствует развитию магических талантов. Впрочем, с талантами у Мейса как раз всё в порядке — поэтому он может себе позволить совращать хоть десяток дам сразу.
А Мейс, подбежав к воротам, где со стражниками ругалась Илонна, поспешил успокоить солдат.
— Добрый день, госпожа Илонна. Господа, миледи Илонне разрешён вход на территорию лагеря магов в любое время дня и ночи.
— Нам ничего ни про каких илонн не говорили, — отрезал стражник. — Идите, ваше магство к дежурному, пусть он и пропускает.
— Здравствуйте, господин Мейс, — Илонна улыбнулась воднику. — Спасибо, вы, как всегда, спасаете меня.
— Я сейчас приведу дежурного, — пообещал Мейс и, уже уходя, обернулся. — Вы, надеюсь, пришли спросить, как моё здоровье?
— Нет, я пришла поговорить с Теовульфом. А что с вашим здоровьем, господин маг?
— Ах, сударыня, у меня болит сердце, — Мейс театрально схватился за левую сторону груди. — Я днями и ночами думаю о вас, и моё бедное сердце разрывается при мысли, что я не вижу ваших прекрасных глаз.
Солдаты заухмылялись — к счастью для них, Илонна стояла сбоку и не видела выражения их лиц.
— А с этим… э-э-э, Теовульфом, вам поговорить не удастся, — продолжил Мейс. — Он и его непутёвый дружок уехали.
— Уехали? Надолго?
— Думаю, надолго, если не навсегда, — хмыкнул Мейс. — Их услали куда-то к демонам на рога на тилисскую границу. Вполне вероятно, что представитель вашего клана первым попадёт под удар тилисской армии, но такова уж его судьба. Моя прекрасная леди, не могу ли я заменить вам предмет для разговоров? Быть может, вы осчастливите своим присутствием моё скромное жилище?
— Благодарю, нет! — резко ответила Илонна. — Тема моего разговора касается только меня и Теовульфа. Вы уверены, что их здесь нет?
— Разумеется уверен. Ведь как они уехали, стало легче дышать. Эти типы возвращались со штрафных отработок, воняя, как два зомби. Уж не знаю, в какие дыры их совали…
— Ясно. Тогда прощайте.
— Госпожа Илонна, разрешите проводить вас? На улицах полно грязной солдатни, причём, некоторые пьяны и могут начать домогаться вас. Я с ума сойду от беспокойства, если не доведу вас до дома.
— Я и сама могу постоять за свою честь, — ответила Илонна. — Хотя, почему бы и нет. Пойдёмте, господин маг.
Она опёрлась на предложенную руку, и вскоре две фигуры скрылись за пеленой дождя. Стражники проводили их глазами, затем один из них передразнил Мейса:
— Я с ума сойду от беспокойства. Тьфу! На месте этой кошачеглазой меня бы уже стошнило.
— Ей нравится, — возразил другой. — Поэтому-то она и ушла с этим сладкоголосым магом, а не осталась болтать с тобой.
* * *
— Держите, — капитан Офолл протянул им две куртки. — Та, что побольше — для Тео. Остальная, соответственно, для Дилля.
Дилль взял предназначенную ему куртку, покрутил в руках и начал стягивать мантию. Надев куртку, он повращал руками, наклонился, прогнулся — одежда сидела, как влитая. Ничего не жало, не тянуло, не болталось. Тео тоже позанимался гимнастикой и удовлетворённо кивнул.
— Рона дело знает, — сказал Офолл. — Она всех моих парней в эти куртки одела.
Действительно, все поголовно пограничники ходили в потёртых кожаных куртках — и в патруле, и в форте. Может, даже спали в них. А теперь и Дилль с Тео обзавелись этим предметом одежды.
— Вот ещё и шляпы — точная копия ваших форменных. Штаны, извините, Рона делать не стала. Говорит, что штаны из кожи василиска вредны для мужского здоровья. Можно было бы ещё и сапоги стачать, но никто из наших делать это хорошо не сумеет. Оставим кожу, в городе закажете.
Дилль примерил шляпу — очень удобно, хотя новая была немного тяжелее. Оно и понятно, кожа василиска — это тебе не кусок тряпки.
— Чешую с кожи пришлось счистить, иначе вы бы не согнулись. В этой куртке вам не страшен огонь и вода, — продолжал Офолл. — Может, вам они и так не страшны, но дополнительная защита не помешает. От ударов меча или кинжала кожа василиска не спасает — можете нашить на куртку заговорённые бляшки. В общем, поздравляю, теперь вы не просто пограничники — вы даже выглядите, как мы все. А это ещё один шанс выжить.
Дилль вопросительно посмотрел на капитана, и тот пояснил:
— При встрече с тилисцами первым кого выбивают? Правильно, мага. И если вы попадёте в засаду, вас не снимут первым же выстрелом. Так что советую свои мантии оставить в форте.
Дилль попробовал вытянуть посох из безразмерного мешка — получилось не так быстро. В мантии рукава шире. Ничего, потренируется, и всё начнёт получаться.
— Занятные у вас штуки, — сказал Офолл. — Никогда такого не видел.
— Потеря такой штуки чревата потерей головы, — усмехнулся Дилль. — Гроссмейстер Адельядо так и сказал.
— Тогда постарайтесь сохранить и то, и другое. Вы уже показали, что способны постоять за себя, но патруль — это не бой с василиском. В Тухлой впадине вы видели врага, а здесь вы можете узнать о нём только тогда, когда рядом упадёт мёртвый товарищ. Поэтому, доверяйте более опытным. Если скажут «лежать» — падайте. Скажут «бежать» — бегите во все лопатки. Никакого тупого геройства. В случае обнаружения вражеского разъезда вы должны уничтожить его, если сумеете. В случае обнаружения крупных сил врага вашей первой обязанностью является не разгромить или остановить его, а донести до форта эту весть.
Офолл посмотрел на адептов — дошли ли до них его слова.
— Крупные силы тилисцев могут появиться только через ущелье Древних. По обе стороны от форта горы слишком круты, чтобы через них враг мог перебросить транспорты с фуражом и боеприпасами. А вот небольшие отряды вполне могут просочиться на нашу территорию. Места, где тилисцы это могут сделать, нам известны, и патрульные объезжают их каждый день.
Капитан инструктировал их подробно — всё-таки, первый выезд. Дилль, честно говоря, уже устал от пояснений и напутствий, да и Тео переминался с ноги на ногу. Офолл понял это и махнул рукой.