Кровавый дракон (СИ)
Юловар отпустил министров. Когда государственные мужи покинули зал совещания, камердинер доложил о прибытии гроссмейстера Адельядо и архиепископа — в этом месте господин Луккас замялся — Одборгского.
— Пусть входят.
Когда маг и церковник вошли, они увидели короля, склонившимся над большой картой, лежащей на столе.
— Доброго здравия, Ваше Величество, — хором поздоровались они.
Король удивлённо посмотрел на вошедших. Гроссмейстер и архиепископ, которые долгие годы при каждой встрече ругались до посинения, с недавних пор жить друг без друга не могли. Раньше Юловар знал, что и первый маг, и глава церкви — люди серьёзные, и ссорятся из-за прямо противоположных идейных убеждений. Это было просто и понятно. А теперь он не знал, что и думать. Должно быть, случилось что-то из ряда вон выходящее, если двое давних противников нашли в себе силы объединиться. И интердикт, объявленный Ситгару, тут ни при чём — гроссмейстер и архиепископ помирились гораздо раньше.
— И вам, господа, того же. Садитесь.
Когда посетители уселись в кресла, король вопросительно посмотрел на Адельядо. Тот сразу перешёл к делу.
— Ваше Величество, до нас дошли слухи, что вы собираетесь отозвать войска от южных границ.
— Да, — коротко кивнул король. — Только не собираюсь, а уже сделал это.
Гроссмейстер замолк и бросил хмурый взгляд на архиепископа. Одборг кашлянул и нерешительно предположил:
— Может быть, мы просто чего-то не знаем? Наверное, это просто какие-то военные манёвры?
— Нет. Я приказал увести все войска от Неонина и Винлика. Также должно быть эвакуировано и гражданское население. Министры только что получили приказ за моей подписью.
— Теперь понятно, почему у них были такие озадаченные физиономии, — хмыкнул Адельядо. — Могу ли я поинтересоваться причиной столь недальновидного распоряжения?
— Господин первый маг, кажется, вы осмеливаетесь критиковать короля? — тихо спросил Юловар.
Прекрасно зная, что подобный тон чреват последующей вспышкой гнева, гроссмейстер, тем не менее, продолжил:
— Я просто хотел бы узнать причину, по которой король хочет оставить два оплота защиты южных границ государства, за которые пролито столько крови.
В глазах короля зажёгся опасный огонёк. Одборг вздохнул — похоже, сейчас и он, и Адельядо впадут в немилость. Но гроза прекратилась, не начавшись. Юловар поморщился и махнул рукой.
— Я иногда забываю, насколько настырными вы умеете быть. Наверное, мне следовало посоветоваться с вами…
— Следовало, мы с Одборгом вам плохого не посоветуем, — невозмутимо ответил гроссмейстер.
— Угу. Вот только вы — первые лица в Ситгаре, вдруг занялись какими-то неотложными делами. Настолько неотложными, что даже дорогу к своему королю забыли. Всё время уезжаете куда-то, приехав — пропадаете целыми неделями. Что происходит, господа?
Гроссмейстер и архиепископ обменялись взглядами.
— Ваше Величество, ничего особенного, — пожал плечами Адельядо. — Просто мы с Одборгом нашли точки соприкосновения и пытаемся примирить магию и церковь.
— Это хорошее дело. И всё? — король скептически посмотрел на мага, но тот твёрдо выдержал его взгляд.
— Да, Ваше Величество.
— Одборг?
— Его премудрость говорит истинную правду, — кивнул архиепископ.
Король подумал, что если они не хотят говорить, то силой правды от них не добиться — не такие они люди. Значит, расскажут, когда сочтут необходимым. Если вообще сочтут. Примирившись с этим, он жестом велел им подойти к столу.
— Вот, — Юловар провёл рукой над картой, — наша южная граница. Здесь — хивашские степи. На западе мы прикрываем от хиваши Эштигер и Мироттию.
Маг и церковник молча смотрели на карту — всё, что говорил король, они знали превосходно. Такое положение Ситгар занимал уже больше двухсот лет, когда дед Юловара отвоевал у хиваши неплохой кусок земли, выбил их с побережья и возвёл на два укреплённых города — Неонин и порт Винлик.
— Тилис и Мироттия поднимают всех на войну с Ситгаром. Церковь под предводительством Бронкура объявила нам интердикт и объединяется — опять же, для боевых действий против нас. Хиваши, несомненно, воспользуются моментом и нападут на наши южные границы. Красными стрелками я набросал возможные направления ударов, которые уже в ближайшие месяцы могут нанести армии сопредельных государств.
Адельядо поморщился, глядя на сплошные красные стрелки, жалящие территорию Ситгара с трёх сторон.
— Север? — спросил он. — Неужели вы допускаете, что король Подгорья тоже примкнёт к нашим врагам?
— Пока что он наш союзник, — устало сказал Юловар. — И даже прислал огневиков и пехоту, правда, за безумные деньги. Но гномы давно желают расширить торговые пути, а вынуждены вести торговлю через Ситгар. Кто знает, вдруг Таннил сочтёт, что ему выгоднее вступить в союз против нас?
— Гномы славятся своим крепким словом, — заметил Одборг.
— Дай Единый, чтобы их слово было таким же крепким, как и горы, в которых они обитают. Общую картину вы видите. И за неимением мудрых советчиков, — тут король бросил язвительный взгляд на Адельядо и Одборга, — я решил самостоятельно изменить баланс сил. Вывод южных войск усилит соединение под командованием генерала Денна. Хиваши займут Неонин и Винлик, после чего граница Ситгара отодвинется на север сразу лиг на двести.
— А население? Куда будем девать беженцев? Кроме того, не все согласятся покидать насиженные места. Начнутся народные волнения.
— Я приказал насильно выгонять людей, — глухо сказал король. — В противном случае они попросту послужат материалом для хивашских поднятых мертвецов.
— Мне кажется, это не придаст популярности королевской власти, — заметил Одборг. — Добровольная потеря двух городов, один из которых важный морской порт, народные бунты…
— И армии придётся их усмирять, вместо того, чтобы воевать с врагами, — дополнил гроссмейстер. — Кланы тут же начнут роптать и искать причины для неподчинения. Я не понимаю вашего замысла, Ваше Величество. Для чего такой риск?
— Я уже сказал: южная армия усилит наши юго-западные границы, — повторил король. — А хиваши, заняв наши города, начнут угрожать Эштигеру и вплотную подойдут к границам Миротии. Пожертвовав приграничными городами, я ослабляю мироттийскую армию и исключаю участие Эштигера в войне против нас. Ни один разумный правитель не отошлёт свои войска, когда под боком у него возникнет такая угроза.
Гроссмейстер и архиепископ сосредоточенно смотрели на карту. Наконец Адельядо откашлялся и сказал:
— Ну, допустим. Однако, с чего вы, Ваше Величество, решили, что хивашский каган начнёт столь быстрое наступление? В прошлом году хиваши изрядно получили от нас по зубам и вряд ли так нагло осмелятся сунуться на территорию Ситгара. Они же не знают ваших намерений оставить города.
— Я послал графа Крисса в хивашские степи с посланием для кагана. Джарем, разумеется, немедленно воспользуется такой удачной возможностью вернуть некогда отобранные у них земли.
— Но ведь это означает, что хивашские всадники выйдут к подбрюшью Ситгара, — сказал Одборг. — Где гарантия, что эти дикари не атакуют нас, вместо того, чтобы угрожать Эштигеру и Мироттии?
— Такой гарантии у меня нет. Но я уведомил кагана, что новая южная граница Ситгара уже укреплена и наполнена войсками. Надеюсь, он всё-таки решит, что проще совершать рейды туда, где подобной защиты нет. Ситгар с Эштигером почти не воевал, и граница там укреплена слабо.
Гроссмейстер свирепо почесал длинную бороду.
— Ну, будем надеяться, что всё произойдёт именно так, как вы и предполагаете. А теперь, Ваше Величество, когда мы с Одборгом убедились в вашем здравом уме, позвольте нам откланяться.
— Убедились в моём здравом уме? — протянул король. — Что это означает?
— Вообще-то мы с Одборгом, услышав об отводе войск, заподозрили, что вас опять подменили, — усмехнулся гроссмейстер. — Вот и пришли узнать, что да как. А, заодно, я проверил, нет ли в вас какого-нибудь магического артефакта, через который вами можно управлять.