Факультет некромантии. Выживут (не) все (СИ)

– Ма-а-а-астер!
– Ну вообще он должен был уделать имба, а не наоборот, – лениво протянул Горимир.
– Ну смотри, зверушка уделана. По крайней мере, прыгать явно устала, – усмехнулась Барс, подперев голову рукой.
– Да?
Критически изучив несчастного студента, Горимир все же кивнул и ловко перемахнул через перила, смягчая приземление заклинанием.
– Удод ты несчастный и лопух кучерявый!
Усмехнувшись, Анна покачала головой. В мире менялось все, что угодно, но никак не богатство словарного запаса дорогого преподавателя боевой некромантии.
Увлекшись представлением, она и не заметила, как попала в ту же ловушку, что и он. Встрепенулась слишком поздно, когда нежданный визитер подошел слишком близко. Настолько близко, что сумел бессовестно схватить любимую сестру за талию и крепко обнять, чтобы не отхватить по ребрам.
– Красота, прямо напомнило наши годы молодые! – меланхолично протянул Киран, расплываясь в блаженной улыбке.
– Дурак! – дернулась она и скривилась. – Нашел что-то?
Хмыкнув, Киран провел взглядом студента, улепетывающего уже от Горимира. Тот твердо вознамерился продемонстрировать, как должен сражаться с нежитью настоящий некромант. На примере собственно некроманта в роли мага смерти и студента в роли нежити.
– Нашел… Завтра можем отправляться в путь…
Поморщившись, Барс сдула с лица голубоватую прядь. Сегодня она чудесно гармонировала с таким же кончиком носа. Вид откровенно дурацкий, но скрываться за капюшоном женщина уже как-то устала. Что уж там, пусть студенты порадуются. Не так часто начало у занятий настолько яркое.
– Давай сегодня вечером. Хочу разобраться с этим до новолуния.
– Почему? – даже удивился он, оперевшись подбородком о плечо дорогой сестренки.
Усмехнувшись, Барс лениво дернула плечом, но сбросить подбородок нахала не удалось.
– Потому что у меня там развод и пропускать его я не хочу. Давай, отлипни. Мне нужно еще декана предупредить, что завтра меня не будет.
Фыркнув, Киран насмешливо пробормотал что-то о законопослушности, но все же разжал объятия. Только на дне темных глаз скользнуло глухое раздражение.
Вот уж воистину, другой такой ладно подходящей пары упертых ослов не найти во всем мире. И соседних тоже. Но вмешиваться в их деда Киран не стал.
Сами пусть уже разбираются. Ему мировых проблем хватало. Со сватовством у него все как-то не выходило.
Осень вступала в свои права. Вот уже несколько месяцев она проявляла удивительное радушие. Теплые деньки, с плывущем в воздухе мареве тонких паутинок и шелесте палой листвы. Золото и багрянец с редким проблеском последней зелени.
Волшебное время умиротворения, когда увядание не кажется таким уж ужасным. В это время хотелось жить и просто радоваться каждому дню. До тех пор, пока солнечную прелесть очередного дня не смыл поток ледяной воды.
Запоздавший ход спохватившейся осени.
Поморщившись, Барс уныло поправила капюшон.
– Существует множество миров, где люди для перемещения по непролазным буреломам используют машины, флаера, маго-механические сатеры, но нет ведь, – поморщившись, женщина похлопала коня по лощеной черной шее. – Меня вечно несет в миры, где единственное средство передвижение четырехкопытно.
Конь под ней недовольно запрял ушами. У непорядочной некромантки просто не могло быть порядочного коня. Нет, эта черная тварь слишком уж понимающе для лошади встрепенулась и слишком уж странно для того же парнокопытного, зарычала.
– Ты хочешь, чтобы тебя твое же средство передвижения сбросило и искусало? – иронично уточнил Киран.
Скривившись, Анна только щелкнула коня поводьями промеж ушей.
– Ану цыц там! – буркнула она и осмотрелась по сторонам, приподнявшись в стременах.
По словам Кирана ехать им предстояло… Неизвестно сколько. Последней точкой, которую определенно смог указать была расколотая гледичия рядом со сломанной березой. Сломанные гледичии им встретилось уже целых три, равно как и корявые березы в несметном количестве. Но все это размещало по отдельности. Вместе эти две детали как-то не спешили сочетаться в течение последних пяти часов.
 
Очередной взгляд в надвигающийся вечерний полумрак заставил Анну наконец-то облегченно выдохнуть.
– Вот! Оно?
Прищурившись, мужчина цокнул языком и поравнялся с сестрой.
– О, да!
Просияв, он завертелся на месте, осматриваясь по сторонам. На самом деле радость Барс было преувеличенна. От этой точки их путь терял определенность. Но Киран был настроен куда более оптимистично. Обернувшись к сестре, он щелкнул пальцами.
– А теперь давай, Золушка. Вызывай птичек, мышек, заек. Отсюда ехать не так уж далеко, но прочесывать все в радиусе десятка лиг – это времени не напасешься.
Поморщившись, Анна бросила на него откровенно мрачный взгляд. Она, в отличие от дорогого братца, не особенно верила в благоприятный исход. Последняя картинка, переданная брату пьянчужкой, была расплывчатая. Каменная арка, наполовину скрытая плющом. Такую легко пропустить.
Говорить это в очередной раз женщина не стала и только прикрыла глаза, медленно выдохнув. Она все еще была химерой и на какую-то часть оборотнем. А значит была куда ближе к природе, чем другие. Ближе к животным, сознанием которых она могла воспользоваться.
Лес, заполненный тихим шелестом падающих капель дождя, мог показаться совсем мертвым, но это было не так. Совсем рядом пульсировали теплые огоньки жизненной энергии пары белок, совы и крохотные искорки мышей.
Оттенки запахов, ощущений, инстинктов… Это мгновенно захлестнуло сознание, наполнило до краев, грозя затопить. На какое-то мгновение Анна даже дернулась, ощущая, что это переполняет разум, грозя вытеснить из него «Я». Но в последнее мгновение Барс смогла провести жесткую линию между теплым сиянием сознаний лесных жителей и ее собственным.
Зрение… Ей нужно было зрение.
Перед мысленным взором мгновенно пролетели одновременно тысячи картинок. Внутрення часть норы, дупла, дрожащая листва, влажная почва… Мелькание разных картинок разрывало сознание, заставляя одновременно следить за всем и сразу.
Арка! Ей нужна была арка!
Камни, река и полуобглоданный заяц.
Арка! Все еще арка!
Лепешка, мышь в когтях и лысеющий кустарник на фоне небес.
Арка! Ей нужна была…
– Арка!
Дернувшись от неожиданности, Анна едва не свалилась с коня. Тот, недовольно фыркнув, переступил с ноги на ногу. Таких резких телодвижений Вран не одобрял, но Барс дела до этого не было.
Нетерпеливо сжав коленями бока жеребца, женщина заставила его недовольно заржать и сорваться с места. С хоженой тропинки прямо в чащу. Вперед, к редкому ручейку, в котором и лягушке-то лапы не помыть и еще дальше.
Встречные ветки попытались было хлестнуть наглую женщину по лицу, но та упрямо склонила голову. Вперед! Напролом через редкий кустарник.
Раздраженно рыкнув, Вран затоптался на месте, сминая жухлые стебли травы, треща сломанными прутьями боярышника и сирени.
– Анька!
Нагонять взбесившуюся сестренку оказалось не так уж просто даже по проторенной тропе. Все же он был всадником самой обычной лошади, а не чертового беса!
– Не отставай! – нетерпеливо крикнула некромантка.
Все остальные картинки она изгнала из сознания. Нет, сейчас ей нужны были глаза одной-единственной конкретной лисы. Той, что с удовольствием лакомилась зайцем аккурат под аркой. Это был очень неожиданный поздний ужин и лиса была этим очень довольно и бросать его не собиралась.
До последней минуты она жадно грызла добычу, пока шум ломаемых веток не оказался совсем близко. Зарычав, хватая остаток зайца, лиса вскинула голову. На миг карие глаза зверя встретились с серыми человеческими. Картинка мигнула, наложилась, прежде чем разлететься осколками разорванной связи.
 
Лиса встрепенулась и мгновенно сорвалась с места.
Моргнув, Анна резко мотнула головой, осаждая Врана. От смешения сознаний в голове немного шумело. А может это шумели капли дождя по остаткам осенней листвы. Как бы там ни было, а картинка перед глазами была более чем четкой. Покрытая трещинами старинная арка, наполовину скрытая жухлыми завитками плюща.