Факультет некромантии. Выживут (не) все (СИ)

Разговор был окончен и смысла задерживаться здесь больше не было. Впрочем, у самой двери ее вдруг снова нагнал голос Лу.
– Эй, постой!
Успев опустить ладонь на дверную ручку, некромантка удивленно обернулась.
– М-м-м?
Поджав на мгновение губы, эльфийка вдруг взъерошила волосы, разрушая эфемерный идеал аккуратной прически.
– Ты сейчас сильно занята?
– Не особенно… – уклончиво отозвалась Барс.
По сути, Анна собиралась все же добраться к брату. И даже если того не окажется на месте, можно будет посидеть в Семицвете и выпить чашечку кофе с коньяком. Можно даже без кофе.
– Тогда может пойдем в таверну?
От неожиданности, Анна даже отреагировать не сумела, окончательно разворачиваясь к собеседнице. Когда это наемница успела влезть в ее голову? Неужели забыла обновить защиту от телепатических нападок.
Но все оказалось куда прозаичнее.
Снова взъерошив волосы, Лу недовольно искривила губы.
– Меня никогда в жизни так нагло не тыкал в дерьмо потенциальный труп. Это, рыбий потрох, паршиво! Как ты вообще это чудовище столько лет терпела!
– Да вот знаешь, сама диву даюсь.
Усмехнувшись, Анна только скрестила руки на груди. Почему бы, собственно, и нет.
Общий раздражающий фактор в лице мужчины – один из лучших поводов для шумного застолья. А подобные застолья – один из лучших поводов для образования крепкой женской дружбы.
Анна прекрасно знала, что ее брат – бессовестное и крайне неблагодарное существо. В очередной раз утвердиться в этом знании пришлось ранним утром. По крайней мере, сперва Барс была твердо уверена, что это раннее утро, которое она встречает в своей комнате.
Это сладкое заблуждение и развеял бессердечный братишка, открыв окно и громко присвистнув.
– Пьющая женщина…
 – Счастье в таверне!
Хриплый ответ откуда-то со стороны пола заставил Анну медленно открыть глаза и сонно осмотреться по сторонам. Вывод был не утешительным. Комната была явно не ее, голова немного трещала и, судя по паскудной улыбке братишки, лучше ей было не проясняться.
– Кир, умри… – простонала она, уткнувшись лицом в постель.
– Могу организовать, – прежде чем жизнерадостный родственник собутыльницы успел что-то сказать, щедро и очень мрачно пообещала Лу, со вздохом садясь на одеяле.
Постель женщины разделили по-сестрински. При этом Анна явно оказалась младшенькой сестренкой, раз ей досталась собственно постель, в то время, как эльфийке пришлось довольствоваться жиденьким одеялом из собачьей шерсти. По крайней мере, вид соответствовал именно этому поставщику.
– Да я разве спорю, действительно счастье, – покладисто пошел на попятную Киран.
Слишком покладисто.
Это осознание вынудило Анну совладать с тяжелой головой и сперва поднять ее над кроватью, а после и вовсе сесть. Подозрительно довольный вид братишки вынудил ее вскинуть руку, обвиняюще ткнув в него пальцем.
– Я не хочу знать, что я вчера делала. И я не хочу, чтобы это узнал кто-то другой. Ни в устном, ни в письменном, ни в песенном, ни в стихотворном пересказе.
– Что и нарисовать нельзя? – даже немного огорчился Киран.
Судя по всему, он уже ярко представил себя с кистью и лихо отброшенным на плечо клечатым шарфом и слова сестренки серьезно его разочаровали. Особенно, когда Барс, одернув помятую рубашку, свесила ноги с постели.
– Рисовать, вышивать, выжигать, изображать и вырезать тоже не смей, – с нажимом перечислила она.
Судя по тому, как разом погрустнел Киран, основные варианты бессовестная некромантка перебрала. Впрочем, расслабляться Барс не спешила. Она слишком хорошо знала своего брата, чтобы быть уверенной – этот гаденыш найдет выход. Даже если для этого ему придется потратить массу времени для завязывания миллиарда узлов…
– Макраме тоже нет, – на всякий случай добавила Барс, пытаясь отыскать свой сапог.
Один обнаружился под головой, порядком озадаченной этим фактом Лу. Ночью неудобство как-то не ощущалось, а к утру двигать странную подушку было уже откровенно лень, пусть что-то на ней и впивалось в щеку.
 
– А второй? – протянула Барс, спешно отведя взгляд от собутыльницы.
«Что-то» оказалось фигурной пряжкой, до последней точечки металла пропечатавшейся на щеке Лу-Тин.
– А ты его подарила.
Зевнув, эльфийка с хрустом потянулась. Ее такое пробуждение явно не смущало.
– Кому?
Смутно припоминая собственное щедрое «дарю!», Анна озадаченно потерла переносицу. Этот момент относился уже к той части, права на изображения которой она бессовестно отобрала у Кирана.
Зато не отобрала у Лу-Тин.
– А, мужик какой-то решил подкатить.
– И? – уже чувствуя себя как-то нехорошо, Анна поднялась на ноги. Благо, на столе уже стоял кувшин с водой и таз для умывания.
– И подкатил, – усмехнулась Лу. – Не помню, что конкретно говорил. Убей – не помню. Но там что-то о принцессах было. Ну ты вдруг и заори так радостно: «О, принц! Держи туфельку и только попробуй меня потом не найти, я тебя сама найду.»
Мотнув головой, отфыркиваясь от холодной воды, Барс наощупь отыскала полотенце.
– Ну? – слегка невнятно промычала она, требуя продолжения.
– Что «ну»? Бросила в него своим лаптем так, что мужик тебя точно будет искать. Вот снимет побои, посоветуется о сумме возмещения убытков, и сразу начнет искать, – хохотнул, слишком уж долго молчавший, Киран.
Поморщившись, Анна с некоторой надеждой взглянула на эльфийку. Увы, но отрицать слова мужчины, как подлый поклеп та не спешила.
Застонав, Барс снова уткнулась лицом в полотенце. Все, она больше не пила. Не в этом году точно. Она уже слишком стара для таких приключений.
– Да ладно, не страдай. Ты в этот раз была тошнотворно спокойная. Марек даже в трехзначную сумму компенсации убытков вложился. Ты становишься отвратительно ответственной, Барс. Будто знала, что я к тебе с новостями приду.
Отложив полотенце, Анна тотчас напряглась, отгоняя остатки хмеля.
– Ты что-то узнал?
– Не много.
Вздохнув, Киран посерьезнел. По сути рассказать ему было нечего, просто стоило разложить имеющуюся информацию по полочкам. И в этом ему не помешала бы помощь. Вдруг что-то упустит.
Взглянув сперва на Анну, а после и на ее брата, Лу-Тин со вздохом поднялась с места.
– Ладно, пойду.
Чужие тайны уважать она умела, да и не любила дожидаться, когда ей целенаправленно указывали на дверь. Впрочем, сегодня день начинался как-то совсем уж странно.
– Оставайся. Я кофе с завтраком заказал. Ничего прямо такого мы обсуждать не будем. Это только общеизвестные легенды, – отмахнулся Киран и чуть прищурился, снова взглянув на сестру. – Кстати, тебе идет новая раскраска. Свежо так, оригинально.
Нахмурившись, запоздало вспомнив о том, что вид у нее оставляет желать лучшего не только из-за веселой ночи, Барс быстро бросилась к мутному настенному зеркалу.
– ..!
Прежде всего Анну основательно заинтересовало, из чего творит свое варево Марек, если оно дало результат получше большинства элексиров Кой. Большая часть лица все же вернуло себе изначальную окраску. За исключением зеленой полосы, пересекающей лоб и переносицу и двух красных полос, стекающих со лба, через глаза и по щекам к подбородку.
По сути это было еще терпимо, если бы не радужный взрыв на голове. От пестрой мешанины, казалось, всех возможных красок, Барс на миг даже подумала, что ослепла.
– Бесовы алхимики! – простонала она, обеими руками пытаясь пригладить это безобразие.
К счастью, и Лу, и Киртан проявили удивительную душевность и комментировать не стали. Барс же в свою очередь сделал вид, что не заметила их паршивых улыбочек.
 
– Итак, начнем с начала! – отвернувшись от зеркала, Барс решительно вздернула голову.
Позже можно будет заглянуть к Мареку за образцом его варева и уже с этим отправиться к Кой. Может совместив эти две ядреные смеси некромант с алхимическим уклоном сможет наконец-то подобрать что-то, способное вернуть Барс ее естественный окрас.