Берс в ребро (СИ)

Перед глазами вдруг загорелись строки системного лога:
Внимание! Вашему глыба-быку пришлось по душе имя Зараза. Он рад и горд. За умелое налаживание контакта с питомцем, вам начисляется +1 к параметру Интуиция.
— Ага, значит понимаешь меня… тьфу ты, млять!.. Зараза, ну-ка прекрати… тьфу-тьфу!.. слюнявить меня своим языком!
И сработало! Отправленный питом через плечо в очередное слюнявое обмусоливание меня-несчастного язык вдруг замер на полпути и через секунду, так и не дотянувшись до цели, втянулся обратно.
— Молодец, Зараза. Хороший ма… Гм, Псих, кстати, а кто он у нас мальчик или девочка?
Твой пит, сам и разбирайся, — хмыкнул Псих.
— Ага, разберешься тут как же, — запыхтел я, пытаясь на ходу переместиться и поменять лежачее на сидячее положение, благо широкая спина и неторопливый шаг пита позволяла проделать эти несложные акробатические па даже в моем покоцанном когтями орка состоянии.
— Фига се! Псих, ты это видел⁈ — ошарашенно воскликнул я, наблюдая, как длиннющий язык пита, метнувшись в ничем не приметную лужу, через мгновенье выдернула оттуда грязно-желтую извивающуюся тварь, похожую на полуметровую мокрицу. И, сунув добычу в рот, глыба-бык тут же смачно ей захрустел.
А чего тебя удивляет, — фыркнул Псих. — Как и все твари изнанки глыба-бык добывает живу, пожирая более слабых.
— Зараза, фу блин, как ты можешь такое жрать, — скривился я, лихорадочно стирая с лица остатки слюны пита.
Не беспокойся, слюна глыба-бык, наоборот, нейтрализует любой яд, — хмыкнул Псих, и вдруг с явным осуждением попенял мне: — Получше имя-то ему не мог что ли придумать?
— А Заразе понравилось. Да, Зараза?
Очередной трубный рев пита стал подтверждением моих слов.
Разумеется, ему понравилось, он же твой питомец, — и не подумал смягчиться Псих. — Но у самого-то голова на плечах должна быть. Это ж кем надо быть, чтоб Заразой назвать существо, фактически выдернувшее тебя из когтистых лап смерти?
— Я не специально. Так само собой получилось.
Само собой, — передразнил Псих. — Вот вечно ты, Дениска…
— А ну стопэ! — возмутился я, с изумлением осознав вдруг, что из меня на пустом месте начинают делать терпилу. — Нормально имя Зараза — понял! Оригинальное и грозно звучит для врагов! И, вообще, как ты сам сказал: это мой питомец! Значит, только мне решать, какое имя ему лучше всего подходит! Посему повторяю для тех, кто в танке, нам с питом это имя нравится!..
Ладно-ладно, че разошелся-то, Зараза — так Зараза, хозяин — барин, — дал заднюю стушевавшийся Псих.
— Ничё не ладно, — фыркнул я, войдя в раж. — Слышь, умник, хорош с темы сруливать. Ты ж так и не рассказал: откуда Зараза у меня появился. Колись, че ты там насвоевольничал, пока я в отключке был?
Ничего я не сруливаю, — заворчал пристыженный Псих. — Хорошенькое дело, сам постоянно в сторону от разговора меня уводил, и я же, в итоге, крайний.
— Псих, я жду?
Так вот, как я уже сказал: пытался до тебя докричаться, когда глыба-быка набегающего увидел…
— Откуда он там взялся-то? — не удержался я от очередного уточняющего вопроса.
Подозреваю, на свист хозяина прискакал, — хмыкнул Псих. — Помнишь, орк засвистел перед тем, как ты свару с ним затеял?
— Это чего ж? Получается, Зараза его что ли питом раньше был?
Вряд ли. Скорее, просто прирученным транспортом. Питомцы доступны только игрокам, владеющим системным предметом. А у убитого тобой орка такого предмета не было точно. Если б был, я б почувствовал… Ну а дальше все просто, — из-за столь резкой смены темя, я даже не сразу понял, что Псих вернулся обратно к прерванному объяснению. — Ты умирал, истекая кровью. Без твоего осознанного решения в Хранилище вернуть тебя я не мог. Докричаться до тебя не получалось. А набегающая махина глыба-быка грозила затоптать тебя через считанные секунды. И мне пришлось взять на себя смелость и применить против глыба-быка вторую стойку Эха изнанки. Благо, являясь изолированной игрой частью твоего сознания, я имел возможность оперировать этой ментальной техникой. Дальше, как ты понимаешь, под воздействием внушения Эха глыба-бык признал тебя своим хозяином и, соответственно, как смог, позаботился о тебе, зализав раны и унеся на спине в безопасные земли… Надеюсь, Денис, ты не в претензии за мое самоуправство?
 
— Да-ну нет, конечно, — откликнулся я, и по раздавшемуся тут же в ответку смешку запоздало сообразил, что последний вопрос Психа был риторическим. Подавив волну возмущения, я искренне добавил: — Спасибо, Псих! Выходит, я теперь должен тебе жизнь?
Никогда не разбрасывайся такими обязательствами, Денис, — неожиданно строго откликнулся Псих. — Я сделал лишь то, что должен был сделать. Никто никому ничего не должен. И давай поставим на этом точку.
— Как скажешь, — кивнул я и после неловкой паузы снова спросил: — Псих, а как же теперь с Хранилищем быть?
Не понял?
— Так Заразу ж здесь в одиночестве не оставишь. Сбежит тварюшка, как только я в Хранилище скроюсь.
С чего ты взял?
— В смысле?..
Чем спорить, просто возьми и сделай.
Озадаченно пожав плечами, я сделал, как было велено, и, прямо сидя на спине пита, отдал системе приказ:
— Открыть хранилище!
  
Глава 20
 
Глава 20
Широкая, как каменный валун, спина пита тут же испарилась из-под моей задницы, и я оказался на зеленом граните, окруженный привычной клеткой из изумрудного пламени.
— И нахрена, спрашивается, нужен был этот эксперимент? — фыркнул я. — Ежу ж понятно было, что Заразе сюда путь заказан. Вот, блин, послушал советчика, бросил питомца под дождиком на произвол судьбы… А если бедняжку обидит там кто, пока я тут?
— Не нуди , — хмыкнула материализовавшаяся рядом огненная фигура Психа. — Никого ты не бросил.
— Псих, да хорош уже угорать.
— Чем трепаться попусту, лучше зенки открой пошире, и к ячейкам клетки приглядись.
Я растерянно стал озираться по сторонам. Густая мгла, царящая за пределами зеленых пылающих прутьев, непроглядной чернотой маячила в каждой ячейке. И, не заметив поначалу нигде никаких отличий, я собрался уже было в очередной раз возмутиться, как вдруг…
Краем глаза я засек в одной из ячеек движение.
— Быстро ты, однако, — тут же одобрил мою заминку Псих, внимательно наблюдающий за мной со стороны.
Сосредоточив внимание на подозрительной ячейке, я поначалу снова увидел в ней лишь обманчивую черноту, один-в-один такую же, как в соседних. Но придвинувшись ближе к подозрительному фрагменту клетки, я с изумлением разглядел, что чернота внутри ее вовсе не была однородной, а являла собой нечто вроде чернильной воронки, спиралью уходящую за периметр освещенной изумрудными сполохами клетки куда-то в густую наружную мглу.
Под моим пристальным взглядом чернильная воронка вдруг ожила, и беззвучно завертевшаяся спираль за неуловимые доли секунды затянула мое сознание в горловину воронки. Все случилось так быстро, что я просто не успел никак среагировать… Бац! И вдруг оказался лежащем на мягкой пуховой перине в уютном полумраке спокойствия и неги, слегка подсвеченным изумрудным ночником. От накатившей следом волны сонливости я широко зевнул и, сунув руки под подушку, провалился щекой в мягкость лебяжьего пуха…
Не, ну ты нашел, конечно, время, — насмешка Психа в голове взбодрила засыпающее сознание не хуже ледяного душа.
Я резко сел в кровати. И тут же ощутил мягкий толчок невидимой силы, под воздействием которого мгновенно снова оказался на первоначальном месте — внутри клетки хранилища.
Догадаться, где я только что побывал, не составило труда и без подсказки Психа. На точно такой же замечательной перине, почти неразличимой в тусклом свете ночника, я оказывался каждый раз, когда в хранилище (то бишь клетке) запускал технику Озарение феникса. Получается, найденная мною черная воронка внутри ячейки являлась эдаким моим личным персональным порталом к месту воплощения техники. И когда, в предыдущие разы, я озвучивал хранилищу желание запустить Озарение феникса, меня на самом деле точно также затягивало в эту случайно обнаруженную ячейку.