Сделка (СИ)

— Что это значит? — спросила я.
— Это значит, что ты станцуешь для меня.
— В смысле?
— Танцуй, — призывал парень. — Покажи класс.
Я прокляла себя раз сто за то, что выбрала действие. Конечно, пластичностью и плавностью Бог меня не обделил и тело еще помнило годы жестких тренировок, но я совершенно не горела желанием показывать свои умения Роме.
— А если я откажусь? — спросила я, в надежде, что он передумает.
— Значит, струсила, — пожал плечами он. — Видимо, ты стесняешься своего тела. С кем не бывает.
Слова Азарова вкупе с моим нетрезвым состоянием сделали свое дело. Я без лишних слов поднялась, скинула босоножки и стала двигаться в такт мелодии. Поначалу движения мои нерешительными, но уже через пару минут я почувствовала себя более раскованной, свободной. Исполнение давалось мне легко. Без труда я выполнила несколько наизусть вызубренных па и остановилась, элегантно кланяясь. Даже ни разу не упала, несмотря на мое состояние. Ощущения были странные. Я никогда не танцевала для кого-то, но мне нравилось как Рома смотрел на меня. Судя по его взгляду, он был заинтересован, даже заворожен происходящим.
— Почему ты еще не в труппе «Большого»? — задал вопрос он.
— Расценивать твои слова как лесть или комплимент? — спросила я, не понимая, серьезно парень говорит или шутит.
— Конечно, я не знаток балета, но на мой взгляд у тебя неплохо получается.
— Я не хочу скакать по театральным подмосткам, рвать мениски и сидеть без сладкого всю оставшуюся жизнь, — буркнула я, вспоминая с каким трудом далась мне эта школа.
— Толстеешь? — язвительно заметил Рома.
— Пожалуй, я хочу еще выпить, — не обращая внимания на его слова, сказала я, поднимая свою обувь с газона и усаживаясь на скамью.
— Без проблем. Сейчас принесу, — улыбнулся он в ответ и исчез где-то в кухне.
Азарова не было минут десять. Я все это время терпеливо ждала его прихода, но, похоже, возвращаться он не собирался. Гаденыш, наверняка решил меня облапошить и уже улегся спать на кровать, которая этой ночью должна была принадлежать мне.
Вскочив на ноги я быстрым шагом направилась следом, уже готовясь к тому, что придется повоевать за свое спальное место. В дверях кухни я нос к носу столкнулась с парнем, шедшим мне навстречу с бутылкой алкоголя в руке.
— Какая же ты нетерпеливая, — проговорил он, глядя на меня сверху вниз. Без каблуков я была для него словно гном, едва доставая макушкой головы до его плеча.
— Где ты пропадаешь? — невозмутимо спросила я, забирая бутылку из его рук себе.
— Ходил за вином. Хотя, на мой взгляд, тебе уже достаточно. Ты и так слишком весела, — легко коснувшись пальцем кончика моего носа, в поучительной манере, сказал парень.
Он был прав. Сознание мое было мутным, язык и ноги слегка заплетались, но слушаться его я не собиралась. Тоже мне, авторитет.
— Не тебе решать, — фыркнула я, назло ему отпила большой глоток «Каберне». — Скажи лучше, что выбираешь?
— Действие, — сложив руки на груди, ответил Рома.
Никаких подходящих идей в голову не приходило, меня посещали лишь бредовые мысли. Похоже, надо немного протрезветь, чтобы суметь снова ясно соображать.
— Сделай мне что-нибудь приятное, — сказала я, даже не подозревая, чем эта фраза для меня обернется.
Рома хитро улыбнулся, сделал шаг навстречу и в одно мгновение его губы накрыли мои. Я даже опомниться не успела. В первые секунды мне хотелось оттолкнуть его, но он, будто чувствуя это, сомкнул свои руки на моей талии и притянул ближе к себе. Вино полетело на пол, обдавая ярко-алыми пятнами джинсы Ромы и мои ступни.
В голове царил полнейший беспорядок. Я не могла не признать то, что поцелуй приносит мне удовольствие, но в то же время, мой разум приказывал вырваться поскорее из этого сладкого плена, дабы не нажить себе еще больше проблем.
— Тебе приятно? — чуть отпрянув от меня, прошептал парень, обжигая мои губы своим дыханием.
В его темных глазах играли озорные огоньки. Он, похоже, лишний раз убедился в своей неотразимости, а я даже толком слов связать не могла, лишь как рыба хватала ртом воздух, прибывая в недоумении.
 
— Нет, — собирая остатки своих трезвых мыслей в кучку, нервно сглатывая, ответила я.
— Почему же ты тогда до сих пор здесь? — спросил он.
Я тут же предприняла попытку освободится, но Рома, легко усадив меня на кухонную тумбу, снова стал целовать. С каждой секундой его губы впивались в мои все сильнее, а язык глубже проникал в рот.
Какого черта я не сопротивляюсь? Почему отдаюсь его ласкам? Зачем мне это?
Становилось трудно дышать, сердце вот-вот готово было вырваться из груди. Я невольно прикрыла глаза, вцепившись рукой в столешницу. Необходимо прекратить все это немедленно. Убежать, куда подальше. Боже мой, что я творю?
— Не надо. Это неправильно, — сбивчиво проговорила я, когда губы парня нежно скользнули по моей шее.
В ответ Рома лишь ухмыльнулся, стягивая бретельку сарафана с моего плеча. Левая грудь оказалась в его руке. Губы бережно тронули сосок. Я непроизвольно застонала. К черту все. Основной инстинкт был намного сильнее. Внизу живота разлилось томительное тепло, но Рома не торопился. Он будто намеренно дразнил, соблазнял, распалял меня, заставляя желать все сильнее.
Я охнула, когда его теплые пальцы оказались в моих трусиках, сначала требовательно касаясь клитора, потом проникая внутрь влажных складок. О да, он определенно знал, как доставить мне удовольствие. Я сгорала от каждого прикосновения, и он умело пользовался этим. Движения внутри меня были плавными, медленными, заставляющими шумно дышать и подаваться вперед.
— Ты такая вкусная, — сказал парень, демонстративно облизывая пальцы, которые были в моем соке.
Такие действия чертовски возбуждали, я совершенно теряла контроль, наблюдая за тем, как он наслаждается мной. Крышу сносило. Хотелось большего.
Уже сама я стала целовать его, попутно стягивая одежду, бросая ее на пол. Руки скользили по его плечам, спине, рельефному прессу, медленно подбираясь к ширинке джинс, расстегивая молнию.
Бешеное желание накрыло нас обоих с головой. Мне хотелось чувствовать его внутри себя, утихомирить свою плоть. От бешеной страсти я готова была взорваться и разлететься на тысячи кусочков.
— Я хочу, — проныла я, изнемогая.
Просить дважды не пришлось. С хрустом, Рома порвал на мне промокшие насквозь стринги и, чуть приподняв за ягодицы, резко вошел. От удовольствия я вскрикнула. Он обхватил мою талию еще крепче, совершая мощные толчки, которые, казалось, вот-вот готовы были довести меня до безумия. Я царапала сильные плечи Ромы. Кричала громко, надсадно, забывая, что мы не одни в доме, забывая обо всем на свете. Азаров вдалбливался в меня, как в беспомощную куклу, то доводя до изнеможения, то останавливаясь.
Судя по довольному лицу парня, ему нравилось доставлять мне удовольствие. Он внимательно изучал мою реакцию на каждое свое действие, касание. Я до предела была возбуждена его приятным запахом, дыханием, его, немного грубоватыми, но умелыми и такими жадными ласками. Я ловила себя на мысли, что с ним я превратилась в голодную, рыдающую от наслаждения самку, которая неистово стремится достичь пика блаженства.
Он еще несколько раз вошел в меня и волны оргазма сотрясли мое липкое от пота тело. Захлебываясь от эмоций, я хваталась ногтями за плечи парня, проводя по ним кровавые борозды.
Рома не заставил себя долго ждать и с рыком излился на мое бедро, тяжело дыша, уткнувшись мне в шею.
Эйфория и страсть довольно быстро растворились. С каждой секундой я понимала, что мой поступок отвратителен и нет мне оправдания.
Замечательно. Я веду себя, будто шлюха и стала очередной галочкой в длиннющем списке Азарова. Еще одна идиотка, которая не смогла устоять перед его чарами.
Что-то бОльшее
Две недели спустя.
Уже два с половиной часа я, словно хвостик, бродила за мамой по торговому центру, терпеливо ожидая, пока она подберет очередной вечерний наряд для своей работы. В следующие выходные она вела свадьбу в стиле бохо и ей необходимо было купить легкое платье, пастельного фисташкового оттенка с кружевом. Таково было условие молодоженов. Ведущая обязана предстать на свадьбе именно в таком образе. Сумасшедшие влюбленные, честное слово! Вот если я когда-нибудь соберусь замуж, мне будет все равно в каком наряде придут мои гости, а тем более, организаторы свадьбы. Главное, чтобы рядом были родные и любимые люди, готовые разделить со мной радость такого важного в жизни дня.