Измени (мне) меня (СИ)
— Но не все мужчины такие….Ты мне нравишься…очень нравишься. — выдохнул, склонившись над ней. Еле коснувшись её губ своими, замер. Пускай решит сама, спешить нельзя. Я же, как сейчас понял, решил все для себя давно. Ещё в тот самый вечер. Просто предпочитал прятаться за отговорками " слишком хороша/есть муж/употребляет".
Девушка замерла, слегка откинув голову назад. Биение ее сердца отдавалось в моей руке, что обнимала, приближая такую желанную за года одиночества награду к себе. Проведя языком по ее губам, я услышал тихий стон. Мысленно улыбнулся- а она не так равнодушна ко мне, как желает показать. А после все мысли разом испарились. Ее губы….Я мог бы целовать их вечно. В голове разом всплыли обрывки фраз, раньше казавшихся глупыми. " Прекрасна ты, возлюбленная моя… Сотовый мёд каплет из уст твоих"*- меня поразило то ощущение правильности происходящего, когда она млела от моих ласк. Покусывая ее пухлые губки, я тут же ласкал эти места языком, а после входил им в ее нежный ротик, имитируя то, что желал бы сделать с нею и прямо сейчас. Тихий стон Миланы заставил утробно зарычать в её приоткрытые влажные губы. Моя! Никому не отдам!
Сжав руки в кулаки, я убрал их с ее талии, прерывая самый крышесносный поцелуй в жизни. "Если меня так коротит от одного поцелуя, то что будет, когда мы займёмся сексом?" — мелькнула мысль, въедаясь намертво в мозг, заставляя жадно хвататься за образы, тут же возникшие перед глазами. Чёрт!
Выпустив её, я отстранился. Милана испуганным зверьком почти вжалась в дверь.
— Прости. Я бы соврал, если сказал, что не хотел этого. — честно признался. Она молчала, но уже начала озираться вокруг. Ищет способы сбежать. Она вообще странная- единственная, пожалуй, представительница женского пола, что в моем присутствии не только не превращается во флиртующую соблазнительницу или, хотя бы, не млеет, украдкой поглядывая в мою сторону, а вечно пытается уйти, ускользнуть, просочиться точно вода сквозь пальцы. Надо же, а у меня, оказывается, болезненное самолюбие? Или это только с ней подобным образом работает?
— Милана, не бойся меня. Я отвезу тебя в свой дом, там живёт мой сын, моя мать. Ты будешь практически все время с ними- не со мной- беспокойство в её глазах немного угасло, но немой вопрос я разгадал верно.
— Я хочу помочь тебе. И не просто потому, что считаю нужным наказать этого ублюдка. А потому, что ты мне нравишься. — и снова выражение недоверия на ее кукольном личике. Наверно, ляпнул что-то не то? Тут же вспомнилось, как она отреагировала на это признание в первый раз. Идиот! Все испортил. Но тут будто озарение снизошло — с ней нужно аккуратно, точно с раненым человеком зверем, что никогда не станет больше доверять людям. Нужны время, терпение и…немного хитрости, куда без этого.
— Как человек. — поспешил добавить, понимая, как глупо это звучит после поцелуя- И как женщина, но если ты против, или я тебе не нравлюсь. Или…в-общем, я просто больше не заговорю об этом. Я правда только желаю тебе помочь, и не более.
— Но почему при этом мне обязательно ехать — она чуть замялась- К тебе?
— Потому что лишь там ты будешь в безопасности. В гостинице или в любом другом месте твой муж не только быстро найдет тебя, но и заберёт. Думаю, не нужно объяснять принцип работы наших правоохранительных органов, если люди, едва у них появляются деньги, стараются нанять как можно больше личной охраны? — хмыкнул я, лаская её взглядом. Такая женственная, нежная. Губы чуть блестят влагой, глаза раскрыты, светлая кофта на груди облегает так, что член пульсирует от желания. А осознание того, что она явно не специально подбирала такую кофту, просто грудь большая, большая и охренительно аппетитная, ещё больше заводит. Такая сексуальная скромница, будто специально провоцирующая мужчин. Но теперь я был уверен — она не такая, не та ледяная красавица с приема, а маленькая потерявшаяся девочка, вдруг оставшаяся одна в этом мире. Неуверенная в себе, испуганная, не доверяющая больше никому. Боль, что причинил ей муж, разъедала Милану изнутри. И я — тот, кто излечит её. Да, может, излишне самоуверенно звучит, но если я видел цель- сомнения сразу отметал. Они лишь мешали на пути к цели.
— Это…Так странно. — протянула она, глядя куда-то позади меня. И вдруг так по-детски улыбнулась, что мне стоило огромного труда усидеть на месте, не рванувшись к ней- Там…ваш…твой друг.
Обернувшись, я увидел Дэна, что валял дурака, строя самые дебильные выражения лица из арсенала имеющихся. Намекал, что устал ждать.
— Подождет. — приступил я к первой части плана, созревшего в голове за пару минут — Милана, я не заставляю тебя остаться у меня или чем-либо отплатить, через пару месяцев все закончится, и ты сможешь спокойно жить одна, не боясь, не скрываясь.
— Просто… — видно было, что она уже обдумывает предложение. Первоначальное отторжение самой идеи жить под одной крышей со мной прошло- Ты — посторонний человек, и готов помочь? Зачем это тебе? — вскинула она на меня взгляд.
" Потому что хочу тебя! Себе! Навсегда!" — едва не заорал во всю глотку, поражаясь тому, что она не видит, как действует на меня.
— Муж тебе был родным, и? — отразил удар, заставив её затравленно вздрогнуть, вспоминая. Мне было до одурения жаль её, хотелось обнять, утешить, но я сдерживался — пускай проживет эти эмоции, поймет, что не все в жизни так буквально, как ее учили с детства. Моя правильная девочка. Для нее не существует оттенков, только черный и белый. Свои, близкие, всегда хорошие. А чужие? Чужие, естественно, плохие. Вот только это-не книга для первоклашек, а жизнь. Где свои могут оказаться ужасными людьми, а чужие- стать ближе родных.
— А твои… родные? — она нервно закусила губу, сдаваясь, — Они не будут против? Это как — то…
Я ещё раньше понял, в чем ее проблема- она думала о других больше, чем о себе. Вот и попалась в собственную ловушку, выпустив бразды правления собственной жизнью, добровольно передав их тому, кто требовал этого. Стараясь угодить мужу, Милана сглупила. Но сейчас пора меняться. К тому же, мать будет рада любой красивой молодой женщине, которую я приведу домой. Да и я уже не мальчик, которому нужно спрашивать разрешения родителей на подобное.
— Все будет хорошо, никто не против. Кирилл даже спрашивал о тебе. Мы видели тебя в клинике. Ты снова плакала, он волновался. — добил я железным аргументом, припоминая, как она мечтательно говорила о детях, с каким интересом расспрашивала меня о Кире в тот вечер. Представив её, полусоннную, прижимающую к груди нашего ребенка, я понял- надо звать Дениса. Иначе я испоганю всё, чего так кропотливо добивался.
*Песнь песней
32. В " гостях".Милана
Моя обычно размеренная и спокойная жизнь в последнее время шла кувырком. Точно какая-то богиня судьбы, задремав над узором моего будущего, вдруг проснулась, ужаснувшись тому, сколько событий не успела вплести. И хаотично стала добавлять пропущенные узоры. Сплошь темными мрачными нитями.
Вот и сейчас я уже не особо, если честно признаться, переживала, что еду практически к незнакомцу. Самое худшее, что могло случиться, уже случилось. У меня осталась лишь жизнь, которой, как оказывается, я и раньше не особо дорожила, раз день за днём методично выкидывала своё время в мусорку, посвящая его поддержанию иллюзии под названием " крепкая семья".
По пути я попыталась ещё несколько раз воззвать к Арсению — зачем везти меня к себе, если можно обратиться в фонд помощи жертвам домашнего насилия. Там ведь есть и специальные квартиры, и всесторонняя помощь. Но он лишь криво усмехнулся и бросил, что пора снимать розовые очки, через которые смотрю на мир. Таких фондов у нас в регионе нет. И не предвидится.
Когда он высадил у старенькой пятиэтажки Дениса, с интересом поглядывающего то на Семёнова, то на меня всю дорогу, неловкое молчание повисло в машине.
— Пересядь вперёд. — Арсений скользнул глазами по моему лицу, и, отчего-то, недовольно скривился. Отвернувшись, он стал стучать большими пальцами по рулю, ожидая, пока я пересяду.