Созвездия для Грифона (СИ)
Она остановилась под пальмами и сорвала сочный персик с дерева, растущего в тени пальмы. Надкусила, зажмурившись от вновь нахлынувших воспоминаний. О том страшном дне, когда она ждала мужа с дочкой дома, в предвкушении варки варенья из персиков, которые они везли домой. До сих пор этот день рассыпан на мелкие осколки, которые она складывает, а они снова и снова рассыпаются в ее памяти. Сообщение об страшной аварии, в которой погибла ее дочь, и сильно пострадал ее муж, больница, куда отвезли ее мужа — он уже тогда работал в секретных проектах и для него делали все и даже невозможное. От дочки почти ничего не осталось. Она была впечатана в груду искореженного металла. Несколько дней она не помнит. Наверное, была под завязку накачана успокоительными. Зато она на всю жизнь запомнила лист, который ей дали подписать. Разрешение использовать мозг крупнейшего ученого в проекте андроид. Ученого, который был ее мужем.
Она шла на другую сторону оазиса, куда под утро возвращались роботы, которые обслуживали бескрайние ряды солнечных панелей. Мелкая живность стекалась в ангар, эти роботы были похожи на змей и ящериц, чтобы легко перемещаться по пустыне. Информация сливалась при пересечении ангара, изучалась и систематизировалась компьютером. В общем, наверное, ее присутствие в этом месте не было так уж и необходимым постоянно. Другие Контроль-мастера Земли наведывались к своим подопечным по установленному графику, проживая в городах остальное время. Но ей не смогли отказать.
Вот тогда и из маленькой пещеры были созданы неплохие трехкомнатные апартаменты с современными благами цивилизации. Продукты доставляли периодически боты, привозящие запчасти для солнечной электростанции. Иногда она выбиралась к ближайшему городку, в нескольких часах лету. Но большее время она была здесь сама. Почти сама. В глубине пещеры был расположен один из самых мощных в настоящий момент кибер- мозг. В котором жила ее дочь. Проект, который продолжал жить после защиты докторской.
1.1
Анна остановилась перед входом, глядя в розовеющее над дюнами небо. Пронзительно захотелось вернутся в прошлое, где были они оба. Муж и дочь. Пришла в себя от катящихся по щекам слез. Она знала, что мозг мужа был ассимилирован в миссии к далекой планете, с которой Земля начала общаться. Она помнила этого андроида. Высокого и мощного. Совсем не похожего на ее Глеба. Ей сказали, что личностные воспоминания не сохранились при переносе, авария тогда разрушила не только тело ее мужа. Но когда их представляли друг другу, у нее на секунду замерло сердце, когда он шагнул к ней, протянув руку и сказал — я Гром.
Уже почти решившись, вернутся в пещеру, она вдруг заметила падающую с неба звезду. Огненный шар несся в их сторону, и Анна запоздало подумала о бренности бытия. Немного отступив ко входу, закрыла глаза от яркости приближающегося объекта и выдохнула.
Земля вздрогнула от удара, но он был незначителен, горячий воздух облизал, а не опалил, как она себе представила. Открыв глаза, она увидела в нескольких шагах впереди небольшую оплавленную воронку, посередине которой медленно остывал и таял яйцеобразный предмет довольно внушительного размера.
Когда верхняя оболочка истаяла, в ее сторону вывалился высокий мужчина. Что-то странно знакомое показалось ей в его движениях. Он не смог встать, так как с его ногами происходило что-то странное, как и с остатками капсулы. Та полностью рассыпалась, превратившись в сморщенный камень, не более мяча в диаметре. Но он продолжал ползти к ней на руках рывками преодолевая оставшиеся расстояние. Она не знала, сделать ли ей шаг навстречу, или не двигаться и ждать. Ползущий как бы таял, начиная с ног, оставляя за собой сажу, как показалось ей. Наконец он поднял к ней лицо и прошептал — Помоги, надо сберечь информацию.
Анна
Я смотрела в его расширенные зрачки и откуда-то приходило невероятное осознание, что это Глеб. Мозг подсказывал, что это тот андроид, Гром. Точно — улетевший с экспедицией к новым мирам, а сердце кричало — это Глеб. Из глубины пещеры вдруг закричал голос дочки. — Мама, очнись! Тяни интерфейс.
Я бросилась вглубь помещения, к стоящему перед столом стулу и выдернула из стены розетку с проводами, разъемами и датчиками. Иногда я пользовалась ими, подключая различные гаджеты для передачи звуков, запахов и ощущений для моей дочери, заключенной в компьютер. Благо длина позволяла дотянуть их наружу. Почти не глядя под ноги, рванула обратно. Тело таяло с сумасшедшей скоростью, запоздало кольнула мысль, что андроид сохраняет сознание почти необъяснимо. Радужка глаз почти исчезла и в зрачках, я видела миллиарды искорок, которые тянули к себе. Он рывком прикоснулся к виску отщёлкнув гнездо для прямого соединения с компьютером, а я вставила в него кабель. Я чувствовала, как кабель в моей руке нагревается, настолько велика была скорость передачи данных, я не могла оторваться от глаз, которые продолжали смотреть в мои глаза, на краю сознания мозг отмечал, что истекают последние секунды, и подтверждая это кабель от щёлкнулся и отлетел на несколько метров в сторону. Уже когда голова начала падать в песок, его губы прошептали — Прощай, любимая!
Передо мной на песке осталась дорожка угольной пыли, которая заканчивалась в шаге от меня небольшим холмиком. В этот момент солнце взошло над горизонтом и откуда-то налетевший порыв ветра слизал с песка угольную пыль.
1.2 Где-то в Гималаях
В комнате вокруг стола сидело пятеро. В налитых пиалах остывал зеленый чай, мягко струился дымок над потрескивающими благовониями. Откуда-то издалека доносились звуки песнопений и с ними перекликались звуки тренировки монахов. Размеренные удары и движения ног, создающие едва уловимый шорох по древним плитам, которыми был вымощен двор. Дверь в комнату бесшумно растворилась и зашли еще двое. В отличие от сидящих за столом, укутанных в одинаковые серые плащи, вошедшие непроизвольно обращали на себя внимание — маленькая невесомая сухонькая старушка и довольно высокий накачанный мужчина. И если старушка еще чем, то была похожа на остальных, хотя ее плащ был белее снега, то мужчина, был похож на варвара, как если бы он попал сюда из прошлого.
— Прошу простить за опоздание, — пророкотал его голос, хотя он старался разговаривать тихо.
Он подвел свою спутницу к стулу с высокой спинкой и сел рядом с ней.
— Я собрала вас здесь, — начала она, при этом в отличии от вида, который предполагал телесную слабость от прожитых лет, ее голос отличался прозрачностью хрусталя и твердостью дамасской стали, — для того что бы сообщить о надвигающихся смутных временах. Она вздохнула, как будто с сожалением, поднесла к губам пиалу, с налитым ее спутником чаем, сделала глоток, наслаждаясь теплом, вкусом и ароматом, и поставила ее обратно на стол.
— Этот мир, вероятнее всего обречен. Утром в Сахару гонец принес весть, Морок выпущен, и жертва принесена. — Она обвела всех своими прозрачными глазами, как будто заглянув в душу каждого, и продолжила — Хуже всего, что он оставил след для Морока и теперь только время покажет, как быстро он придет сюда. Он принес весть, и у нас есть время, чтобы быть готовыми, но он оставил нить, и по ней уже ищут этот мир и найдут. Я думала, что если оставить Землю без магии, то этот росток не будет найден и растоптан, а вы, дети мои, сможете приходить в мой дом и отдыхать от трудов в своих мирах и вселенных. Я собрала вас в последний раз, потому что если вы придете сюда еще раз, то Морок по вашему следу пойдет и за вами. Вы можете выбрать на память все, что захотите, и остаться до вечера, но после — вы должны будете уйти, а я повешу вокруг Земли щит, чтобы остаться с ней до конца. Я встречусь с каждым лично, но позже, а сейчас оставьте нас с Тором.
Когда комната опустела, бог склонил голову к матери, а она запустив руку в его посветлевшие рыжие волосы сказала — Тор, сынок, я знаю твою любовь к людям, населяющую эту планету, но они давно выросли и сами управляют своими жизнями, они дотянулись до других планет, и возможно когда-нибудь смогли бы постучать и в твою дверь. Но ты должен защищать свои миры. Сколько их у тебя уже? Три? Помниться твоя жена хвасталась ими на последнем пире.