Невеста с подвохом (СИ)

Рядом с кронпринцем шел верный Адриан, облаченный в белое с золотом. Он зорко осмотрел присутствующих и опять остановился на мне. Его взгляд говорил: «Только попробуй все испортить!».
Так и хотелось показать ему язык или сделать что-нибудь не менее глупое.
Спустя непродолжительное время появилась королевская чета. Присмотревшись к королеве, я заметила хорошо замазанные круги под ее глазами. Да, наверное, беременность в столь позднем возрасте не приводит ни к чему хорошему.
Наконец, герольд объявил начало ужина.
Дождавшись, пока оркестр займет свое место, я вышла на сцену и присела в реверансе. Выпрямившись, поймала одобрительный взгляд княгини. Ксавьен улыбался, но что-то таилось в глубине его прекрасных глаз. Быть может, это была грусть?
Что, родной, не удалось прошлой ночью с Земфиночкой потусить? Очень сочувствую!
— Леди Лишхас, вы давно увлекаетесь скрипкой? — вдруг услышала я вопрос королевы, когда брала в руки инструмент.
— Да, Ваше Величество. — Я склонилась в реверансе.
— Что ж. Я ожидаю услышать превосходную игру. Из всех музыкальных инструментов мне ближе всего именно скрипка. Надеюсь, вы не разочаруете меня.
Ее фиолетовые глаза блеснули, и она улыбнулась.
Как-то не понравились мне ее слова. А еще... Мне показалось или она пару мгновений смотрела на мой живот?
Надеюсь, что первое.
Успокаивая дрожащие от волнения руки, я удобнее перехватила смычок и взяла первую ноту. Инструмент звучал просто превосходно. Сразу чувствовалось, что за ним следили и поддерживали в изумительном состоянии.
Вскоре к моей певучей скрипке присоединились мажорные аккорды фортепиано, тихо заиграла флейта. Я наслаждалась игрой, однако не отрывала пристального взгляда от нотной тетради. Я слишком мало репетировала, чтобы запомнить всю внушительную мелодию.
Вытянув очередную ноту, я поняла, что она звучала совсем не так, как на репетиции. Наверное, из-за волнения немного перепутала струны. Нужно постараться быть внимательнее.
Я четко следовала повелениям нотного стана, но вновь услышала фальшь. Эта нотка, выбивающаяся из общего ряда, разрушала прекрасную композицию мелодии и резала слух. Оттого обрамление звучания скрипки в виде фортепиано и флейты теряло свое целостность.
Еще одна нота жирной бородатой жабой слетела со струн инструмента. Я поморщилась.
— Достаточно! — раздался резкий голос королевы.
Музыка резко оборвалась. Я подняла голову и посмотрела на Жоену Деваланар, которая с явным разочарованием поглядывала на меня в ответ. С каждым мгновением, проходящим в тишине, я чувствовала себя ужасно под всеми этими взглядами присутствующих. Я боялась отвести взгляд от королевы, ожидая увидеть в глазах других то же разочарование и насмешку.
— У вас совершенно нет слуха, леди Лишхас! — проговорила она после недолгого молчания.
Щеки обожгло жаром. Стало трудно дышать, а в горле встал ком. Хотелось просто провалиться под землю, но еще было ужасно обидно. У меня был слух! Разве я виновата, что мне подсунули испорченную нотную тетрадь! Ну конечно...
Я подняла взгляд и увидела хихикающих в кулачок участниц отбора. В глазах каждой было видимое превосходство. Каждая считала своим долгом презрительно усмехнуться, как бы говоря: «Так-то, букашка ты надоедливая, нечего было нарываться!».
Я поджала губы, кусая их изнутри, сдерживая готовые пролиться слезы обиды.
— Для того, чтобы быть успешной скрипачкой, мало знать каждую ноту. У инструмента есть душа, и ее надо чувствовать, леди Лишхас.
Я снова обратила внимание на королеву, которая теперь смотрела на меня, как на надоедливое насекомое, жужжащее у нее над ухом.
— Ваше Величество... — подал голос Ксавьен.
— Нет, сын мой. Не желаю слышать ни слова в ее оправдание. Вы меня очень расстроили. Уйдите, — снова обратилась она ко мне, добивая. — Позовите леди Майто, она сможет скрасить этот вечер.
Со стороны одного из старикашек раздался смешок. Я резко посмотрела в его сторону, а тот, ничуть не стесняясь, продолжил мерзко хихикать.
И это стало последней каплей! Я будто бы была в каком-то кошмаре, где каждый смотрел на меня с презрением, так и дожидаясь момента, чтобы растоптать меня, унизить, обидеть.
 
Чувство обиды схлестнулось со злостью и совершенно новым для меня чувством — желанием доказать всем, что они ошибаются.
Я кинула взгляд на Ксавьена. Он мгновение с беспокойством всматривался в мое лицо, а потом, видимо что-то прочитав в моих глазах, широко улыбнулся.
— Простите, Ваше Величество, но вы ошибаетесь! — громко и четко заявила я.
У правительницы брови едва ли не в волосы улезли. Она, видимо, не ожидала, что надоедливая мошка вдруг начнет жужжать сильнее после того, как ее прихлопнули газеткой.
— У меня есть слух, Ваше Королевское Величество! И я могу чувствовать душу инструмента!
Быстрым четким движением я разместила скрипку на плече и взмахнула смычком.
Я отбросила нудные скучные напевы, которые упорно мне подсовывала леди Форво. Моя музыка рвалась вверх и стремительно падала вниз, рвала душу и раздирала сердце. Она кричала о боли, и тут же смеялась от радости. Она шептала, разговаривала, будоражила. Она пела.
Играя, я чувствовала злорадное удовлетворение. Чем идеальнее был нотный ряд, тем шире становилась моя усмешка. Чем сложнее становилась мелодия, чем тяжелее было удерживать контроль над инструментом, тем больше мне хотелось посмотреть в лицо королевы.
Пусть узнает, что я из себя представляю. Пусть поймет, что не имеет права так меня оскорблять!
Музыка смолкла. Но я не боялась встретиться взглядом с королевой. Я не боялась наказания за то, что ослушалась ее приказа.
Выражение лица женщины на первый взгляд было безразличным, но глаза... Глаза говорили о том, что она очень удивлена.
Я была уверена, в моих глазах светилось торжество победы. Я невольно чуть выше приподняла подбородок и присела в реверансе.
Послышались неторопливые хлопки. Подняла взгляд и увидела, что Ксавьен, широко улыбаясь, аплодирует. К нему с явной неохотой присоединился Адриан, а затем все остальные.
Королева осталась неподвижной. Она поджала губы и кинула на меня взгляд, наполненный чем-то таким неприятным...
Но мне было все равно. Я знала, что победила, и от этого на губах расцвела широкая улыбка, а сердце все еще сильно билось в груди из-за пережитых эмоций.
С торжеством посмотрела на девушек на балконе и усмехнулась, увидев их злые и разочарованные лица.
Так-то!
Ксавьен совершенно внезапно оказался рядом и подал руку. На его лице цвела знакомая раздражающая улыбка.
— Позвольте сопроводить вас к столу.
Картинки с участием принца и Земфины, которые воображение активно рисовало прошлой и позапрошлой ночью, тут же встали перед глазами.
— Извольте, — кивнула я и, спрятав руки за спину, спустилась по ступеням, на ходу прошептав: — Я уже говорила вам. Не прикасайтесь ко мне.
За столом, совершенно игнорируя все попытки Ксавьена со мной заговорить, я ощутила пристальный взгляд леди Зиттани. Женщина не сводила с меня укоряющего взора.
Кажется, кого-то ждет воспитательная беседа... И нужно заметить, я не ошиблась в своих суждениях. А еще нужно отметить, что сын княгини Ашдэс так и не появился на ужине, и стул рядом с князем так и остался пустым...
— Анна, я заметила, что вы не сильно жалуете Его Высочество?
Мы шли уже известным маршрутом по садовой дорожке. Я наблюдала за магическими шариками, пролетающими мимо моего лица, и вдыхала запах совсем недавно распустившихся роз.
— Вы правы, княгиня, — не стала я спорить.
— Могу я узнать почему?
Я горько усмехнулась. Действительно, почему? Он же совершенно не дает причин для этого!
— Вы слышали слухи, которые опутывают персону кронпринца?
— Ах, слухи... — пробормотала княгиня, и к моему величайшему удивлению будто бы смутилась.
Не знай я ее, подумала бы, что это она побуждала принца на все его злодеяния. Уже буквально видела, как она стоит со свечкой у кровати и отдает ценные указания.