Виктория для чемпиона (СИ)

Иду почти по кромке воды — я же не знаю, кто тут водится. Хотя я в кроссовках. Прокусить не должны. Ругаюсь вслух. Никто меня тут не услышит. И это помогает. Я выплескиваю негатив и начинаю понемногу успокаиваться. А может, так благотворно сказывается красота, которую я невольно начинаю замечать.
Белый песок, бирюзовый океан, причудливые камни — кое-где ими усеян весь берег, а некоторые торчат из воды. На них сидят птицы — загорают или охотятся. С другой стороны лес. Кое-где густой, а в других местах редкий и просматривается вглубь острова. Но нигде не видно ничего напоминающего элитное жилье, к которому привыкли миллиардеры.
А вот спортивный комплекс с полосой препятствий есть! Он обнаруживается метрах в пятистах от лачуги.
Сенсей — маньяк! Ему главное — свои мышцы поддерживать в форме, а на комфорт плевать.
Ладно, ладно, Вика. Не надо начинать по новой. Четыре дня — это не четыре года. Выдержишь, а в Москве пошлёшь Арбатова лесом, и плевать на деньги.
Стоп. На деньги не плевать. Они нужны. И срочно. Иначе придётся продавать квартиру. Мачеха, чтоб ей хорошо жилось, умудрилась стать жертвой аферистов и набрала микрозаймов под залог квартиры. Отец уже продал все что мог, но долг от этого меньше не стал. А если они продадут квартиру — ох, подумать страшно! — приедут жить ко мне. Только не это!
Стискиваю кулаки и стараюсь опять переключиться на позитив — вон какая красивая и большая рыбина прямо к берегу подплывает! Дельфинчик, наверное. Приглядываюсь. А нет, не дельфинчик. У них не такие плавники. Мамочки, да это же акула! А-а-а! Понимаю, что на суше мне бояться нечего, но нападает панический страх. Я разворачиваюсь и бегом несусь к Сенсею. Он большой и сильный! Он меня защитит!
Влетаю в хижину, спотыкаюсь о рюкзак и собираюсь носом проехаться по деревянному полу. А там грязь, и занозы насобираю! Страх перед акулой переходит в ожидание удара, аж пальцы иголочками колит.
Но Сенсей реагирует молниеносно. Вот он только что сидел у рюкзака, а вот подхватывает меня и ставит на ноги. Правда, прижимает к себе слишком крепко, но это уже мелочи. Я пытаюсь привести в норму дыхание, а то в глазах уже потемнело.
  
Глава 7
 
— Да ладно тебе, Вика. Можно было не бежать так быстро, — говорит он снисходительно и по спине меня хлопает. — Я же никуда не денусь, так что приму твои извинения в любой момент.
Вся благодарность в момент улетучивается. Что он о себе возомнил?! Вырываюсь из его рук и отпрыгиваю:
— Там акула! — сообщаю, сделав большие глаза.
— Что, прям выбежала из океана и хвать тебя за… — он не произносит, но косится на мою задницу.
— Не надо делать из меня идиотку, Сенсей! Я спешила тебе сообщить, что тут опасно! — сообщаю раздражённо. — Ты собираешься привезти гостей на остров, полный хищников! А некоторые гости наверняка будут с детьми!
— Викуля, не истери. В центре острова есть озеро с водопадом, а на случай, если кто-то захочет купаться в океане, я установлю защитную сетку. Что касается хищников… Скажи, ты в школе на двойки училась, да?
Вот гад! Нормально я училась! Но он так говорит, что я сразу подозреваю — где-то я глупость ляпнула.
— Ты такой зануда. Бесишь! — вырывается у меня непроизвольно.
— Ты мне это уже говорила, помню. Но стыдно не знать, что хищники на тихоокеанские острова добраться из-за водных преград не смогли. Тут живут только птицы, и моим гостям нечего бояться.
— А пауки, а змеи? — не сдаюсь я.
— Слушай, Вик, дай мне закончить с оборудованием домика, а потом я тебя проведу по острову и все покажу, чтобы ты перестала трястись от страха.
Я поджимаю губы и оглядываюсь. Хм-м, а хижина изменилась. Сколько меня не было? Минут тридцать? Как он успел за такое короткое время превратить халупу в сносное жилье?
Во-первых, на окнах появились новенькие соломенные жалюзи; во вторых, горит свет! Прислушалась — шумит генератор, откуда-то взялся маленький холодильник, кулер, а на столе стоит включённый ноутбук! На полу рядом с кроватью валяется циновка, сдутый матрас и насос. Рядом с ними маленький пылесос, а на стуле лежит постельное белье.
 
Отчего-то мне становится стыдно. Мажор-белоручка спокойно обживается, а я бегаю и истерю. Между прочим, я ходила в походы и жизни на природе не боюсь.
Ноги сами понесли меня к пылесосу. Нахожу «пилот» и включаюсь в благоустройство хижины, изредка кидая косые взгляды на Арбатова. Он ремонтирует дверь, как заправский плотник-стриптизёр. Футболку скинул, литые мышцы бугрятся от каждого движения. Никогда бы не подумала, что он умеет работать руками. Сенсей, всегда одетый с иголочки и благоухающий дорогим парфюмом, производил впечатление сноба, интересующегося только свей физической формой и победами. А оказывается, это лишь маска. Надо тоже показать ему, что я не истеричка, как он обо мне думает.
Собираю пылесосом грязь, продвигаюсь вглубь комнаты и захожу за перегородку, а там открытый люк в подпол. Так вот откуда он взял часть вещей! Встаю на колени, заглядываю — там валяется боксерская груша, гантели, другой спортивный инвентарь, разный хлам и… ружьё! Зачем ему ружье, если хищников нет? Птичек стрелять?
— Не свались, Лаврова, — раздаётся насмешливое.
Я чинно поднимаюсь на ноги, а Сенсей, наоборот, ловко соскальзывает по лестнице вниз и выбрасывает на поверхность какие-то доски, рейки, тряпки…
Интересно, а обычную воду тут где можно набрать? Я бы пол помыла и влажной тряпкой по поверхностям прошлась. Если дом становится похожим на жилье, надо это сходство по максимуму усилить.
Пока прохожусь щёткой по углам, Сенсей уже превращает тряпки с рейками в навесные многоярусные полки.
— Вещи можешь разложить тут и переодеться, если хочешь. Я пойду посмотрю, как там душ с туалетом.
Он выходит из хижины, а я понимаю, что раскладывать мне и нечего. Я не думала, что летим мы надолго и в такие условия. Рассчитывала на остановку в отеле, где все есть. Но хорошо хоть сподобилась кинуть в сумку расческу и зубную щётку. А ещё купальник, пару маек и шорты. Ну и сланцы сгодятся вместо домашних тапочек.
Быстро переодеваюсь, повязываю на голову косынку и выхожу. Тоже очень хочется посмотреть на душ с туалетом. И на остров, конечно, тоже.
Обхожу халупу, вглядываюсь в окружающее пространство и обнаруживаю два шалашика среди деревьев. То-то я их сразу не заметила. Они с пейзажем слились. Иду к ним, внимательно глядя под ноги. Про змей и пауков мне Сенсей так и не ответил. Я не стала менять кроссовки на босоножки, но все равно страшно наступить на кого-то, прячущегося в песке.
Чем ближе подхожу к лесу, тем громче слышен щебет незнакомых птиц, и даже их пестрое оперенье то и дело между зеленью мелькает. Ладно. Надо признать, что не все так ужасно. Если тут есть ещё и душ и туалет нормальный, то эти четыре дня могут стать запоминающимся приключением.
Подхожу ближе и слышу шум воды, а потом и вижу огромную бочку. Ну всё! Питьевая вода есть в кулере, который Сенсей поставил в домике, и о душе тоже позаботились. Можно немного расслабиться.
Только выдыхаю, как шаткая дверь распахивается и на улицу выходит намытый голый Сенсей! Зажмуриваюсь и отворачиваюсь. Да что ж такое?! Я же так сердечный приступ заработаю.
В спину доносится понятливый хриплый смех.
  
Глава 8
 
Сенсей вообще ничего не боится и не стесняется! Идёт по песку босиком и голый! Проходит мимо меня, и я вынужденно пялюсь на его впечатляющие тылы целую минуту… наверное. Успеваю оценить и спину с прорисованными мышцами, и татуировку на ребрах — надпись иероглифами, — и орехоподобные ягодицы! Только потом меня осеняет, что можно отвернуться в другую сторону, и я усилием воли прекращаю таращиться на обнаженку и поворачиваюсь к душу. Натыкаюсь на корыто с вещами. Он что, стирать их собирается? Ну вообще разрыв шаблона!
А может, он заставит стирать меня? К слову, о стирке. Так-то я не рассчитывала лететь на столько дней, и запас белья у меня не безграничен. Живо представляю верёвку, на которой висят рядом наши с Сенсеем трусы… Ужас!