Лунная дорога. Часть 2 (СИ)

В машине сразу снизился градус напряжения. Отчим отчего-то надсадно засопел, а мама хихикнула.
– Я же говорила, что у такого видного парня кто-то есть! Вот просто не может не быть! – победно провозгласила она. – И оказалась права.
Это что же я ляпнула? Похоже, тут была какая-то интрига, которую я нечаянно разрушила.
Мне очень хотелось все выяснить, но мама многозначительно пожала мне руку, и я промолчала. Приехав домой, вернее, к отчиму, я дождалась, когда он уйдет принимать душ, и пристала к маме:
– Это что такое было? Мама, колись давай!
Она, немного помявшись, все же признала:
– Родион всех своих временных подружек в этот домик приглашает. Или грибы пособирать, или на лыжах покататься. В зависимости от времени года.
– Вот ведь змей! – у меня даже кровь вскипела. – Да ничего подобного он мне не предлагал! Я бы его…
Мама широко усмехнулась.
– Не волнуйся, Маша, это все поняли. Это он зря сказал, мы же не дураки. Он тебе не понравился?
В принципе, до его провокационных слов я к нему относилась более-менее спокойно, как к любому избалованному богатенькому мальчику, но теперь он мне активно не нравился. Ишь ты, скомпрометировать он меня решил! Интересно, для чего?
– Кому он вообще может нравиться? Непорядочный и зазнаистый.
– Ну, он видный такой…
– Ага, весь из себя. Фанфарон! – меня просто распирало от злости.
Зазвонил мамин телефон. Она посмотрела на дисплей.
– Наташа! – и подняла вверх указательный палец, призывая меня к молчанию. Говорила главным образом Наталья Ивановна, весьма экспрессивно, в своем бойком стиле, мама лишь вставляла редкие междометия. Закончив разговор, потрепала меня по голове, как малого дитенка.
– Вот все и выяснилось. Никуда Родион тебя не приглашал, потому что по тебе сразу было видно, что ты ужасно правильная и скучная. А брякнул это от зависти. Потому что у тебя явно кто-то есть. Это так?
Я не поняла, к чему относился этот вопрос. Но мама упорно ждала, вопросительно глядя на меня, и я хмуро ответила:
– «Да» по всем пунктам.
И ушла в свою комнату.
Настроение тут же скакнуло. Из удивленно-оскорбленного превратилось в тоскливо-плаксивое. Вот можно ли сказать, что Красовский у меня есть? Или даже что был? Вот сидит он внутри, как заноза, и никак от него не избавиться.
  
Глава третья
 
На следующий день решила съездить к Максу. Прибрать получше, генеральную уборку сделать. Позвонила ему, чтоб предупредить, – не ответил. Странно. Может, ушел куда-то и звонка не слышит? Со мной такое часто бывает, особенно на работе.
В принципе, это неважно, ключи у меня есть. Сделаю ему сюрприз. Приходит братец домой, а там чистота. Сказала об этом маме, та одобрила. Ей самой невместно, она постоянно ему говорит, чтоб прибирал сам, это ж его квартира. Денис Дмитриевич ее на него переписал, в подарок на тридцатилетие, так что теперь она его во всех смыслах.
Поехала. На метро добралась быстро, все-таки какой хороший вид транспорта, особенно когда не в час пик и не надо стоять в толпе по стойке смирно. Немного помедлила перед знакомым домом. Вроде ничего нового, все как всегда. Поднялась на лифте, открыла дверь своим ключом.
И остолбенела. Здесь явно жила женщина! В прихожке стояли аккуратные маленькие сапожки, висела темно-розовая женская куртка. Мне стало неудобно, но любопытство в карман не засунешь. Не вытерпев, я прошла по комнатам. Чистота, уют и такая благостная атмосфера, какой никогда у брата не бывало.
Не знаю, что ее создавало, может быть, те мелочи, которые присущи только женщинам? Или эмоции остаются в воздухе, впитываются в стены? В общем, здесь царило счастье.
Неужели Макс все-таки увел от мужа ту замужнюю даму? Или нашел кого-то другого? Ух как интересно! И ведь никому ничего не сказал, подпольщик такой!
Позвонила маме. Она тоже была поражена. И тоже захотела все узнать. Но вот как это сделать, чтоб их не спугнуть?
– Маш, ты давай сейчас тихохонько выдвигайся обратно, чтоб следов твоего пребывания не было, а мы к ним все вместе вечерком нагрянем. Якобы перед твоим отъездом, попрощаться. Звонить и предупреждать не будем, чтоб не сбежали. Как тебе такой расклад?
 
Я была только «за». Внимательно посмотрела по сторонам. Вроде не наследила. Закрыла дверь, быстро сбежала по лестнице и поехала обратно. Немного погуляла по улицам, через пару часов пришла домой.
Мама с горящими от возбуждения глазами встретила меня у входа.
– Ну Макс! Ну тихушник! И почему он нам ничего не сказал?
Пришлось ее восторг немного умерить:
– Мама, он мне как-то признался, что влюбился в замужнюю женщину. Если это она, то все понятно. Может, она еще развод не оформила.
Мама враз помрачнела. Родители, что тут говорить. Раз разведена, а тем паче замужем, то второй сорт однозначно. Интересно, а к старым девам она как относится? Что-то я об этом никогда с ней не говорила. Если останусь старой девой, она меня, небось, и уважать-то перестанет?
Шучу, конечно, но почему нельзя полюбить замужнюю женщину? Что за криминал такой?
Вечером Денис Дмитриевич повез нас на своем «мерсе» к Максу. Дверь подъезда открыли сами, а вот квартиру мы открывать не стали, хотя ключи у нас и были. Корректно позвонили, как благовоспитанные люди. Когда раздался несколько озадаченный голос Макса, спрашивающего, кто там, ответил отчим.
Брат открыл и сердито на нас посмотрел. Было видно, что нам не рады. Но на маму его неодобрение не повлияло. Со словами:
– Мы так соскучились, почему ты к нам не приезжаешь? – она умудрилась скользкой рыбкой просочиться внутрь.
Мы прошли следом по проторенному ею пути. На кухне кто-то был. Пахло чем-то жареным, причем очень вкусно. Мы с мамой понятливо переглянулись.
– Ты не один? – мама сделала удивленные глаза. – Не познакомишь?
Актриса из нее никакая, достоверности ни на грош. Брат сразу просек, в чем фишка, и тут же мамочку разоблачил:
– Познакомлю, куда я денусь. Вы же для этого и приехали, разве нет?
Мама не стала лукавить:
– Конечно. Наконец-то мой сын завязал серьезные отношения… – сказано это было с надеждой на подтверждение, но Макс молча пошел на кухню.
Мы все враз запечалились. Неужто опять подружка-однодневка? Какая досада!
Макс нарочито громко позвал:
– Оливия, к нам гости.
Оливия? Она что, иностранка? Имя какое-то странное.
Из кухни торопливо вышла девушка в пестром фартуке, джинсах и футболке. Лет двадцати семи – двадцати восьми, натуральная блондинка с очень светлыми, почти платиновыми, волосами, светло-голубыми глазами, стройная, высокая, очень изящная, я бы сказала – породистая. К моему удивлению, далеко не красавица, но очень даже ничего. Невероятно располагающая.
Увидев нас, приветливо заулыбалась, от глаз к вискам побежали тонкие морщинки, и она превратилась в очень даже привлекательную особу. Вот что значит врожденный шарм! Она относилась к тем редким женщинам, что с возрастом становятся только интереснее. Завидую. Мне такой никогда не стать. Это дар природы. Или породы, смотря как смотреть.
– Здравствуйте! – нет, не иностранка, никакого акцента не слышится. – Вы родные Максима?
Мама обрадовалась, девушка ей приглянулась, как и мне, и торопливо подтвердила:
– Да. Я его мама, Ксения Михайловна, это его сестра Маша, а это мой муж Денис Дмитриевич.
Представив нас, она с выжиданием уставилась на девушку.
Та, в свою очередь, на Макса. Бедняге отчего-то очень не хотелось знакомить ее с нами, но пришлось сказать:
– Это Оливия, моя знакомая.
После данной ей характеристики Оливия как-то скептически приподняла уголки губ, но тут же спохватилась:
 
– Пусть вас не смущает мое имя. У меня мама – переводчица старой школы, она обожает Шекспира. И больше всего – «Двенадцатую ночь». Считает ее мировым шедевром. Очень жалеет, что нет достойного перевода на русский язык.