Поступь Титанов (СИ)

Внимание! Объем пространственного хранилища недостаточен.
Буду надеяться, что Пелит после сегодняшней миссии найдёт себе тушу на разделку. Следом попробовал снять панцирь. Но быстро разобраться со странными ремнями на боку не вышло. И я решил переключиться на шлем, скрывающий голову кентавра целиком.
Ослабил подбородочный ремень и благополучно стянул шлем с овальной головы. Под ним скрывалась уродливая рожа, будто с зализанными ушами и носом, даже чем-то похожая на морду Черепа. Но в отличие от крысовода, титан обладал всего одним широко открытым глазом. А челюсти будто состояли из трех частей.
Дотронулся пальцем до трёхгубого рта. И вместо зубов обнаружил шершавые наросты.
При ближайшем осмотре шлем действительно оказался абсолютно глухим и у меня невольно вырвалось:
— Мало того, что циклоп, так ещё и андабат. (прим. андабат — тип гладиатора, сражавшегося в шлеме без прорезей для глаз).
Но каким-то образом меня он видел. Да и стрелял вполне прицельно. Я повертел в руках увесистый шлем и, заглянув внутрь, обнаружил странное белесое свечение.
Попробовал натянуть странный шлем, чтобы лучше понять, что это за странный свет. Но голова не влезла. Даже если развеять боевую форму, то всё равно мне мешали уши и нос. Да и вряд ли без них она влезет.
Но несмотря на неудачу, краем глаза мне удалось разглядеть, что это не просто свечение, а какой-то аналог моего трофейного коммуникатора.
Как не раз бывало, в памяти будто открылись новые чертоги, и в голову хлынула информация о приборах ночного виденья, которые использовались в Элкраге.
Может, позже удастся как-нибудь приспособить этот странный шлем. Но пора уже выдвигаться, тем более вдали вновь раздался рокот пулемёта. Закинув в торбу шлем, я трусцой побежал вдоль тёмных домов вглубь города. Примерно в ту сторону, откуда слышалась стрельба.
Поравнявшись с телом крупного мужчины, я решил, что сандалии мертвецу уже не понадобятся. А то мои ступни, несмотря на твердую подошву псевдо-плоти, уже изрядно поранились об острые камни и мусор.
Ещё примерно через пять минут блужданий я наткнулся на одном из перекрестков на еще один труп титана в окружении россыпи расстрелянных гильз. У него были несколько крупных вмятин на шлеме и разворочена грудная клетка.
На мгновение вспыхнуло желание выучить поиск жизни, но тут же себя одернул. Неизвестно, как долго он будет изучаться, а оказаться беспомощным посреди захваченного врагом города — не самая лучшая идея.
В свете луны удалось определить, куда после гибели титана отправился отряд Марка Туллия. И я, всматриваясь поминутно то в темноту, то на дорогу, отправился по их следам.
Не прошло и двух минут, как я вновь наткнулся на окровавленную тушу титана. А еще через несколько минут с крыши одного из домов меня негромко окликнули на системном:
— Господин Фламиффер! Поднимайтесь сюда.
Из-за каменного парапета показалась голова одного из наёмников Пелита. А дальше, тихо прошуршав по стене, вниз спустилась веревочная лестница.
Легко взобравшись на крышу, я перевалился через бортик высотой в два локтя.
— Не высовывайся, а то башку прострелят! — вместо приветствия раздался голос легата.
Оглядевшись, я заметил сидящих на корточках чуть больше десятка Юнитов и Воителей вперемешку. Кроме наёмников рядом находились легионеры Марка Туллия, вооружённые винтовками.
Пригибаясь, я пробрался мимо воинов к небольшой беседке с колоннами. Где приметил так же сидящих на корточках Легата, успевшего взять восьмой уровень, жреца и альвийку.
— И снова здравствуй, мой юный друг! — поприветствовал меня Пелит. — Надеюсь, ты благополучно добрался до нашего пристанища?
Я коротко рассказал про неизвестного стрелка, что меня едва не зажарил, про потопленную галеру и поверженного титана.
Легат и жрец переглянулись. Пелит о чем-то глубоко задумался, а Марк Тулий коротко выругался.
— Знать бы ещё, где находится алтарь. А то, неровен час, полноценное вторжение прозеваем, — с опаской добавил я.
 
— А чего там знать, — высказался Марк Туллий, и бросил в сторону короткий взгляд. — На сцене театра он расположен.
Проследив за взглядом легата, я заметил наемника, лежащего на боку возле парапета и держащего возле лица какой-то предмет, конец которого торчал над бортиком.
— Коли желаешь, можешь взглянуть сам, — жрец мгновенно помрачнел. — Я склонен воззвать к помощи Громовержца, ибо наших скромных сил для сего подвига явно не хватит.
Прокравшись к наблюдателю, я опознал то устройство, что смастерил Смотритель в преддверии штурма зала немертвых.
Еще сильнее пригнувшись и сняв шлем, я вгляделся в нижнее зеркальце и увидел вдалеке часть трибуны, совсем недавно видимой мной во время неудачного полёта.
Вдруг в невидимой части театра что-то произошло, и с неяркой вспышкой на мгновение проявилась исполинская колонна.
В неверном свете я смог разглядеть не менее трех десятков фигур, замерших на верхнем срезе трибуны.
Отстранившись от наблюдательной трубы и активировав свой навык Картографии, я сосредоточился на небольшом окошке карты, на которой клочками отобразилась Александрия. И, судя по размеру театра, по его периметру находятся не меньше пятидесяти титанов. Да и в самом театре и вокруг, их может быть не меньше.
Вернувшись к соратникам, я поделился своими мыслями.
— Прав ты, мой друг! Мы с Марком Туллием пришли к схожему мнению о количестве этих воистину мифических существ.
— До твоего рассказа я планировал под твоим же отводом глаз подобраться поближе и шквальным огнем из пулеметов перебить всех этих блядских кентавров, — вторил жрецу Марк Туллий.
— Помнится, ты помощь Зевса упоминал, — молвил я и пожал плечами. Все равно их прежний план рассыпался, словно сложенная из сухих листьев башня под порывом легкого ветерка.
— Зевс, он… — Пелит задумчиво дернул себя за бороду. — Мой божественный предок может помочь, только наложив на нас божественную защиту на четверть часа.
— А молнией ударить? — Я на миг замялся, вспоминая, как себя проявляли боги в мифах и сказаниях. — Волной смыть или землю разверзнуть?
Ведь водами и твердью заведовали божественные братья Громовержца. Может, как-то и помогут по-родственному.
— Прямое вмешательство в дела смертных может вылиться ловушкой для любого бога, ответил Пелит. В голосе жреца я явственно услышал нотки сомнения.
— Защита? — вопросительно пробасил Марк Туллий. — Как мой навык?
— Не совсем, — Пелит снова дернул себя за бороду. — Как я понял, воля нашего покровителя защитит нас исключительно от выстрелов их пороховых копий.
— Предлагаю спуститься вниз и под прикрытием стен как можно ближе подобраться к театру. Это раз. — Марк Туллий рубанул рукой и загнул один палец.
— Как только кентавры нас заметят, воззовешь к Зевсу о даровании защиты. Это два.
— Пулеметные расчеты забираются на крыши и начинают поливать театр свинцом. На расплав стволов. Это три.
— Под прикрытием огня идем на штурм. Это четыре.
— Вырезаем всех этих уродских циклопов и рушим алтарь. Это пять.
Сжатый кулак ударил в раскрытую ладонь.
Что-то план легата мне совсем не нравится, первая половина плана, скорей всего, увенчается успехом, а вот во второй половине я что-то сомневаюсь.
Заметив мой скептический взгляд, Марк Туллий хмыкнул. И, повернувшись, он спросил:
— Я смотрю, у тебя есть идея получше? Говори.
— Не то чтобы получше, всё же вариантов действительно практически нет, но…
Но? — заинтересовано вопросил Пелит.
Но, — я на мгновение задумался, — если у тебя в торбе найдется ящик с артиллерийскими боеприпасами, то мы могли бы взорвать трибуны.
Марк Туллий поперхнулся на вдохе. Не иначе, как хотел высмеять моё предложение.
— Ты же говорил, что без пушек эти здоровые патроны — просто мусор, — вспомнил он мои слова, внимательно ожидая продолжения.