Космическая опера про космического опера (СИ)

Все здания, находящиеся на данной территории, стояли посреди гор мусора. Сначала мусоропроводы оказались забиты, их никто не очищал. Поэтому жильцам пришлось выносить мусор в контейнеры на улице. Но никто не вывозил содержимое мусорных контейнеров, несмотря на то, что это самое сердце целой страны, являющейся передовой космической державой. Коммунальщики лишь разводили руками, говоря, что у них недостаточное финансирование. Однако жители района прекрасно знали, как обстоят там дела на самом деле. Главы ЖЭКа всегда присваивали деньги себе, из-за чего не оставалось средств на уборку территории и на прочие нужды.
Кварталы утопали в горах мусора. Зимой они превращались в горнолыжные спуски, чем привлекали туристов. На них жильцы могли зарабатывать. Все полученные доходы направлялись на наём различных организаций, которые и приводили весь район в порядок. Делали они это быстро, всего за неделю. Зато чистота потом была такая, что глаз не мог нарадоваться. Коммунальщики же гордо присваивали результат чужих заслуг себе, о чём готовили регулярные отчёты, где они писали, как героически и самоотверженно дворники убирают мусор, который местные жители нарочно выкидывают на улицы в больших количествах, чтобы испортить облик города.
Но из-за паталогического бездействия ЖЭКа Гималайские горы из отходов возвращались в течение месяца после генеральной уборки. И всё повторялось по новой. Замкнутый круг не разрывался, вынуждая жителей района регулярно бороться с несправедливостью жадных до чужих денег коммунальщиков.
Полторы-Петренко Владлен Феофанович регулярно поражался тому, что такие проблемы смогли пережить двадцать первый век. Казалось бы, давно ушедшая эпоха с отсталой наукой и с не менее примитивным технологическим уровнем осталась в прошлом. Но не так всё оказывалось на самом деле. Нелицеприятные анахронизмы смогли сохраниться сквозь времена. Самым удивительным было то, что большинство людей считало это явление нормой. Отсутствие уличного освещения и горы мусора, по мнению основной части жителей родного района Владлена, было вполне обыденным и безобидным. Как будто им нравилось жить в таких условиях. А ведь в других частях Москвы всё было намного благополучнее, было с чем сравнивать. Но всё равно находились индивидуумы, которым вполне хватало и того, что они имели, и никакого желания хоть немного исправить сложившуюся ситуацию они не хотели. На борьбу соседей с мусором они вообще не обращали внимания, считая её лишней тратой времени и сил.
Владлен включил фонарик на смартфоне и стал освещать им путь. Только так можно было быть уверенным, что не провалишься куда-нибудь в яму или не наступишь на что-нибудь острое. Полторы-Петренко каждый день повторял это действие. Будь то ночь или зимнее утро, он всегда пользовался телефоном, чтобы видеть, куда идёт. В полном мраке, когда ничто не мешает разглядеть на небосводе Млечный Путь, который в Москве никто более не может узреть, даже далёкого света окон домов было недостаточно; он едва-едва делал светлее ближайшее пространство около зданий.
В ужасных условиях приходилось проводить своё время, существовать. Полторы-Петренко был не рад этому. Он неоднократно пытался вразумить главу ЖЭКа, но тот его не слушал. Использование связей ни к чему не привело. Зато была у Владлена Феофановича надежда переехать в более благополучное место. В Москве таких полным-полно. В конце концов, не везде же царить грязи и разрухе. В столице есть много районов, где можно жить и наслаждаться прекрасной жизнью. Ради переезда космический опер копил деньги и старался заработать достаточно средств, чтобы можно было купить хорошую и просторную квартиру. Нынешнюю он намеревался продать, чтобы вырученные деньги добавить к накоплениям. Всё-таки приобрести жильё в Москве честным трудом невозможно. Так было, так есть и так будет всегда. Лишь преступники, которые имеют нелегальные доходы, могут позволить себе такие колоссальные траты. С ними-то и боролся космический опер. Его отец точно так же служил в органах внутренних дел, всецело отдавая себя священному долгу блюстителя порядка. Владлену всегда нравилось думать об этом, ибо мысль, что он продолжает династию, начатую родителем, грела ему душу.
 
Наконец-то Полторы-Петренко вернулся домой. Заперев за собой входную дверь, он снял обувь и, пройдя в гостиную, рухнул на диван.
– Ты бы хоть переоделся ради приличия, – проворчал Феофан Ларисович.
– Я тоже рад тебя видеть, батя, – устало промычал Владлен.
– Что так поздно? Обычно ты возвращаешься раньше.
– Пришлось полетать в космос туда-сюда. Вот и потратил я столько времени, что сам не заметил, как наступил вечер.
– Новое дело что ли? Это из-за него ты себя не бережёшь и работаешь допоздна?
– А что ещё может быть? – встал с дивана Владлен. – Тут что ни час, то всё новое преступление совершается. Сначала убийство какой-то дамочки, потом разбой в продуктовом магазине. И так каждый день. Ты, к слову, как домой добрался? Происшествий не было? А то сегодня снова подростки буянили.
– Нет, всё спокойно прошло. Домой добрался без проблем. Ну, разве что чуть не оказался похоронен заживо под грудой мусора. Тут из отходов лавина очередная сошла, пока тебя не было. Я с трудом сумел увернуться. Чуть не помер на пороге родного дома.
– И куда смотрит начальник ЖЭКа? – ударил кулаком стену опер. – Я бы ему голову оторвал, а потом на машине времени отправлялся бы в прошлое к каждому предыдущему главе ЖЭКа и им бы тоже отрывал лишние детали. Уж я бы этим извергам показал, как дела делаются и что бывает, когда не исполняешь обязанностей. Ох, и задал бы я им жару. Им бы ад раем показался.
– Хватить пустословить, сынок. Лучше садись ужинать. У нас сегодня международное меню. Японский рамен, итальянская лазанья, грузинские хачапури, белорусские драники, русская кулебяка и татарский чак-чак на десерт. Наслаждайся блюдами и ешь досыта.
– Где ты столько заказал? – удивился Владлен.
– Сам приготовил. Или ты думал, что у меня, старика, силёнок не хватит устроить такой пир? Я ещё могу тряхнуть стариной. Порох в пороховницах никуда не делся, – энергично ударил себя кулаком по груди Феофан Ларисович. – После того, как твоя мать умерла, мне пришлось научиться готовить. Хорошо, хоть в интернете за века его существования накопились видео с рецептами. По ним смог научиться всему, что надо. Помимо освоения основ кулинарного искусства я развивал в себе выносливость, чтобы можно было ежедневно готовить несколько блюд. Даже постарев, я не стал бросать регулярных тренировок, чтобы можно было постоянно устраивать сытные пиры на завтрак, на обед и на ужин. В конце концов, жена меня, как на тот свет попаду, убьёт, если я не смогу достичь того же уровня, что и она.
Владлен выслушал речи отца и приступил к еде. Съев всё, что было на столе, он принял перед сном душ и отправился в свою комнату. Там он лёг на кровать и заснул.
Утром капитан Полторы-Петренко отправился в Управление Министерства внутренних дел Российской Космической Федерации по Солнечной системе. Навигатор в смартфоне подсказывал, что наиболее оптимальным видом транспорта для поездки на работу будет аэромобиль. Пробки уже успели захватить улицы города, и движение в Москве вновь, как и столетия назад, встало. Так было когда-то давно, так было сейчас и так будет всегда, даже спустя тысячелетия.
Владлен Феофанович решил не пользоваться услугами сервиса по прокату летающих машин. Вместо этого он заказал такси. Оно довольно быстро оказалось рядом и приземлилось. Едва он сел в салон, начался взлёт.
Внизу остались горы мусора родного района столицы. И всё-таки было в них что-то странное. Их было видно всему городу из любой точки. Даже Верховный Канцлер Российской Космической Федерации знал об этом антропогенном чуде, которому явно не место посреди улиц Москвы. Но никто ничего не мог поделать. В конце концов, главное должностное лицо государства по закону не могло вмешаться в дела организаций, которые ему не подведомственны. Тем более, что ЖЭК не является органом власти. Единственное, что он мог сделать, это дать указание Спикеру Сената заняться этим вопросом. Но и у того не было полномочий заниматься такими делами. Он поручал данное дело Космическому Министру, который передавал его Планетарному Правительству, которое делегировало его Московской Мэрии, а та – отправляла оформленный в соответствии с законодательством запрос муниципальному району, в котором происходит мусорная катастрофа. И уже местные власти пытались что-то сделать, но они не обладали высокой полнотой полномочий, которая позволила бы им держать ЖЭК в ежовых рукавицах.