Их любимая (СИ)

- Конечно, - я и сама, как маленькая, чего-то особенного жду от этого дня. Двадцать пять лет - маленький юбилей. И я впервые чувствую себя настолько свободной, что страшно становится, боюсь сглазить, спугнуть...
- А мы одни будем? - Гриша поковырял завтрак и отодвинул тарелку. Сощурился, пытаясь через зал и снующих официантов разглядеть вход в кафе.
Северских ждет. Сын к ним за последние дни привык, с самого утра, едва проснувшись, рвется к ним.
С ними интересно - повторяет Гриша.
И тут не поспоришь даже.
Пью сок и сама невольно кошусь на вход. В порт мы приехали вчера вечером, загрузились. Гриша устал после перелета и сразу уснул, я тоже никуда не выходила из каюты.
И в постели ворочалась до утра, мысли в голове носились роем растревоженных пчел. Сомневаюсь и боюсь, что сделала правильно, когда решилась вместе с ними тремя рвануть в круиз.
Я давно уже выросла, стала женщиной, у меня есть ребенок. И тонна проблем, что дожидается нас на суше.
А мы просто сбежали праздновать мой день Рождения. Словно подростки, у которых в голове ветер гуляет.
Я все понимаю.
Но святые котики, так хотелось хоть разочек наплевать на всех и пожить для себя. На других не оглядываться, не думать, чем все это кончится, высокой стеной от всех отгородиться и наслаждаться. Солнцем, океаном, новыми знакомствами, другим миром, отличным от привычного.
Мне сейчас очень, очень хорошо.
И, значит - все правильно.
- Пойдем за подарком, - распорядился сын, покончив с завтраком и резво соскочил со стула. - А потом гулять.
- Как скажешь, солнышко, - прячу улыбку. Мой маленький мужчина, в нарядных брючках и белой рубашке просто неотразимый. Держимся за руки, шагаем по залу, на Гришу с умилением смотрят пожилые женщины, и меня распирает от гордости.
Да, приехать сюда - было самым лучшим моим решением за последние годы.
Вышли из кафе, по длинному коридору свернули к палубе.
- Давай чуть-чуть постоим, - не удержалась и потянула сына туда.
Над нами небо безоблачное, чистое, волосы развевает легкий теплый ветерок. С наслаждением подставляю лицо и жмурюсь, смеяться хочется, неизвестно чему.
- Вау! - рядом прыгает Гриша.
- Доброе утро! - бодро гаркнули позади. - А я вас ищу.
Не успела обернуться, как талию обвили мужские руки и ласково притянули, прижимая меня спиной к широкой груди. Ощутила свежий морской аромат парфюма и вздрогнула от щекотки, когда уха коснулись горячие губы.
- С днем Рождения, любимая. День сказочный. Позавтракали уже? Вкусно было, наелись? Тогда пошли прогуляемся.
  
Глава 61
 
Глава 61
Севастиан
Гриша бежит впереди. Останавливается и оглядывается на нас, а потом снова скачет вперед. Ему здесь так нравится, видишь, как он широко улыбается и понимаешь - никаких денег не жалко.
И как этот греческий придурок мог от такого отказаться?
Даже если Гриша не мой сын (что невозможно!) я его уже люблю. И любить меньше не стану, я и так потерял семь лет. Он все равно мой ребенок. Что бы ни случилось.
- Какие планы на вечер? - взял ее за руку, сплел наши пальцы.
- Прекрати, - Рита попыталась вырваться. Я сжал ее крепче - и она махнула рукой. - Бестолку тебе что-то говорить. Но Гриша увидит...
- Он тоже с тобой за ручку ходит, - усмехнулся. - Ничего в этом странного нет. Ты согласилась провести здесь неделю, Рита. Понимала же, что я не буду обходить тебя за километр.
- А остальные? - она остановилась. Заправила за ухо волосы, что треплет ветер. Оперлась на перила, опоясывающие палубу. - Вы мне лайнер подарили. Я бы не смогла не пригласить вас. Совесть бы не позволила.
- Дело только в совести? - усмехнулся и встал рядом. Отпустил ее руку и оперся локтями, с удовольствием посмотрел вдаль. - Красиво здесь. Будто в другом мире. Хотя бы здесь можно не врать?
- Я и не вру, - она так смешно оскорбилась, так громко выдохнула. - Мы взрослые люди. И если...окажемся в одной комнате...
- Ну-ну, - подбодрил, сдерживая себя, чтобы не засмеяться.
 
- Ты сам все знаешь, - она повернулась и сверкнула глазами.
Я тоже развернулся.
Какая смешная. Делает вид, что эта тема ее не смущает, а сама покраснела, и в глаза мне смотреть избегает, уставилась куда-то мне в шею, и замолчала.
- Расслабься, Рита, - шепнул. Взглядом нашел Гришу, что пристроился неподалеку - сын встал на цыпочки и с восторгом глазеет за борт. Я придвинулся. - Никто ничего не планирует. Ни на что не надеется. Мы здесь за тем, чтобы отдыхать. И будет, как будет. Не надо волноваться. Да?
Она медленно подняла глаза. Покусала губы с нежно-розовой помадой, и я невольно придвинулся еще.
Давно не целовался.
А она совсем рядом.
Меня манит, из головы выбивает все мысли. Завороженно смотрю на ее рот. И я сам наврал, когда сказал, что никто ни на что не надеется.
Никто не полезет к ней, если она сама не захочет - да. Но просто представлять, как может пройти эта ночь - я себе запрещать не буду.
Мы вдвоем в моей каюте. И за окном шумят волны. Мы лежим на широкой кровати. Я зубами стягиваю с нее белье и вламываюсь между широко разведенных ног.
От этой картинки меня ведет так, что голову покидают последние мозги. До ночи далеко бесконечно, а я хочу уже сейчас.
Резко выпрямился и схватил ее за шею, притянул к себе. В ее расширенных глазах на миг мелькнуло удивление, а после я впечатался губами в ее мягкие, приоткрытые, и языком напористо толкнулся в рот.
В плечи уперлись ее ладони, пальцы сжались на моей футболке, в попытке оторвать меня. А я остановиться не смог, обхватил узкую талию и обнял крепко, не давая дышать.
Секунда, другая ее борьбы - и длинные пальцы на моей футболке разжались, тонкие руки обвили мою шею.
И я получил ответ на поцелуй.
Сдалась, маленькая.
Как долго я ждал.
И не зря, сейчас мне рвет башню.
Веду ладонями по желанному телу, спускаюсь на бедра и сжимаю, снова поднимаюсь к талии и захватываю в объятия. Она прижалась ко мне и с жадностью целует, ветер бросает в лицо ее волосы, я запускаю в них пальцы.
И как терпеть?
Как себя тормозить, если хорошо до дрожи.
Мы вдвоем. Словно на лайнере больше никого нет.
И, кажется, что ночь тоже будет только для нас.
  
Глава 62
 
Глава 62
Рита
- Точно остаешься здесь? - уточнила у сына.
Гриша в нетерпении качнул головой и, не дожидаясь, пока я его поцелую, вприпрыжку поскакал в гущу детей, к аниматорам.
Комната круглая, за окнами синий-синий океан. Дети болтают на разных языках, но умудряются понимать друг друга, и нет у них привычки взвешивать слова, подбирать, что сказать. Не боятся они выглядеть глупо, странно, неправильно.
Потому, что правила и нормы - они все в голове.
Моя голова забита ими просто до отказа.
Выпрямилась и вздохнула.
Гриша не захотел, чтобы я его поцеловала потому, что видел нас с Севастианом на палубе. Мне нужно было в руках себя держать, соблазну не поддаваться и не забывать, что рядом мой ребенок.
Как можно было такое забыть?
Я живу в первую очередь ради сына. Это мой смысл.
Посмотрела на часы.
Игры у них продлятся до обеда - а у меня свободное время. Которое я проведу в одиночестве. И если кто-то из Северских попадутся мне на пути, я повторю то, что утром сказала младшему из них: больше никаких поцелуев.
Достаточно.
Ко мне вовремя вернулся рассудок, сразу же, как только отключился у Севастиана и он лапать меня начал прямо на палубе, словно мы там одни и вот-вот ляжем в кровать.
Святые котики.
Не позвать их в круиз я не могла, но и обжиматься здесь с каждым у всех на глазах не могу тоже. В прошлом круизе одного из гостей, когда он напился, за непристойное поведение я попросила покинуть лайнер. И его высадили в порту.
А я теперь хозяйка здесь, и нельзя допустить, чтобы меня обсуждали, чтобы поползли слухи обо мне и Северских. Я не должна давать себе поблажек. Даже в день Рождения.