Их любимая (СИ)

- Ну спасибо, Роман, - с раздражением отозвался Арес.
Чувствую на себе его взгляд и упрямо слежу, как отец возится с ужином. Выпрямилась и плечи расправила, задрала подбородок - все эти мои действия неосознанные, но своей реакцией я себя с головой выдала.
Не плевать мне, что сегодня они праздновали его помолвку или что это у них там было. Бесит меня это. И сделать с собой ничего не могу. В пальцах сжимаю спинку Гришиного стула. Про себя повторяю таблицу умножения.
Новая моя привычка, чтобы отвлечься, мысли в кучу собрать, чтобы о Северских не думать...
Арес заговорил, и я сразу сбилась.
- Свадьбы не будет, - уверенный голос заставил меня покоситься на Ареса. - Твоя тезка Роман Емельянович уже в курсе. Я еще сегодня в офисе его просветил. Мы с Лидией поторопились. Но вовремя поняли, что не подходим друг другу. Я люблю лучшую на свете женщину, и это не Лидия. Люблю давно. Уже...- он зашевелил губами, словно подсчитывает. Облизнул ссадину на пухлой верхней, - уже семь лет.
- Да что ты? - поразился папа этому заявлению и обернулся с тарелкой в руках. - Какие семь лет?
- Полагаю, что не световые.
- Пойдем, солнышко, - машинально потянула сына со стула. Не могу я это слушать и позволять вешать мне лапшу на уши не могу, ведь мне так хочется, чтобы все было правдой. Вера в любовь сильна во мне до сих пор, ее даже предательство не сломило.
И это очень гадко, моими чувствами пользоваться, Арес точно знает, куда давить, и он давит, он даже сейчас улыбается, а я совсем запуталась, он искренним кажется, а его слова значимыми.
- Куда это вы, Рита, а ужин? - влез папа. Он поставил на стол тарелку, от нее в воздух метнулся ароматный пар.
Гриша тут же прилип глазами к мясу.
- Готово же все, - папа забрал у меня Гришу и усадил обратно на стул. - Ну, будем ужинать?
- Да! - сын хлопнул ладошками по столу.
- Рита, садись. Так, Арес. Не понял. Точно свадьбы не будет? Не поверю, что из-за другой женщины. Вы же планировали, Лидия...
- Я сейчас, - быстрым шагом двинулась к выходу и нырнула в арку, по коридору прошла до гостевой спальни и навалилась на дверь.
В комнате, не включая света, рухнула на постель, раскинула в стороны руки. Уставилась в потолок.
Я брежу. Каждый из них троих предложил с ним уехать. А я настолько глупа и наивна, что в эти сказочки верю и после того, как они меня бросили, готова рискнуть.
Это моя жизнь, и ошибка тоже будет моей.
Но Гриша...
Дверь скрипнула, я не шевельнулась. Он придет сюда за мной - знала.
Ждала.
Он прикрыл створку, отрезая полосу света, что падала из коридора, и в комнате снова стало темно. К постели его шаги приближаются, мягкие, почти бесшумные.
Его дыхание слышу.
И не могу больше терпеть.
- Ну что там за причины у тебя были? - поднялась на локтях.
И тут же упала обратно, когда его темная фигура надо мной нависла. Запястья сжали его горячие пальцы, он медленно повез по покрывалу мои руки, завел мне за голову.
Склонился к моему лицу.
В полумраке вижу очертания полных разбитых губ.
По которым я так соскучилась.
И...я замужем. А Дима уверен, что с моим прошлым еще не покончено.
Я до сих пор не единого повода не дала во мне сомневаться, не сделала ничего, за что можно было обращаться со мной, как с падшей, как со лгуньей, изменщицей...
- Я расскажу, если хочешь, - шепнул Арес. - Был договор. И...
- К черту, помолчи, - сама оборвала его, не в силах больше выносить эту близость. Рванулась вперед, руки вырвала из его хватки, обвила его шею.
И коснулась языком его губ.
  
Глава 37
 
Глава 37
Я хотела этого так долго, на себе его руки чувствовать, жар от его объятий испытывать. Хотела так сильно, что в ушах зашумело, когда он прижал к себе и с жадностью в мои губы впился.
Святые котики.
Плыву куда-то, и кровать подо мной качается, словно на волнах, ничего нет вокруг, лишь бескрайнее море. Одно на двоих для нас, и мы крепко связаны, прочно, уже не разорвать этих пут.
 
- Рита, подожди, - он шумно дышит и от моих губ уворачивается, пытается убрать мои руки со своей шеи, но продолжает прижимать меня к себе. - Дай сначала объясню.
- Не хочу, - шепчу, глаз не открывая, и в этот миг точно знаю - неважно, что у них за причины были.
Может быть, он выдаст мне сейчас очередную порцию вранья. Только зачем, если я уже в его руках, под ним лежу и обнимаю ногами крепкие мужские бедра. Как тогда, в аэропорту, хочу большего, пусть даже на короткие минуты, после которых все кончится - плевать, он нужен мне, хотя бы на чуть-чуть.
- Рита, - Арес оторвал от себя мои руки и вжал их в постель. - Меня послушай.
- Нет, - выдохнула, я не могу справиться с дрожью, с предвкушением, я прямо здесь хочу его. - Ты же сам этого добивался. Всё, бери.
Вырвалась и приподнялась, стянула с плеч лямки комбинезона. Бюстик я не надела, и теперь осталась по пояс голая. Он в темноте этого не видит, но чувствует, как я касаюсь затвердевшими сосками его груди.
Ткань царапает меня, мне нужно тело к телу, вплотную, я расстегиваю пуговицы на рубашке, не даю ему отстраниться.
- Твою ж мать, - Арес шепотом выругался. Сильные руки сдавили талию, по коже посылая мурашки, горячие влажные губы коснулись шеи...
Не сдержала стона, когда он впился в меня, сил не рассчитывая, зубами прикусил шею, втянул кожу в горячий рот. Он приподнял меня, и кровать скрипнула, уселся сам и опустил меня сверху.
- Сними брюки, - шепнула и запрокинула голову. Он жадно целует грудь, в пальцах сжимает твердые соски, ладонями водит по моей голой спине, он медлит.
Мне быстрее хочется ощутить его в себе.
- Арес, - поторопила.
- Поговорим и сниму, - пообещал он хрипло.
Ответ меня не устроил. Потянулась к пряжке ремня, сама начала расстегивать.
- Успокойся, - он перехватил мои запястья. Прикусил сосок, заставляя стонать. - Выслушай.
Что он несет...
- Какого черта, - шепнула, запуская пальцы в его волосы, залитые лаком. Выгнулась в пояснице, грудью прижимаясь к его губам, затыкая. - Просто сними брюки.
Арес резко перехватил меня за талию. Снял с себя и опрокинул в подушки. Сдавил за шею и навис надо мной, в рот мне выдохнул:
- Все, что я говорю - это всерьез. Мне не надо вот так.
- Как - так? - я пыталась забыться, утонуть в своих чувствах, не думать, но он не дает. Раз за разом на землю меня возвращает, едва я пытаюсь взлететь, и в голове дым рассеивается, мутные мысли все четче становятся.
Кажется, ничего не будет - поняла. И не потому, что я не хочу - это от меня только что отшил.
- Поехали отсюда, - большим пальцем он поглаживает пульсирующую венку на шее. - Заберем Гришу и уедем.
Как сказочно звучит.
- Да хватит уже, - не выдержала и оттолкнула его. Перекатилась по постели и вскочила на ноги. Начала торопливо натягивать лямки комбинезона. Желание, что таким сильным казалось, поглотило меня на секунды, и отступило. Поправляю одежду, волосы и мысленно ругаю себя.
Ему недостаточно просто поиметь меня, как раньше. Этот новый, повзрослевший Северский хочет еще и разговаривать.
К дьяволу.
Раньше надо было.
- Мне неважно, что случилось тогда, знать не хочу, - наклонилась и уперлась ладонями в кровать. - Можно просто забыть? Не ворошить, не оправдываться.
Ведь такому нет оправдания, и я знаю - все ерунда, что бы он ни сказал, нет таких причин, чтобы бросить по уши влюбленную девчонку, по чувствам ее потоптаться и дальше пойти. А я все равно готова простить, ведь люблю до сих пор, пусть только он при себе оставит свои объяснения.
Я бы заново начала, я бы решилась, без оглядки на прошлое в настоящем жить. Сама разорвала бы эту порочную связь, собрала все силы, чтобы о его братьях не думать...
И все было бы правильно, на двоих.
- Я понял тебя, - в темноте прозвучал его негромкий смешок. Скрипнула постель, Арес поднялся. - Сейчас мы уедем.