Их любимая (СИ)

Они вышли, и Роман Емельянович с удивлением уставился им вслед.
- Что у тебя делали полицейские?
- Ерунда.
- Это ты моей дочери будешь сказки рассказывать, - он уселся в кресло напротив и положил ногу на ногу. Посмотрел на меня в упор. - Что случилось?
- Это к нашим делам не относится, - отрезал.
- А с губой что?
- Упал.
Тот хмыкнул. Достал из нагрудного кармана сигару. Задумчиво помял ее в пальцах и выдал:
- Ладно. Потом разберемся. Я по-другому поводу прилетел. С новым назначением тебя уже по телефону поздравил. Теперь и жениться пора. В ЗАГСе были уже?
Пожал плечами.
- А чего тянешь?
- На счет этого я тоже хотел поговорить, - придвинулся. Перевел взгляд на сотовый, когда экран вспыхнул входящим звонком и выставил вперед палец. - Секунду. Да, Гела.
- Господи, Арес, - на том конце заохала мама. - Только что видела новости...Где ты находишься? Я еду к тебе.
- Все в порядке, - заверил вполголоса и встал из-за стола. Отошел к аквариуму в углу кабинета и костяшками слегка постучал по стеклу, распугивая оранжевых рыб. - Вечером заеду к тебе.
- Это Гела там? - спросил Роман Емельянович. - Передай матери, что семи приглашаю всех в ресторан. А сейчас дуйте с Лидией в ЗАГС, подавать заявление.
- Я перезвоню, - сбросил вызов и отключился. Повернулся на отца Лидии.
За окном воет сигнализацией чья-то машина, мы играем в гляделки.
Этот человек далеко не дурак, иначе не достиг бы таких высот. Да я и не скрываю, мысли мои у меня на лбу написаны - не будет ЗАГСа и свадьбы, и, похоже, что наши общие дела с Романом тоже к концу подошли.
- Не будет свадьбы, - произнес вслух.
Тот помолчал. Щелкнул зажигалкой и сунул в зубы сигару.
- Объяснись, - невнятно потребовал.
- Я занят! - отозвался, когда в дверь постучали.
Но створка приоткрылась и в проеме показалась светловолосая голова Лидии.
- Пап, извините. Арес, там твоя машина...
Нахмурился, прислушиваясь к вою сигнализации. В несколько крупных шагов приблизился к окну и распахнул его.
Отсюда видно стоянку и мою тачку. Она и орет сейчас, мигает фарами. Но внимание привлекает не шум, а надпись красными буквами на лобовом стекле:
"Нравится? Это только начало".
Севастиан? У брата детство в заднице заиграло, после пальбы записочки мне оставляет, как в школе. Ему жить скучно?
В раздражении захлопнул створку. Постоял, ладонями опираясь на подоконник.
В том, что это начало - я и не сомневался. В том, что найду методы справиться с братом - тоже.
Но все это дерьмо отвлекает, у меня времени нет выяснять отношения. С Лидией объясняться, с ее отцом. С полицией. Я мозгом и телом рвусь к женщине, которая живет в доме на Черном озере, носит теперь элегантные платья и каблуки, за руку водит сына.
А улыбается так же, как раньше - чуть застенчиво, завораживающе.
Верно. Сначала нужно забрать Риту. А потом заниматься своими проблемами.
- Мне срочно отъехать надо, - двинулся к выходу. Обогнул Лидию и вышел в коридор, не обращая внимания на окрики Романа.
  
Глава 32
 
Глава 32
РИТА
Когда подъезжали к дому Гриша вовсю сопел на заднем сиденье. Остановила машину напротив крыльца и обернулась.
Будить жалко. Сначала сын мультики смотрел в офисе, пока я работала. А потом, как и обещала, мы с ним вдвоем рванули в парк. Гуляли и играли несколько часов, заходили в кафе перекусить.
Телефон разрядился. И, наверное, муж провода оборвал, пытаясь до нас дозвониться.
Огромные окна светятся, хотя еще даже не стемнело, и этот свет мне о том дне напомнил, когда я в первые оказалась в этом доме. Тогда все готовились гостей встречать и точно так же всюду горел свет.
Откинулась в кресле и прикрыла глаза.
Улететь до конца недели не получится, и лайнер отправится покорять океан без нас. Но мы с Гришей можем прилететь позже, встретим круиз в каком-нибудь порту. И для этого нужно с Димой помириться, иначе он нас не отпустит.
Снаружи хлопнула дверь, и я вздрогнула, распахнула ресницы. Муж появился на пороге с таким мрачным лицом, словно его там взаперти держали годами, и вот он вырвался на свободу. Дима сбежал по ступенькам. Рывком открыл дверцу моей машины и сухо спросил:
 
- Где была?
- В офисе, а потом в парке, - оглянулась на сына. - Гриша набегался и уснул. Может, перенести его...
Засобиралась выходить, но муж так шандарахнул дверью, что едва пальцы мне не прищемил. Он обошел машину. Молча забрал на руки спящего Гришу и двинулся в дом.
- Телефон разрядился, - сказала виновато, скользнув следом за ними к крыльцу. - Я не сразу заметила. Когда домой собиралась хотела тебе позвонить. А сотовый не работает.
- Хватит врать, Маргарита, - отозвался он с раздражением.
- Почему я вру?
Зашли в дом. Дима понес Гришу наверх, а я замешкалась в холле. Справа висит огромное зеркало, и мое отражение в нем искажено, как в комнате страха, гладкую поверхность рассекает сеть трещин, словно в зеркало чем-то швырнули с размаху.
- Что тут было? - напряглась и следом за Димой шагнула на лестницу. Пока была в офисе удалось голову забить работой, а после мы с сыном гуляли, и я тоже смогла отвлечься. Сделать вид, что ничего не происходит и не было того скандала на дороге. После которого мы с Севастианом больше часа проторчали на остановке.
Я ведь поверила, что Северский, всерьез предлагает уехать с ним. Не шутят такими вещами, да и нельзя врать и при этом смотреть так честно, с надеждой. Он хотел забрать нас с сыном, а я хотела согласиться.
Дура. Это самоубийство. Сколько еще я буду танцевать на проклятых граблях?
- Иди в спальню, - приказал Дима, когда уложил Гришу на постель.
- Его раздеть надо, - попыталась поспорить, но муж накрыл сына одеялом и двинулся на меня, подтолкнул в коридор.
- Потом.
- Ты теперь всегда так будешь? - спросила, сдерживаясь. Изнутри злость поднимается на это его обращение, словно нельзя иначе. - Пихать меня, разговаривать, как с преступницей?
- А кто ты, Марго? - он открыл дверь в мою спальню. - Неверные жены тоже в своем роде преступницы.
- Да с чего ты взял-то? - резко развернулась. Я сама слышу, как мой голос дрожит, но сделать ничего не могу, перед глазами разбитое зеркало и я догадываюсь, для этого провидицей быть не нужно.
Севастиана я послала. И он приехал сюда. Они с Димой поругались...
- Если бы ты не давала поводов - шлялись бы твои родственнички в наш дом? Еще и побитые. Друг друга разукрасили, из-за тебя? Я просто не понимаю, откуда в них столько наглости, почему они думают, что им это позволено? Я твой муж или клоун? Я похож на клоуна, Маргарита? - он говорит спокойно, но чувствую - взорвется вот-вот, его глаза блестят от возбуждения, и я теряюсь.
Раньше мы с Димой не ссорились. И я не знаю, как мне себя вести. Дима трет подбородок, а я уставилась на его руку с разбитыми костяшками. И будто фильм смотрю, вижу его и Севастиана в холле, а потом за младшим Северским закрывается дверь. Дима размахивается. И его кулак врезается в зеркало.
Северский ведь понимал, что мне влетит от мужа? Зачем он дразнит Диму, что у него в голове?
- Иди помойся сначала, - Дима достал из шкафа чистое полотенце и швырнул мне. - А потом поговорим.
- Без душа с тобой разговаривать нельзя? - хмыкнула. - Не сходи с ума. Что это за грязные намеки?
- Этот твой губернатор с ноги к нам домой врывается, а я с ума схожу?
- При чем тут...- осеклась. Прижала к животу полотенце.
Молчим, Дима сверлит меня потемневшим взглядом, и так тихо, гнетущая пауза перед громом, мне сказать что-нибудь нужно.
- Губернатор - это старший, - напомнила.
- Я в курсе.
- Это он приезжал сегодня?
- А ты другого ждала? Ах да, их же там целых трое, на выбор, - показалось, что Дима сейчас опять сплюнет на пол, как утром - на его лице застыло брезгливое выражение. Но муж развернулся и отошел к двери, толкнул створку. - Иди помойся, Маргарита, - повторил.