Высматривая путь. Том II (СИ)

— Вот, — Эскель бросил на стол кошель.
Тот зазвенел монетами, но не раскрылся. Купец взял кошель, развязал его, заглянул внутрь, прикидывая навскидку, какая там сумма и, наконец, кивнул.
— Давайте сюда вашу передачку, — он вытер о грудь ладонь и протянул ее ведьмаку.
Тот молча передал посылку. Купец принюхался, а кметы за столом подозрительно оживились и начали посмеиваться.
— Эт че, благовония какие-то бабские? — подал голос мужик, что тасовал колоду.
— А вы случаем не того? Ну… мужеложец? — похрюкивая от рвущегося наружу смеха спросил купец.
Стол разразился диким гоготом.
— Нет, — заворчал ведьмак, но говорить о том, что это от чародейки — не стал.
— Какое дело, видали? Мутанты теперь жопы подставляют Александѐрам всяким!
Кто-то бахнул ладонью по столу, кто-то принялся утирать выступившие слезы, а кто-то и вовсе еле сдерживался, чтобы не сблевать от накатившего смеха. Эскель стоял, будто говном облитый. Но пока перед глазами маячили висельники, решил молчать.
— Баб видать уже мало, так теперь на мужиков переключились.
Ведьмак бросил взгляд на метущую пол девку, которая краснела и опускала глаза, затем на корчмарку, что качала головой и осуждающе смотрела на него, а как чаша терпения начинала переполняться, то постарался сдержанно обратиться к купцу.
— Так что, доставишь? — гаркнул он, но тут же одернул себя.
— Вы поглядите, как за хахаля своего переживает, — все не унимались кметы.
— Доставлю, доставлю, — утирая слезы закивал купец и тут же переключил свое внимание на заполненную до краев чарку.
Эскель кивнул, коротко поблагодарил и под гогот мужичья вышел из корчмы. Седлал Василька и галопом помчался обратно в хату. Даже хлястнул поводьями и прикрикнул на того в запале. Теперь и впрямь стоит потренироваться с мечом во дворе. Злость выместить, пока она боком не вышла. Нет, после такого он тем более ни за какие коврижки не вернется обратно в город. Пусть хоть Кейра телепортирует его за край света, но, определенно и точно — нет. К тому же, вероятно, скоро им стоит ожидать гостей.
Дера, тем временем, все корпела над свитком под чутким руководством новоиспеченной наставницы. Дело было на первый взгляд не шибко сложное. Перед ней лежал перечень всех необходимых ингредиентов, описание того, что и в каком порядке должно быть использовано и ряд слов, которые стоит произнести после всех манипуляций. Но что-то все равно не ладилось. Начали они с простого ритуала исцеления. Для этого травнице необходимо было снова резануть ножом ладонь, но перед этим выполнить все рекомендации.
— Так, — чародейка уперлась руками в стол и внимательно осмотрела кусок мелка и пепел в небольшой баночке.
Чей это был пепел Дера решила не уточнять. Просто отнеслась к этому, как к очередному ингредиенту — не более.
— Нарисуй мелом вот эту фигуру на пергаменте. Нечего пачкать стол, — она выложила перед девушкой посеревший и потасканный кусок бумаги.
Фредерика сосредоточенно всмотрелась в круг со множеством линий, исходящих от центра к окружности, закусила нижнюю губу и попыталась повторить. Вышло не очень и местами кривовато, но Кейра все равно кивнула.
— Красота тут не важна. А как набьешь руку, будешь рисовать это все с закрытыми глазами, — она даже улыбнулась и перекинула через плечо упавшие на стол пряди волос. — А теперь бери пепел и читай, что с ним нужно сделать.
— Насыпать по всей длине окружности, — Дера сама себе кивнула, и осторожно обхватив руками банку, развязала конопляную веревку и сняла ткань.
Руки чутка подрагивали, но линия получилась относительно ровная. Подтолкнув то, что просыпалось мимо, пальцем, травница брезгливо отряхнула руку и услышала тихий смешок чародейки.
— Какие мы нежные.
— Теперь нужно взять корень и измельчить небольшую его часть до состояния каши, — прочитала Фредерика и, вооружившись ножом, быстренько и весьма мастерски очистила его, и принялась нарезать до тех пор, пока за острием не потянулась слизь.
— Дальше, — серьезно скомандовала чародейка.
— Дальше мне нужно взять кашу, — девушка снова с особой внимательностью вчиталась в свиток, придержав его локтем чтобы не свернулся. — И нанести ее на рану. Затем зажечь свечу и прочитать слова. Капнуть воском на рану, покрытую кореньем и, если воск после троекратного прочтения испарится — исцеление прошло успешно, — она нервно сглотнула.
 
— Ну, чего смотришь? Давай, режь руку, как договаривались.
— Не скажу, что не волнуюсь, но… — она сжала и разжала руки, пытаясь унять тремор, но ничего не удалось.
Кейра посмотрела на нее с нескрываемым раздражением. Видать, к такой нерешительности чародейка не привыкла. Потому решила взять все в свои руки. Привычным движением материализовала в руке нож и схватив руку Деры, резанула по ладони лезвием. Девушка ойкнула и дернулась. Чародейка сверкнула светлыми глазами и нахмурилась.
— Магия, а тем более — ритуалы — не прощают нерешительность. Запомни это. Запиши на подкорку и никогда не забывай, поняла?
Фредерика неуверенно кивнула.
— Старшая речь… — обреченно выдохнула травница и застонала от бессилия.
Нет, она, конечно, немного знакома с ней в силу того, что многие алхимические рецепты были переведены, как правило вкривь и вкось, именно со Старшей речи. А что уж говорить об ингредиентах, когда в запале ищешь, чем бы заменить, а что заменять — понятия не имеешь. Но тут был не пресловутый список веществ и не краткие односложные описания. На пергаменте красовались полноценных три предложения, которые можно прочитать без ужасающего акцента и с правильно расставленными ударениями только в том случае, если сломать себе челюсть или подрезать корешок языка.
— А ты как думала? Магический язык. На нем прописаны все существующие ритуалы и заклинания. Но тут, — она растянула пальцами свиток, ибо тот опять свернулся. — Еще очень упрощенный вариант, по сравнению с рядовым заклинанием адепта.
— Я не прочитаю вот так сразу это все, — мотнула головой Дера, зажимая кровоточащую руку.
— А я не прошу сразу. И не прошу тебя писать или переводить. Перевод тут уже есть, как видишь. Но прочитать нужно именно на Старшей речи. Четко, с выражением. Пока не освоишься, конечно. Тем более чаще всего, как пишется так и произносится.
— Ладно, — собравшись духом, Фредерика сделала вдох и выдох. — Нужно ведь с чего-то начинать.
— Именно! — воскликнула Кейра, растянув губы в улыбке. — Давай, не стесняйся. Если даже ошибешься, то ничего не произойдет. Это самый простой и безобидный ритуал. Если заклинание не так произнести или пальцы сложить не так, как полагается, то можно получить несовместимую с жизнью травму. А тут… — она игриво фыркнула, — просто ничего не произойдет. Совсем, — она сделала особый акцент на это слове, — совсем ничего.
— Та-а-ак, — Дера на всякий случай набрала в грудь побольше воздуха и заводила пальцем по пергаменту. — Айни… нет, айнэ гвеллах… гвэлла-а-ах, вот так лучше звучит… доин… доен бен… не так. Доэн бэн, од гвэ-э-элод ян-н ска-арум. Аэ ин рои стэл. Од сио эй роди… родоин… нет, если так — рход-д-дион фивид аэн ас вита*.
— Ну, почти «идеально», — кивнула чародейка, решив приободрить свою ученицу, не отпуская свитка. — у тебя и впрямь много талантов, как и говорил наш угрюмый ведьмак.
Травница мгновенно вспыхнула и засуетилась. Потянулась к волосам, пытаясь заправить за чуть оттопыренные уши пряди. Вспомнила что порезана рука, ойкнула и мазнула ею по щеке, оставив алый след.
— Боги, дорогая, соберись. Прочитай еще раз. Давай.
— Айнэ гвелла-а-ах доэн бэн, од гвэ-э-элод ян-н-н ска-а-арум. Аэ ин рои стэл. Од сио эй рход-д-дион фивид аэн ас вита.
 
— Чудесно! Теперь можешь пробовать колдовать.
— Боги, помогите…
Кусая нижнюю губу, Дера выложила в центр начерченного круга свою раненную руку ладонью вверх, щедро замазала порез мандрагоровой кашицей, а потом, потянувшись за свечой, взглянула на чародейку. Та щелкнула пальцами поджигая фитиль. Травница вздохнула, сосредоточилась и громко, с выражением, зачитала текст еще раз. Тем временем не забывая держать оплавляющуюся свечу над рукой. Воск потихоньку капал. И с каждой каплей тело Деры вздрагивало от фантомной боли. Произнеся слова троекратно, она задумчиво рассмотрела руку, увидела, что воск просто налип коркой сверху и поджала губы. Она, конечно, не ожидала, что вот так сразу все возьмет и получится, как у заправского чародея, но благо, что Кейра оказалась права — в случае провала, а это был именно он, ничего не произошло.