Междумирье (СИ)

– Хорошо. Тогда приступим, если никто не возражает.
Никто не возражал. Хранители взяли разноцветные зажженные свечи и обступили меня с четырех сторон.
– Ничего не бойся, – поддержала Полина. – Они не намерены причинить тебе вред. Даже если что-то пойдет не так, помни: на тебе защита стихий. И я тоже рядом.
Её слова немного ослабили тугой комок нервов, свернувшийся в груди, как только я попала на территорию Хранителей. Как бы я ни храбрилась, всё-таки было страшно. Даже если отбросить паранормальное, то их четверо, а я одна. Где-то далеко в пещере. Никто не услышит и не поможет. Всё ради тебя, брат. Чтобы спасти тебя, я должна быть сильной.
Увлеченная мысленными терзаниями, я не сразу заметила, что Хранители начали что-то тихо говорить на неизвестном языке. Вокруг нас, как тогда во сне с участием Полины, появлялся разноцветный светящийся круг. Не хватало только фиолетового.
– Линда, – обратился ко мне шаман. – Сейчас мы попросим источник и стихии освободить твой дар. Скорее всего, будет больно. Но нужно терпеть и ни в коем случае не разрывать границу круга. Можешь сесть. Можешь лечь, но с места не двигайся, пока мы не закончим ритуал.
Я кивнула и сжала кулаки. Выдержу. Должна выдержать.
Узкие светящиеся полосы стали отделяться от границ круга и медленно поползли ко мне. Шаман продолжил что-то бубнить на непонятном языке, пока эти ленточки полностью не опутали моё тело.
– Линда, приготовься, – прошелестел голос Полины.
Полоски разноцветного света разом проникли под кожу. Было больно. ОЧЕНЬ БОЛЬНО. Будто сотни длинных игл впились в тело и пытались добраться до солнечного сплетения. Я не смогла сдержать крик и рухнула на колени. Казалось, меня вот-вот вывернет наизнанку.
– Держись, пожалуйста, – голос невидимой собеседницы доносился как сквозь толщу воды. – Я понимаю, что тебе больно, но физического вреда стихии не причинят. Когда всё закончится, на тебе не будет ни царапины.
Хотелось бы ей верить, но от боли я почти не соображала, только стонала сквозь плотно сжатые зубы, клубком свернувшись на каменном полу. Не знаю, сколько прошло времени – минута или час, но в какой-то момент стало невыносимо жарко. Захотелось голыми руками разодрать грудную клетку – лишь бы избавиться от боли и огня.
– Сделайте же что-нибудь, – прохрипела я, в надежде, что шаман услышит.
– Линда, ты должна выпустить Дух сама, – его голос я тоже слышала будто через сотню километров. – Если стихии проникнут глубже, ты можешь погибнуть от перенапряжения. Пожалуйста, расслабься и позови свою стихию.
Легко ему говорить! Это ведь не Хранитель сходит с ума от боли. Это не он сгорает заживо!
– Вспомни всех, кого любишь и любила, – в этот раз голос Полины я слышала гораздо лучше. – Сила Духа – это сила любви. В первую очередь. Постарайся найти в себе любовь. А я постараюсь поддержать. Надеюсь, они не почувствуют моё присутствие…
Наверное, она смогла что-то сделать – невидимый огонь уже не так яростно жег в груди. Я немного расслабилась и вздохнула. Любовь, говоришь… Конечно, первым лицом, которое всплыло из глубин памяти, оказалось мамино. Мамочка, родная, оказывается, я тебя совсем не знала… но это не мешало и не мешает любить тебя всем сердцем. Папа. Всегда строгий и искренне заботливый. Как у него так получалось? Сколько бы ни прошло дней, лет, веков, вы навсегда останетесь в моём сердце.
– Умница, у тебя почти получилось, – пробился сквозь туман воспоминаний голос Полины. – Давай, Линда, осталось совсем немного. Я их вижу – стены, сдерживающие твой дар. Они стали совсем тонкими.
Следующим перед мысленным взором появилось лицо Алекса. Брат, братишка… тот, кто стал моей опорой, когда ушли родители. Я раньше не сильно задумывалась, что ему тяжелее далась гибель родных. Алекс давно мог бы обрести собственную семью, а не возиться со мной и помогать во всем до окончания школы. Теперь мы всё, что есть друг у друга. Я справлюсь. Вытащу тебя, чего бы это ни стоило. Я тебя очень люблю, братишка.
Внутри до вибрирующего звона натянулась невидимая струна и… лопнула. Тело выгнулось от острого приступа боли, а из груди словно вышибли весь воздух.
 
– Поздравляю, Линда! Ты справилась, – голос Полины помог вернуться в реальность и судорожно вдохнуть.
С трудом приоткрыла глаза и сразу же зажмурилась от ослепительного сиренево-фиолетового сияния.
– Линда. Ты меня слышишь? – спросил шаман.
– Угу, – глаза открывать категорически не хотелось, как и двигаться. Боль схлынула, оставив после себя слабость в теле и звенящую пустоту в голове.
– Сейчас мы закроем круг и перенесем тебя в мой дом, – продолжил Хранитель Земли. – Отдыхай, сколько понадобится.
Кажется, я что-то пробормотала в ответ и отключилась.
Пришла в себя на узкой кровати с жестким матрасом. В комнате темно, значит, я провалялась без сознания как минимум половину дня. Потянулась всем телом и осторожно села. Как ни странно, ничего не болело. С содроганием вспомнила ощущения при снятии блока и осмотрела грудную клетку. Ни повязки, ни шрамов не обнаружилось. Всё-таки права оказалась Полина – на мне не было ни царапины. Но и каких-то изменений, говоривших о том, что я теперь обладаю непонятной «силой», тоже не ощущалось.
Медленно встала и даже не пошатнулась. Глаза привыкли к полумраку, и я приблизилась к двери, а потом осторожно выглянула в коридор. Пусто. Лестница оказалась рядом, и снизу пробивался свет. На него я направилась.
На кухне над чашкой чая дремал Хранитель Земли. При звуке шагов он встрепенулся и посмотрел на меня.
– Как ты себя чувствуешь, Линда? – спросил он.
– На удивление неплохо, – честно ответила я.
– Присоединишься к завтраку? – значит, всё-таки утро.
Я кивнула, вымыла руки и села за стол. После еды шаман пригласил прогуляться вдоль берега реки и намекнул, что можно взять с собой вещи. Он явно хотел поговорить без лишних ушей, и я не стала спорить.
Заговорил Хранитель Земли только, когда крайние дома поселения скрылись из вида.
– Что ты намерена делать дальше, Линда?
Я ждала этого вопроса и успела обдумать ответ.
– Хотелось бы вернуться к друзьям и двигаться вперед. У нас есть… дело.
– Хорошо, – спустя примерно минуту молчания сказал шаман. – Я проведу тебя к ним коротким путем. Но помни о данном обещании. И подумай о том, чтобы перебраться сюда. Вместе с братом. – Я кивнула. Этот вариант не стоило отбрасывать. Скорее всего, нам с Алексом придется долго где-то скрываться. Если наш мир раньше не полетит в бездну… – Ты ощущаешь связь с силой? – Хранитель сменил тему.
– Никаких изменений в себе пока не почувствовала. – Я пожала плечами.
– Ты и не должна. Сила жила в тебе с рождения. Просто она дремлет, и её нужно разбудить.
– И что тогда? – хотелось бы, конечно, вырвать брата из рук Правителя и вернуться к обычной жизни, но я не настолько наивна, чтобы не понимать: как раньше больше никогда не будет. Придется каждую минуту бороться за выживание.
– Тогда ты станешь сильнее и сможешь защитить себя и тех, кто тебе дорог, – будто прочитав мысли, ответил шаман. Хотя, может, у меня на лбу всё написано?
– Ладно, допустим, – нехотя согласилась я. – Что нужно делать, чтобы разбудить эту силу?
– Вот здесь начинаются, эмм, сложности, – отчего-то замялся Хранитель. – Я ведь правильно понял, что у тебя... не было мужчины?
– Нет, не было. – Я так опешила от вопроса, что ответила автоматически. Вместо того чтобы возмутиться.
– Как бы тебе лучше объяснить? – Он остановился и посмотрел вдаль. – У каждой из четырех основных стихий есть физическое воплощение в нашем мире. Воплощением же духа являются эмоции. Самые сильные эмоции возникают в момент страсти. Древние верили, что души приходят на землю в обличии мужчины или женщины не просто так. Четыре стихии создали наши тела, пятая помогла нематериальной душе слиться с физической оболочкой, – шаман бросил на меня задумчивый взгляд. – Они говорили: «дух есть любовь». Любовь, конечно, многогранна, но только любовь между мужчиной и женщиной способна дать плоды. Поэтому издавна инициация Хранителей Духа проходила через близость с мужчиной или женщиной, которых сердцем выбирали будущие Хранители.