Жена брата (СИ)

— Он никогда его не любил, — отмахнулся мужчина. — Мама купила дачу сама, не спрашивала разрешения. Это был своеобразный протест, так она показала, что сможет и без него прожить.
— Она, вообще, очень сильная женщина.
— Жаль только судьба незавидная, — негромко произнес он.
Я удивленно посмотрела на мужчину, который встал с земли и отряхивал джинсовые бриджи.
— Почему незавидная? — не поняла я.
— Потому что довольствуется малым, прощая многое.
Я нахмурила лоб. Что он этим хотел сказать? Матвей больше ничего не произнес, он надел рукавицы и отправился собирать синие, кабачки. Их уродило предостаточно.
Я продолжила собирать малину, изредка поворачивая голову, чтобы полюбоваться им. Эх, хорош. Даже в одежде, которая маралась из-за пыльной работы, он выглядел бомбезно.
— Только не говори, что нам с этим всем, — он махнул рукой на собранный им урожай, — придется что-то делать.
— Не скажу, — пообещала я, — но делать все равно придется. С частью всего этого можно легко управиться, продав соседям. Они с радостью купят. Здесь, кроме цветов, никто ничего не выращивает.
— И на том спасибо, — заходя в теплицу, произнес Матвей.
А я принялась за клубнику, а потом и перцы. Устала, но вида не подавала. Нужно сегодня все собрать, завтра уже переработаю.
Когда мы закончили, солнце клонилось к закату. Весь урожай мы сносили в нижнюю комнату, где было прохладней всего.
Хорошо, что еду я принесла с собой, а то готовить сил точно не осталось. Поднимаясь по ступенькам в дом, я споткнулась и полетела прямо на идущего следом Матвея. Конечно же сбила его с ног, заставляя смачно удариться о ступени.
— Смотрю тебе понравилось, когда я снизу, — морщась от боли, проговорил он.
Теперь его лицо было непозволительно близко от моего. А губы соблазнительно что-то говорили.
Смысл сказанного дошел до моего уставшего сознания, и я покраснела. Снова фраза звучала двояко, во всяком случае, для меня. Нужно срочно с этим что-то делать.
— Что не любишь сверху? — продолжал издеваться Матвей, разглядывая мое красное, как помидор, лицо.
— Предпочитаю нестандартные позы, — ляпнула я, делая попытки подняться с очень удобного тела мужчины.
— На сколько нестандартные? — заинтересовано спросил он, при этом дыхание его сбилось.
Ага. Дошутился?
— При отсутствии любви достаточно долго, фантазия становится очень бурной, — наклонившись прошептала я ему на ухо.
А что? Только ему издеваться надо мной? Если честно, сама не понимала, зачем так пошло ответила.
— Твои губы пахнут клубникой, — неожиданно произнес он и, зафиксировав своей рукой мой затылок, поцеловал.
Это был нежный изучающий поцелуй, совсем не похожий на первый. Его язык, как яд, проникал в рот, дурманя разум. О, Боги, как он целуется! Думаю, я бы не очнулась от плена его губ самостоятельно. Меня спас лязг открывающихся ворот.
Я поспешно спрыгнула с тела Матвея, и, как порядочная девушка, быстро встала на ноги. Надеюсь, никто ничего не заметил.
— Привет, дети, — поздоровался появившийся Роман.
— Привет, папа, — не очень весело ответил Матвей, присаживаясь на ступеньку из положения лёжа.
По- моему, его данная ситуация не парила. А вот мне стало стыдно. Что подумает мой бывший свекор?!
Я — падшая женщина.
Глава 43
— Что ты тут делаешь? — недовольно спросил Матвей, когда мужчина загнал во двор автомобиль и направился к ним.
— Мама давно просила починить ограждение, вот займусь этим.
— На ночь глядя? — заметил мужчина с недоверием.
Не сложно было догадаться об истинной причине приезда отца. И надо же, как не вовремя приехал. Матвей наслаждался вкусом ее поцелуя, в котором хотелось раствориться, и все происходящее переставало существовать. Пока еще мозг не сильно понимал случившееся, а тело и подавно, оно жаждало продолжить начатое, в особенности его нижняя часть. Уж очень все ество реагировало на близость Лизы, ее аромат и сладкие уста. Матвей чувствовал себя парнишкой, урвавшим поцелуй у девочки, которая нравилась. Так все прекрасно начиналось, и такой облом. Хотя, может, все к лучшему? Приехал его "здравый смысл","совесть". Отец прямо предчувствовал порочные помыслы сына.
 
— Чтобы завтра пораньше и начать, — пожал плечами Роман, поднимаясь по ступеням мимо невестки и сына. — А еще я уверен, что Лиза приготовила что-то вкусное. Надоело, знаешь ли, яичницей и гренками питаться.
Лиза пошла вслед за ним, стараясь не встречаться с Матвеем взглядом.
— Сейчас салатик свежий сделаю, — проговорила она, — и разогрею все, что из дому привезли.
— Все в холодильнике, — крикнул им вслед мужчина, поднимаясь со ступенек. — Решил, что этим продуктам не стоит повторять судьбу плова и пиццы.
Матвей догадался, откуда папа в курсе, где они. Мама! Неужели она надоумила его приехать? Вряд-ли. Скорее он сам решил, так сказать, проконтролировать.
Лиза помыла руки и приступила к приготовлению салата, а Матвей стал мыть кабачки.
— Раз кто-то решил приготовить, я хочу их жареными, — указал он на овощи.
Девушка тяжело вздохнула, но перечить не стала. Мужчина подготовил все для жарки и отправился в душ.
Ему нужно было охладить все еще возбужденное тело. И почему он так реагировал на Лизу? Даже невзрачная одежда не скрывала ее соблазнительные округлости. А когда она еще и упала на него, то ему предоставилась возможность прикоснуться к аппетитным частям ее тела.
"Еще три дня и все. Лиза исчезнет из моей жизни, а я вернусь к своей привычной, вспоминая все как сон," — выйдя из ванной комнаты, думал Матвей.
Он переоделся в легкие шорты и футболку.
Пока прохлаждался, Лиза накрыла стол.
— Прямо пир, — улыбнулся мужчина, присаживаясь.
— Я о том же, — хмыкнул Роман. — Как дома голодать, так лучше приехать заранее. Лиза очень вкусно готовит. Всегда любил те дни, когда она у нас в гостях была.
Девушка, расставляя тарелки, улыбнулась.
Поглощая блюда, приготовленные невесткой, Матвей ловил себя на мысли, что ему по душе вот такие вечера — домашние и уютные. Для полной идиллии не хватает ребенка и штампа в паспорте.
— Завтра уже защита? — спросил Роман, пережевывая пищу.
— Да. Я хотела попросить Матвея отвезти меня домой. Нужно приготовить все для сдачи. Защита завтра на десять.
— Не вопрос, отвезу, — кивнул он.
И почему его фантазия сразу же повернула в другую сторону. Она рисовала картины с цензом восемнадцать плюс. Такая возможность! Матвей скрыл свою улыбку за салфеткой, вытирая рот.
— Спасибо, я быстро искупаюсь.
Лиза поспешила в душ, прихватив с собой чистую одежду.
— Сын, — откладывая столовые приборы начал Роман. — Очень прошу, не наделай глупостей, о которых будешь жалеть.
— Я в своей жизни жалел лишь раз, а потом это чувство исчезло из моего сознания. Наверное, гены берут свое. Ты ведь тоже не о чем не жалеешь?
— Я уже свою жизнь прожил, и прошлое не изменить. А тебе еще жить с тем, что ты сделаешь.
— Не могу понять, а почему нет? — приподнял бровь Матвей. — Неужели я такой ужасный человек и не пара для Лизы? Что, Дима намного лучше меня?
— Я этого не говорил. Ты хорошая партия для невестки, вот только вопрос, собираешься ли ты быть этой партией? Не думаю, что твои намерения серьезны. Ты уедешь, а она будет ненавидеть всю семью Литвиновых. У меня одна внучка, и я бы не хотел, чтобы из-за твоих развлечений Лиза запретила нам общаться.
Мужчина удивленно посмотрел на отца. Так вон в чем дело? Он немного не понял намерений Романа.
— Я тебя услышал, — тяжело вздохнул Матвей, напоминая себе причину, по которой все это было задумано. — Я лишь хочу вернуть Диму в их семью. Литвиновы — собственники, моя игра может сработать, — признался Матвей.
 
— Для тебя, может, это все и игра, но не для нее, — грустно вздохнул отец. — Будь осторожен, не давай ей надежд, которым не суждено сбыться.