Тринадцатый (СИ)

— Вот так и знал, что где-то кроется подвох.
Это плетение мне казалось крайне бесполезным. Зачем создавать заклинание для высвобождения маны, если можно сделать просто так? Как я уже делал при побеге из тюрьмы в первый свой день в этом мире, и в новом теле.
— Это не подвох, а преимущество, которым надо уметь пользоваться. Если вы будете просто выпускать силу, как делали это во время тестирования, то не сможете контролировать мощность. А в плетение она закладывается. Вижу, что энтузиазма у вас поубавилось, — улыбнулся Пётр Александрович.
Во время тренировки на время выплесков мастер огораживал меня плетением защитного купола, да и себя тоже. Чтобы мы оба вышли отсюда в целости и сохранности.
— Хорошо, я готов попробовать, — ответил я, не собираясь отказываться от своей идеи.
— Тогда смотрите и запоминайте.
Мастер встал с лавочки, размял руки так, что захрустели костяшки пальцев. Я внимательно наблюдал и слушал объяснения.
Пётр Александрович старался показывать медленно, но для меня всё равно его движения казались очень быстрыми. Узор из тонких сияющих белым нитей зависал в воздухе на мгновение, и развеивался легким светом.
— Да так фейерверки делать можно, — проговорил я, рассуждая, что так примерно и получится, если вплести в заклинание парочку эффектов.
— Магия создана не для развлечения.
— Да ну, уверен, что кто-нибудь до этого додумался.
— В Китайской империи придумали магический фейерверк ещё в средние века. Но тогда он служил не для развлечения, а для подачи сигналов в соседние поселения и посты.
— А иллюзии?
Лицо мастера слегка скривилось.
— По мне, мастера иллюзий и вовсе магами считаться не могут. Настоящая магия даёт реальный эффект.
Видимо, я затронул больную тему. Поэтому поспешил с неё соскочить, чтобы не злить мастера:
— Понял. Могу приступать?
— Да, можете.
Мастер отошёл от меня на пять шагов. Окружил круговым плетением купола и меня и себя. Так, чтобы он не задевал только мои руки. Поэтому если накосячу, пострадают лишь ладони.
Сперва я повторил движения в памяти. Затем начал выводить ману из источника через самый тонкий канал. Направил энергию в разветвление у большого и указательного пальца.
Соединил их вместе. И из кончиков пальцев начала прямо в воздухе формироваться яркая нить белого света.
Вау!
Я был в полном восторге! Как ребенок, мечта которого наконец исполнилась.
Но в отличие от детей, я мог радоваться этой крошечной победе, не теряя концентрации.
Сперва я сформировал сантиметров двадцать прямой нити, потом резко изогнул ее вверх, ровно под тем же углом, что показывал мастер. Еще пять движений, и узор был готов. А я разжал пальцы, и отошел.
Либо все получится, либо взорвётся.
Светящееся плетение зависло в воздухе. Всего на миг. А затем поднялось к потолку, и зал заполнился белым светом. Я невольно зажмурился, чтобы не заработать ожог сетчатки. Но этот свет проходил даже сквозь кожу век, и мне пришлось отвернуться.
Через минуту всё исчезло. Я открыл глаза. Вроде ничего не взорвалось. Даже лампочки на потолке на месте.
— Я все правильно сделал? — спросил у мастера.
— Да, но на будущее — последнюю петлю можете делать раза в три короче. Именно она отвечает за мощность заклинания.
Лицо у Петра Александровича побледнело. Словно он тоже ожидал взрыв.
— Но ведь моя нить получилось примерно на два сантиметра короче, чем делали вы.
— Да. Однако мощность закладывается относительно массы маны в источнике. У тебя ее в разы больше, значит и нить должна быть в разы короче.
— Хорошо. Могу попробовать ещё раз?
— Да. Но защиту я убирать не буду. На всякий случай.
Я понятливо кивнул и принялся тренироваться. Со второго раза вспышка получилась в четыре раза менее яркой.
И ещё часа два я тренировался, изменяя длину последней нити и наблюдая за эффектом. Занимался и дальше, если бы мастер не напомнил, что я могу опоздать на ужин.
Тогда я искренне поблагодарил его за тренировку, а он пообещал, что завтра я смогу продолжить отработку. На этом и распрощались. Перед ужином успел заскочить в свою комнату. Принял душ и переоделся в чистую форму.
 
В столовой набрал всевозможной еды, после тренировки безумно хотелось есть. Да я был готов в одиночку целого слона заточить!
Пошёл к столику, где одиноко сидел Серёга и смотрел в планшет. Иной раз ему техника была ближе социума. И я не замечал, чтобы он общался еще с кем-то, кроме меня. Впрочем, меня это мало интересовало. Я выбирал друзей не из принципа их популярности.
Однако стоило мне сесть за стол к Сереге, как к нам тут же пересели Виталий с сестрой, а тут и Костя показался с подносом.
С моим соседом они были не знакомы, поэтому я представил ребят друг другу. Сергей покраснел, когда я представил ему Диму. Парень вжался в плечи и уткнулся в планшет.
Но я забрал его со словами:
— Вредно читать и есть одновременно.
Надеялся, что он сможет влиться в образовавшуюся вокруг меня компанию.
— Я там это… к экзамену по истории готовился, — запинаясь, пролепетал Сергей.
Видно, что ему было сложно сходиться с людьми. Однако нас объединила сломанная стена и одно настырное привидение.
— Так экзамен только в понедельник будет. Мы же с тобой в одном классе, — сказала Дина.
Серега покраснел ещё больше. Я решил подбодрить его и перевести правду в шутку:
— Дружище, ну раз у тебя такая плохая память, что за два года Дину не запомнил, то к экзамену по истории надо было начинать с яслей готовиться.
Ребята поняли моё намерение, поэтому никто не начал смеяться первым. А вот Сергей не очень понял. Поэтому я легонько пнул его под столом и сделал вопросительный взгляд.
— Ну, если честно, то мне няня ещё в колыбели историю Российской империи начала читать. Осталось выучить всего две даты. До понедельника должен успеть, — поддержал шутку сосед и рассмеялся.
А вместе с ним рассмеялись и остальные. Но Сергей быстро собрался и добавил специально для Дины:
— Но не факт, что успею, потому что на этот раз я намерен запомнить твоё имя.
— Лёх, сегодня на тренировку придешь? — спросил у меня Костя.
Я доел третий бургер с говяжьей котлетой и ответил:
— Только если Виталик и Серёга тоже придут. Так веселее.
— Я — за, — отозвался Виталий.
— Ну и я за компанию, — неохотно согласился сосед.
Но сомневаюсь, что кто-нибудь кроме меня заметил долю сомнения в его интонации.
— А мне можно? — внезапно спросила Дина, чем собрала косые взгляды всех сидящих за нашим столом.
— А тебе-то зачем? — поинтересовался её брат.
— Хочу тоже научиться за себя постоять.
— Это дело хорошее. Я научу, — ответил Костя и подмигнул девушке.
Ох, зря он это сделал!
Виталий вскочил из-за стола и в два шага оказался возле Кости.
— Даже не думай об этом, — процедил Виталий.
— О тренировке? — Костя сделал вид, что не понял.
— Ребята, мне кажется, у вас произошло недопонимание, — сказал я спокойно.
— Нет, я всё правильно понял, — ответил Виталий.
Костя тоже встал. Между парнями словно искра пробежалась. Надо было срочно решать конфликт мирным путём.
Поэтому я легонько хлопнул по столу и тоже встал…
— Ну, подурачились и хватит. — Вроде бы спокойно произнес я, однако мне показалось, что вокруг стало тихо. Все мгновенно замолчали, а мои друзья, оба отвели взгляд.
— Да, я в самом деле не то подумал, — согласился Виталий и вернулся на место.
— Ничего, забыли, — натянул улыбку Костя и тоже сел.
А я краем уха услышал, как Дина прошептала своему брату:
— Я уже не маленькая.
— Ты не будешь встречаться с высокомерными аристократами. Только через мой труп, — также тихо ответил ей Виталий.
А сидящий напротив Костя сделал вид, что ничего не слышал. И продолжил есть мясную запеканку.
Воцарилась тишина, которую никто не решался нарушить. Кроме меня.