В Восточном экспрессе без перемен
— Все поля пустые, — добавил он.
Тем не менее, если клиент хотел, чтобы его ворота стояли закрытыми, нам оставалось лишь подчиняться. Мистера Пиктолла это никак, впрочем, не беспокоило. Ему нужно было что-то делать, а открывать и закрывать ворота — такое же хорошее занятие, как что угодно другое. Единственная его жалоба сводилась к тому, что хозяева их — «чертовы дурни».
Еще одна задача для него возникала, когда мы заезжали в места со дворами неудобных очертаний. Эти мне создали накануне большие трудности, но с его помощью оказалось, что это вообще не задачка. Процедура была простой. Пока я в три приема разворачивал пикап, он выскакивал и доставлял необходимое, всякий раз возвращаясь с пустой бутылкой, когда я завершал маневр. Так результативно мы всякий раз сберегали по нескольку минут.
Еще толком не рассвело, когда мы приехали в Уэйнзкилл. Проезжая мимо фабрики мороженого, мистер Пиктолл пристально глянул за чугунные ворота и сказал:
— Значит, Снейт наконец продался.
— Мне так и говорили, да, — ответил я.
— На пустом месте начинал, знаете.
— Правда?
— В тот же год, когда я учредил свою лесопилку.
— А, ну да.
— Хороший он предприниматель, Снейт.
— Вы, значит, с ним знакомы?
— Время от времени сталкивались, да, — сказал мистер Пиктолл. — В последний раз было на Духов понедельник 1962 года. Если мне память не изменяет.
— О… э… ну да.
— Конечно, нынче ему нипочем бы не дали ничего подобного построить.
— Наверное, нет.
— Тут слишком много градостроительных норм, ничего не построишь.
— Да.
— Чертовы дурацкие правила.
Такой длинный разговор, похоже, сказался на мистере Пиктолле, и он надолго замолчал. Меж тем я думал про большой сарай мистера Паркера — интересно, он получал градостроительное разрешение перед тем, как его возводить?
Доставка молока протекала очень мило. Мы завершили развозку по Уэйнзкиллу и, подъезжая к району Миллфорда где-то без четверти восемь, совсем не выбились из графика. Я заметил, что топливный расходомер у пикапа показывает маловато. Двигатель у него был дизельный, а единственным известным мне местом, где наливали дизтопливо, был гараж Кеннета Тёрнера, поэтому я заехал туда заправиться. Кеннет уже трудился под фургоном, который загнал на пандус техобслуживания, и, заслышав наш приезд, вылез из-под него. Я вышел с ним поговорить, а мистер Пиктолл остался в кабине наливать из термоса чай. С собой он прихватил две чашки, а также пончики с джемом, и, очевидно, выбрал этот момент для нашего с ним перерыва на чаепитие. Увидев его на пассажирском месте в кабине, Кеннет подмигнул мне и сказал:
— Вижу, вы себе помощником обзавелись.
— Да, — сказал я. — Он очень полезный оказался.
— Ну, с мистером Пэ на борту если и ошибетесь, то не сильно.
— Похоже, так оно и есть.
— Требуется смышленый малый.
Он залил мне бак, и я вынул деньги заплатить ему, но он об этом и слышать не захотел.
— В счет лучше мне впишите, вам еще много понадобится.
— Видимо, да, — сказал я. — Вас, значит, так устраивает?
— Да, никаких хлопот.
— А я подобью в рабочем порядке.
— Ладненько.
Я влез в кабину к мистеру Пиктоллу выпить чаю с пончиками, а после этого мы погнали дальше, развозить молоко по той стороне озера, где жил Брайан Уэбб. Заехав во двор к Брайану, мы увидели, что он уже стоит в своей картонной короне: очевидно, ждет нас. Я воспользовался случаем и отдал ему свой заказ продуктов, но отказался от чашки чая, объяснив, что мы только что выпили. Когда мы уезжали, Брайан ухмыльнулся мистеру Пиктоллу и отдал ему честь.
— Чертов дурень, — заметил старик.
Мы доехали до «Дома на холме» раньше, чем обычно приезжал Дикин, но я заметил, что грузовика с бочками во дворе уже нет. Ехать с ними мистеру Паркеру предстояло долго, и он, должно быть, решил отправиться пораньше. Мистер Пиктолл уже стал немного уставать, поэтому выскочил и разнес бутылки я сам. Как раз когда я поднимался по ступеням к дому, в дверях появилась Гейл. Школьной формы на ней еще не было.
— Когда мы опять пойдем на сеновал? — спросила она.
— Довольно скоро, — ответил я. — Как только я привыкну к такому расписанию.
— Тогда ладно. Кстати, папа оставил вам еще немного дров. — Она показала на пикап мистера Паркера, стоявший у большого сарая. Отсюда я мог различить лишь какую-то древесину, наваленную в кузове.
— А, ну да, — сказал я. — Спасибо.
Она улыбнулась.
— Не за что.
Когда я вернулся в кабину, мистер Пиктолл рассматривал карту маршрута.
— Ничего, если я позаимствую? — сказал он.
— Да нет, пожалуйста, — ответил я. — Зачем-то нужно?
— У меня чувство, что тут кое-где можно путь срезать, но это мне еще нужно обдумать.
— А, ну да, — сказал я. — Завтра вы, значит, придете, верно?
— Если хотите, то да.
— Ну, я возражать не стану.
— Ладно, — сказал он. — Тогда приду.
Мы условились, что последнюю дюжину заказов или около того я развезу сам, и я его высадил перед самым въездом в «Каменную усадьбу». Он нырнул в небольшую калитку в живой изгороди и быстро скрылся с глаз, а я поехал дальше к дому. Когда добрался, его сын вышел со мной побеседовать.
— Моего отца видели? — спросил он.
— Боюсь, нет, — ответил я, отдавая ему молоко. — Может, он погулять пошел.
— Да, если просто погулять, это еще ничего. — Он взял у меня бутылку и отдал взамен пустую. — Кстати, вы когда вернетесь тот договор на распилку довыполнить?
— Э… должно быть, когда-нибудь скоро, — сказал я. — Когда начальство кивнет.
— Ваше начальство?
— Да.
— Я думал, вы теперь сами себе начальство.
— С молоком да. А другое я делаю для мистера Паркера.
— Забавное, по-моему, у вас соглашение.
— Правда?
— Ни рыба ни мясо.
— Да меня не очень-то волнует.
— Ну, так, может, должно б.
Меня поразило, что такого сорта разговоры обычно происходили у нас с Ходжем — нечто вроде перекрестного допроса, у которого нет иной цели, кроме как сунуть нос в мои личные обстоятельства. Интересно, подумалось мне, сходятся ли они иногда пообсуждать чужие дела. Казалось, это довольно маловероятно, если вдуматься хорошенько: молодой мистер Пиктолл представлялся мне личностью, у которой просто не может быть друзей.
После этого покончить с развозкой молока много времени не заняло, и я вернулся в «Дом на холме» к одиннадцати, что, как мне показалось, совсем неплохой результат. Теперь у меня был весь остаток дня на серьезную покраску. Я съел у себя во флигеле поздний завтрак, а потом пошел в большой сарай топить печку. Вспомнив о дровах, про которые мне сказала Гейл, я задержался у пикапа мистера Паркера и заглянул в кузов. К своему смятению, там я увидел брошенную лодку с нижнего поля, разломанную на куски. Я узнал части планширя, форштевень и трухлявый киль — все свалено в кучу и предназначено в топку. С глубокими сомнениями я вытащил из кузова две или три такие части и понес их в сарай.
* * *На растопку печки у меня ушло довольно много времени. Накануне днем мистеру Паркеру удалось разжечь ее всего за несколько минут, после чего он быстро загрузил туда еще дров и закрыл дверцу. Вскоре пламя уже запылало, а дальнейшего ухода за собой не требовало. Мне же, напротив, мгновенный успех не дался. Возможно, потому, что я никогда раньше не разжигал таких печей, но вероятнее всего — из-за того, что мне очень не хотелось, чтобы некогда гордое судно улетучилось дымом. Вновь и вновь пробовал я, однако ничего сильней желтого огонька не добивался, а он через несколько мгновений гас опять. Однако похолодало уже так, что без отопления не поработаешь, поэтому приходилось упорствовать. Наконец после нескольких попыток я попробовал отрегулировать вьюшку, как это делал мистер Паркер, и печка в итоге ожила и заревела. После этого я стал медленно скармливать загубленную лодку огню.