Песня Обманщика (ЛП)

— А где мы? — спросила я.
Улыбка Локи стала еще шире, когда он отступил назад.
— На несколько этажей выше.
Я повернулась, чтобы снова выглянуть в окно. Да, это было похоже на правду. Огни Калифорнийской башни 555 мерцали в темноте в нескольких кварталах от нас, и мне было видно далекое сияние моста Золотые Ворота.
— И не волнуйся, — добавил Локи. — Я оставил иллюзию в ресторане.
Он стоял ко мне спиной и, казалось, изучал стену напротив окон. Это была единственная поверхность в комнате, на которой не было огромного и дорогого на вид полотна. На самом деле, единственной вещью на всей стене было что-то похожее на маленькую черную клавиатуру.
— Во всех отношениях, любовь моя, — продолжал Локи, — мы выглядим совершенно обыкновенной парой.
Мой смех эхом разнесся по комнате, когда я представила нас в ресторане внизу, Локи, притворяющегося бухгалтером, и меня, притворяющуюся заинтересованной.
— Это… офис? — уточнила я.
Он кивнул.
— Чей?
Бледные глаза Локи блеснули в слабом свете.
— Безжалостного военачальника. Держу пари, он тебе понравится. Мне придется пригласить его как-нибудь на днях.
Он повернулся ко мне с полуулыбкой, такой чертовски соблазнительной, что мои щеки вспыхнули от жара. Я опустила глаза только для того, чтобы заметить, как его обтягивающие черные брюки обнажили изогнутую выпуклость огромной эрекции.
Оу. Знакомый жар спиралью прокатился по моему животу, и горло внезапно сжалось. Раньше мы часто трахались всю ночь, Локи и я. Иногда мы пили вино и обменивались оргазмами до самого рассвета.
Но все изменилось, когда родилась Аделина. Поначалу мое тело было настолько изуродовано после рождения, что я даже не хотела думать о том, чтобы использовать туалетную бумагу, не говоря уже о том, чтобы заниматься любовью. А потом, когда раны затянулись, я была так измучена, что с трудом соображала. Впервые с тех пор, как Локи появился в моей жизни, все, что я хотела делать с ним — это спать.
Мне не хотелось признаваться, как сильно я была напугана тем, что моя сексуальная жизнь закончилась, и я была обречена жить с самым привлекательным богом в скандинавском пантеоне и без либидо. Но теперь медленное жжение моего возбуждения снова нарастало, и пространство между моими ногами стало влажным от предвкушения и облегчения.
Да, то, что произошло в такси, было потрясающе. И нет, этого было недостаточно.
Я сбросила туфли на каблуках, соскользнула со стола и направилась по толстому ковру к мужу. Я обняла его сзади, прижимаясь щекой к спине, пока не почувствовала его запах, этот холодный запах соли и древесного дыма, который был так похож на запах дома.
— Свидание было хорошей идеей, — вздохнула я.
— Знаю, — ответил он.
Локи слегка пошевелился под моим прикосновением, поднимая руку, пока она не зависла над черной клавиатурой на стене. Мгновение спустя с клавиатуры перед раскрытой ладонью Локи полетели яркие желтые искры. Я взвизгнула и отскочила назад. Затем вся стена раздвинулась, открывая полки, уставленные до самого потолка самой большой коллекцией винных бутылок, которую я когда-либо видела.
— Лучший выбор вин в городе… — пробормотала я.
— О, ты же не думала, что я имею в виду ресторан, не так ли? — спросил Локи, приподняв бровь.
— Очень смешно.
Локи сверкнул улыбкой, прежде чем повернуться и осмотреть полки. Темные бутылки, стоявшие на деревянных винных полках, слабо поблескивали в золотистом свете встроенных ламп. Локи пробежал пальцами по нескольким этикеткам, одобрительно прищелкнув языком.
— Должен признаться, у него всегда был превосходный вкус, — пробормотал он.
Еще один ливень искр вылетел из клавиатуры, и винные полки с низким механическим гулом скользнули в сторону. Дрожь пробежала по моему позвоночнику, когда новые ряды бутылок с легким щелчком встали на свои места.
— А как он отреагирует? На то, что мы, э-э, тут? — спросила я.
Локи достал с полки изящную изумрудную бутылку и повернулся ко мне.
— Он будет в восторге, моя дорогая.
Муж вложил бутылку мне в руки. На ощупь она была гладкой и прохладной, с широким дном и изящным, тонким горлышком.
— Хотя думается, он даже может приревновать, — прошептал Локи. — Ты необыкновенно красива, жена моя.
Мои щеки горели, и я открыла рот, чтобы возразить. Никто, кроме Локи, никогда не называл меня необыкновенно красивой.
— Ш-ш-ш, — сказал Локи, прижимая палец к моим губам. — Скажи мне. А что ты думаешь о вине?
Я подняла бутылку и внимательно изучила этикетку. Я абсолютно ничего не понимала в винах. Я не покупала ни одной бутылки с тех пор, как училась в аспирантуре, и тогда единственное, на что я смотрела, был ценник.
Но я узнала название, написанное жирным изящным шрифтом с засечками. «Дом Периньон». На выцветшей коричневой этикетке удалось прочитать «1959». Мои руки задрожали.
— Вот дерьмо, — сказала я. — Разве это не тысяча долларов за бутылку?
— Даже больше того. Значительно больше.
Тонкие пальцы Локи обхватили тонкое горлышко зеленой бутылки.
— А ты знаешь, как открыть самую дорогую в мире бутылку шампанского?
Я отрицательно покачала головой.
Его улыбка стала еще шире, когда он сорвал тонкую золотую фольгу с горлышка.
— Точно так же, как ты открываешь все остальное.
Локи встряхнул бутылку, затем скользнул руками по горлышку. Мгновение спустя в комнате раздался взрывной хлопок, и я вскрикнула, когда холодные пузырьки полились на мои пальцы. Смех Локи наполнил комнату, отчего стало теплее.
Он поднес бутылку к моему рту, и я поймал губами пенящуюся струйку. Я всегда любила шампанское, и оно было хорошо, газировка искрилась на языке, а сухая сладость заставляла меня думать о летнем солнечном свете.
Локи склонил голову набок.
— А знаешь, что могло бы его улучшить?
Я знала, что лучше не отвечать. Мгновение спустя что-то холодное защекотало мне затылок, словно тающая снежинка. Я посмотрела вниз и не очень удивилась, обнаружив, что стою совершенно голая посреди элегантного кабинета какого-то незнакомца с выливающейся бутылкой самого дорогого шампанского в мире.
— Уже лучше, — промурлыкал Локи. Он посмотрел на меня так, словно собирался проглотить целиком.
Я поднесла бутылку шампанского к губам, уже чувствуя разливающееся тепло и счастье от двух бокалов вина, которые выпила в ресторане.
— Попробуй сам, — сказала я, протягивая ему бутылку.
Локи принял ее, его глаза вспыхнули. Затем он прижался ко мне всем телом, и его одежда исчезла. Ощущение прохладной кожи заставило горло сжаться, пока я не задохнулась. Он поднял бутылку и сделал большой глоток.
— Неплохо, — сказал он. — Но…
Он обхватил меня руками за талию и толкнул назад, пока твердая поверхность стола не уперлась мне в бедро. Его губы снова встретились с моими, глубоко целуя. На вкус он был как шампанское, искрящееся и теплое. Мое тело гудело от жара, глубоко внутри меня красным пульсировало желание, отдаваясь между ног, заполняя каждую клеточку тела. Черт возьми, я хотела его. И не важно, что мы находились посреди чужого кабинета, голыми, и пили украденное шампанское. Ничто не было так важно, так настойчиво и отчаянно, как тяга к сексу, к удовольствию, которое мы получали от него вместе.
Локи поднес толстую зеленую бутылку к груди, зажав ее между моих тяжелых грудей, прежде чем поднять ее и провести гладким стеклом по моей ключице и шее. Я вздрогнула, его прикосновение к моей шее всегда заставляло меня слабеть от похоти.
Он склонился над моей грудью, приблизив губы к щеке. Бутылка наклонилась в его руках, раздвинув мои волосы вокруг ее гладкой, круглой поверхности. У меня было достаточно времени, чтобы задаться вопросом, какого черта он делает, когда холодный всплеск шампанского потек мимо моего уха.
Я вскрикнула, но Локи удержал меня на месте. Он прижался губами к моей груди, слизывая искрящееся шампанское с ключицы и шеи. Мой возглас удивления превратился в тихий стон тоски.