Песня Обманщика (ЛП)
— Это скучное дерьмо, — проворчал Витри. — Будто мне есть дело до того, что генералу Асадору нужно место, чтобы избавиться от кучи своих врагов. Свартальфахейм принадлежит нам, к…
Спина Витри снова напряглась, а глаза расширились, когда он громко застонал. На секунду мне показалось, что он сейчас упрется в голую грудь Бальдра. Затем он схватил Бальдра за длинные светлые волосы и пригнул его голову вниз.
— Отсоси у меня, — прорычал он.
Бальдр так и сделал. Я попытался заглушить смех в бутыли с пивом. Витри кончил в мгновение ока, ревя о своем кульминационном моменте так, чтобы его услышали все остальные в лагере. Я никогда не понимал, почему некоторые мужчины чувствуют потребность кричать во всю глотку, когда они кончают, но я нисколько не удивился, что Витри был одним из этих мужчин.
Бальдр принял это как победитель, с довольной улыбкой откинувшись на спинку кровати и нежно проведя руками по бедрам Витри. Я последовал примеру Бальдра и начал целовать шею и плечи Витри, массируя его плечи. Его мускулы были мягкими, и я предположил, что у него оставалось еще около десяти лет, прежде чем его достаточно привлекательная внешность будет похоронена под лавиной мягкой дряблости.
— Да, — сказала Витри. — Да. Продолжай в том же духе.
Из-за спины Витри я поднял бровь и посмотрел на Бальдра. Похоже, милому принцу и в голову не приходило, что мы с Бальдром, возможно, хотим получить хоть какое-то удовлетворение от этой ночи. Бальдр поднес руку ко рту, чтобы скрыть усмешку.
— Переговоры с генералом Асадором? — сказал я, проводя губами по уху принца. — Я впечатлен.
Витри хмыкнул.
— Ну а то, я ведь принц.
Он поднес полный кувшин к губам, осушил его наполовину и скривился от отвращения. Кувшин выпал у него из рук, и остатки меда разлились по кровати. Витри, казалось, ничего не заметил. Я обхватил его рукой за грудь и провел пальцами по мягкому животу.
— Бьюсь об заклад, вы отымел их по полной программе, — сказал я.
Он снова хмыкнул.
— Да. Да, мы их отымели. Мы отымеем их врага, и станем самой богатой гребаной семьей в Девяти мирах.
Бальдр встретился со мной взглядом. Что ж, это было интересно. Эльфы ссорились уже много лет, но казалось, что их внутренний конфликт вот-вот станет значительно серьезнее. Я обхватил рукой мягкий член Витри и начал массировать его, пытаясь вытянуть из него что-нибудь еще.
И это сработало. Пока я растирал обмякший член Витри, он потчевал нас обоих точными подробностями того, что генерал Асадор обещал королеве в обмен на заключение эльфов на Свартальфахейме. Пока он говорил, Бальдр переместился, чтобы потереть и поцеловать плечи Витри, демонстративно подталкивая меня к колеблющемуся члену Витри, который казался почти таким же пьяным, как и он сам.
Я старалась изо всех сил, лаская его безвольный член, мягкие бедра и волосатые яйца, будто удовольствие принца было единственным, что имело для меня значение во всех Девяти мирах. Честно говоря, я не мог поверить, что Витри все еще говорит. После всего этого пива и всех моих щедрых ласк между его ног, как этот мудак мог все еще разглагольствовать о своем величии? Когда он перевел разговор обратно на то, что его копье виновато в том, что он упустил самого большого кабана на охоте, я решил отсосать у него в надежде, что он просто заткнется.
У Витри перехватило дыхание, когда я обхватила губами головку его члена, и смог вздохнуть с облегчением. Я взял его в рот прежде, чем он успел перевести дыхание, сильно всасывая, хлестая языком головку его члена. Витри запустил руки в мои волосы, заставляя меня опуститься. Надо мной он издавал странное бульканье, похожее на удушье. По-фигу. По крайней мере, он больше ни хрена не мог говорить. Я сосредоточился на его безвольном члене, будто от этого зависело само существование Девяти миров.
Витри издал ужасный рвотный звук, и горячая, влажная жидкость брызнула мне на голову и спину. Я отскочил назад как раз в тот момент, когда Витри снова вырвало, на этот раз ударив меня прямо в лицо струей отрыгнутого пива.
Шатер наполнилась абсолютной тишиной. Я вытер глаза и сердито посмотрел на Бальдра, который явно изо всех сил старался не расхохотаться.
— Это твоя вина, — туманно ответила Витри. — Это была твоя вина.
Он неуклюже поднял руку и замахнулся на меня. Ошеломленный, я поняла, что он пытается ударить меня. Он действительно пытался меня ударить. Я стиснул зубы и изо всех сил попытался подавить желание вытащить из эфира клинок и вонзить его в никчемную шею.
— О, мой принц, — промурлыкал Бальдр. — Ш-ш-ш. Ложись, дорогой.
Бальдр тянул Витри за плечи, пока принц не сдался и не упал обратно в свою постель. Мгновение спустя его глаза закатились обратно в глазницы, и шатер наполнился его царственным, очень громким храпом. Он был лишь немного менее раздражающими, чем его разговор.
— Это было чертовски отвратительно, — прорычал я, хватая одну из простыней принца, чтобы вытереться.
— Тебе нужна помощь? — предложил Бальдр. Он все еще выглядел так, словно был на расстоянии одного удара сердца от того, чтобы разразиться неудержимым смехом.
Мои губы растянулись в оскале. Бальдр пытался быть хоть немного полезным, но в данный момент я не думал, что когда-нибудь захочу снова к кому-нибудь прикоснуться. Все, что я хотел сделать, это найти горячие источники и понежиться, пока эта гребаная поездка не закончится, и я не смогу спокойно вернуться в Мидгард.
— Нет, — ответил я, вытирая голову простыней. — Мы доложим завтра утром?
Бальдр кивнул и позволил мне уйти с миром.
***Утром у нас не получилось встретиться с Одином, потому что его шатер был пуст. Мы с Бальдром смотрели друг на друга, пока стены шатка трепетали на раннем утреннем ветру. Я провел ночь, оттирая себя песком в тонкой струйке воды, которая была ближе всего к реке, которую могли предложить горы Свартальфахейма, и это не сильно улучшило мое настроение.
И все же, по крайней мере, мы нашли отличную информацию. Эльфы действительно работали с гномами, но это не было похоже на неизбежный союз. У нас даже были имена, чтобы предложить Одину. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы вытащить меня из этой гребаной охоты, из Свартальфахейма, обратно к моим любовникам в Мидгарде.
— А ты не думаешь, что он с королевой? — спросил Бальдр, приподняв бровь при виде пустого нутра шатра.
Я позволил своему лицу отразить мои чувства к королеве. Бальдр рассмеялся.
— К черту все это, — сказал он, хлопая меня по плечу. — Давай позавтракаем. Мы поймаем его позже.
Но Одина было трудно поймать. В конце концов, мы загнали его в угол после полудня, когда охотничий отряд гномов вернулся в разгар дня, чтобы отдохнуть, пока слуги готовили кабанов к пиршеству. Один жестом пригласил нас в свой шатер. Мою кожу покалывало, когда Один произнес заклинание, чтобы исказить наши слова на случай, если кто-то из вездесущих слуг гномов подслушивал.
— Мы кое-что узнали, — начал Бальдр.
Один хмыкнул и махнул рукой, чтобы Бальдр продолжал. Он стягивал свои пыльные перчатки для верховой езды и выглядел раздраженным. Я был рад, что Бальдр вел беседу, Один был чуть менее склонен в гневе набрасываться на своего любимого сына.
— Королева ведет переговоры с одним из эльфов, — доложил Бальдр.
— Генералом Асадором, — добавил я.
Бальдр кивнул и продолжил:
— Очевидно, Асадор ищет место, чтобы заманить своих врагов в ловушку. И он готов заплатить за это.
Один снова хмыкнул.
— Да. Я знаю.
Я не думал, что смогу чувствовать себя намного хуже после того, как прошлой ночью меня тошнило от блевотины принца Витри, но так оно и было. Мой желудок сжался. Я чувствовал себя так, словно ступал по воде, а Один только что вручил мне свинцовый груз. Вечная улыбка, запечатлевшаяся на полных губах Бальдра, упала, как камень.
Один плеснул себе в лицо из умывальника и уставился на нас своим единственным голубым глазом.