Изменники Рима (ЛП)

- Нет, господин, - кротко ответил Орфит.
- Нет, господин, - передразнил Корбулон. Он глубоко вздохнул и нетерпеливо выдохнул через нос, прежде чем возобновить властным тоном: - Префект Орфит, я считаю, что ты подверг опасности людей, поставленных под твое командование, а также припасы и снаряжение, жизненно важные для действий армии в настоящей кампании. Я также нахожу очевидным, что ты не подчинился данному тебе приказу. Если бы центурион Макрон не доложил мне, что ты хорошо служил под его началом после того, как он принял командование, и проявил храбрость, сражаясь в первой линии своей когорты, я без колебаний лишил бы тебя командования и уволил тебя из армии. Смелость и дисциплина – вот две основы, на которых строится успех римской армии. Ты проявил себя в одном из этих качеств и потерпел неудачу в другом, и усугубил свою неудачу тем, что пренебрег здравым смыслом.
- Как ты знаешь, согласно традиции, неспособность подразделения выполнять свои приказы – это неспособность всех людей в этом подразделении. По этой причине тебе и твоей когорте будет отказано в пребывании в лагере, и вы будете спать под открытым небом, без палаток. Вам также откажут в пайках, кроме ячменя. Ваше наказание продлится четыре месяца. Четвертая сирийская когорта должна немедленно покинуть лагерь. Любой из ее людей, включая раненых, найденных здесь после полудня, будет забит камнями. Выполнять!
Орфит выпрямился, отсалютовал, а затем заколебался, как будто собирался что-то сказать. Однако он передумал и быстро повернулся, чтобы выйти из палатки полководца.
Корбулон проводил его взглядом, а затем обратил внимание на Макрона, который спокойно стоял во время унижения префекта. - Ты считаешь, что мое наказание Орфита и его людей слишком сурово, центурион?
- Не мне судить, господин. Это твоя работа.
- Но у тебя же есть мнение, не так ли?
- Конечно, господин. Но мнения подобны дыркам в заднице – они есть у всех нас. Вот почему я не сомневаюсь в вашем решении. Командующий должен отдавать приказы, и, как только они будут отданы, для меня вопросы на этом заканчиваются.
- И именно поэтому ты заслужил ранг центуриона. Но ты еще и человек, Макрон. Так что из любопытства прошу тебя уважить меня своим мнением.
Макрон осторожно посмотрел на него. - Это приказ, господин?
- Это должно быть приказом?
- Это поможет.
- Тогда да, это приказ. Выкладывай.
- Очень хорошо, господин. Я думаю, вы поступили правильно. Префект заслужил это, хотя для его людей это немного сурово. Они сражались достаточно хорошо, но центурионы не пытались подвергнуть сомнению его приказы. Они должны были что-то сказать. Другим подразделениям будет полезно увидеть, что случится с теми, кто облажается. Сирийским парням будет неуютно несколько месяцев, но они извлекут ценный урок. Возможно, это даже закалит парней и префекта. Я так думаю, господин.
Корбулон ухмыльнулся. - Значит, мы единомышленники, центурион Макрон. Конечно, в том, что касается осады, мы все еще находимся по-прежнему в самой заднице. Я послал людей обыскивать арсеналы провинции в поисках осадного снаряжения и попросил все, что губернатор Сирии может мне выделить.
- Удачи с этим, господин. Не секрет, что Квадрат уже приготовил это все для вас.
- Да уж, верно. А пока нам нужно будет построить все, что сможем, из подручных средств. Сложность будут составлять железные компоненты. Квартирмейстер говорит, что он может достаточно легко установить кузницу, но ему потребуются слитки и формы из Тарса. Нам также нужно будет начать добывать пищу дальше на случай, если дополнительные припасы все еще не дойдут до нас. Мы зачистили территорию вокруг Тапсиса, поэтому нам нужно отправить колонны в холмы. Я поручаю тебе это сделать. В рамках твоих полномочий исполняющего обязанности префекта лагеря.
- Префекта лагеря? - Макрон удивленно поднял брови. Этого поста удостаивались только самые высоко зарекомендовавшие себя и уважаемые центурионы. - Да, господин. Спасибо, господин.
- Ты доказал, что готов, центурион. Мне хорошо известен твой послужной список, но я оставляю за собой право не выносить окончательные суждения до тех пор, пока у меня не возникнет непосредственный опыт оценки способностей офицера. Ты оперативно среагировал и грамотно командовал, спасая обозный поезд. В ближайшие месяцы этой армии потребуются такие опытные участники кампании, как ты. Парням будет тяжело. И я позабочусь о том, чтобы офицерам было так же тяжело, - кивнул полководец сам себе. - Это могло оказаться чем-то вроде замаскированного благословения. Армии нужен вызов. Здесь нужна дисциплина. Ее нужно закалить перед тем, что ждет нас впереди. Больше не будет терпимости к мелким нарушениям или пренебрежению правилам. Со щитом иль на щите, а?
 
Макрон кивнул. – Со щитом иль на щите, господин.
Погода стала быстро меняться, когда октябрь сменился ноябрем. Дождь шел все чаще, и дороги с землей в лагере, сильно обожженные месяцем ранее, превратились в липкую трясину. Деревья вырубали в близлежащих лесах и с трудом перевозились, чтобы предоставить бревна для основных дорог в лагере и вокруг. Как только стало ясно, что армия будет зимовать у Тапсиса, солдаты начали строить более прочные укрытия, используя все материалы, оставшиеся от руин поселения между лагерем и городом, а также то, что можно было изыскать в окрестностях. В течение нескольких дней импровизированные укрытия из полос ткани и кожи, натянутые на наспех срезанные ветки, были заменены каменными ветрозащитными блоками, покрытыми деревянными черепицами, удерживаемыми сосновыми ветвями и небольшими камнями. Вскоре лагерь приобрел вид крестьянской деревни, но с несколько более упорядоченной планировкой.
Несмотря на то, что ремонт моста был завершен и конвои с припасами начали приходить в лагерь, смена сезона означала, что река становилась все более раздутой. Инженерам постоянно приходилось ремонтировать дальнейшие повреждения и одновременно пытаться укрепить мост. Подъем воды также означал, что броды, найденные римлянами, больше не использовались, и если мост снова рухнет, единственный альтернативный маршрут снабжения добавит почти 150 км к пути любого конвоя. Такое отклонение вызвало бы дальнейшие осложнения. Поскольку маршрут будет вести повозки через территорию, контролируемую повстанцами, им потребуется сильный эскорт, и этим людям, а также погонщикам и тягловым животным потребуются повозки для перевозки их пайков, тем самым уменьшив пространство для припасов, необходимых для армии, разбившей лагерь под Тапсисом. Даже при текущем положении дел, ухудшающаяся погода задерживала доставку припасов в лагерь. В результате солдаты в лагере были вынуждены голодать, так как по приказу командующего урезали рацион. При том, что фуражные группы Maкрона изо всех сил пытались найти достаточно провианта, чтобы восполнить дефицит.
Ближайшие деревни и фермы были сожжены повстанцами, прежде чем они отступили за стены Тапсиса, а поселения, находившиеся дальше от города, были вовремя предупреждены о приближении римлян и сделали все возможное, чтобы спрятать свои запасы еды или эвакуировать их, до прихода римлян. Время от времени Макрону удавалось застать жителей врасплох и захватить хороший улов зерна, сыра, вяленого мяса и даже немного вина, а также небольшие стада коз и случайных свиней или коров.
Те местные жители, которым не удалось спастись, были закованы в кандалы и отправлены обратно в лагерь для работы на осадных сооружениях, возвышающихся вокруг Тапсиса. В дневное время группы пленников трудились вместе с римскими солдатами, чтобы вырыть ров, выходящий из главного лагеря вокруг холма, на котором был построен город мятежников. Грунт был свален к краю рва и утрамбован, чтобы образовался вал. Сверху в него вбивали заостренные колья, образуя частокол, башни которого поднимались каждые сто шагов. В четырехстах метрах по обе стороны от главного лагеря были построены два небольших лагеря, в которых размещалось по когорте легионеров.