Инженер и Принцесса (СИ)
И уже оттуда, приведя себя в порядок и оставшись в костюме, я отправился на метро к себе. Правда, не сразу, а заглянул в парк. Там я уже переоделся в спортивную форму, спрятал добычу в одном небольшом дупле на дереве и только потом отправился домой. Хотя, тоже не сразу. Ненужную больше одежду я для надёжности осыпал махоркой и закопал в укромном месте. Точно мой запах отобьёт. И здесь её никто не найдёт. Придёт время, и всё сгниёт. Сюда я больше не приду. Считай, почти тысяча рублей коту под хвост! Ничего, зато добыча знатная! Одних долларов под пару тысяч забрал, рублей десяток тысяч, а ещё и ювелирные украшения, и золотые монеты. Понятно, для иностранцев подготовили. Да, не ожидал! Всё-таки крупно работали! Зато и Альберту с компанией подлянку хорошую сделал. Вот пусть в гробу и переворачиваются от ненависти!
Немного потренировавшись, и усиленно, я отправился к себе домой. Инга уже легла спать. Хотя, ненадолго проснулась, хмуро посмотрела на меня и опять завалилась в постель. Хотя, она уже привыкла к моим поздним и долгим тренировкам. С другой стороны, и отчуждённость последнего месяца давала себя знать. Я вообще перестал отчитываться перед ней. И в свои дела не пускал, и в её не лез. Всё последствия «короткого замыкания» в универмаге. Что заслужила, то и получила. Хорошо, что не ушёл и постоянно помогал ей по дому, то есть, выполнял свои мужские обязанности в полном объёме. Разве что уже супружеские перестал, но тут уже и нельзя было. Как минимум, шесть с половиной месяцев беременности. А ещё и двойня. Лучше и не волновать, и не лезть к ней…
На следующий день я спокойно сходил на работу. А вечером прямо при Инге как бы засел за творчество. Сильно расстроенный ссорой с ней, так и опасности чрезмерных музыкальных успехов, я на время отказался от присвоения чужой музыки. Нет, сегодня в газеты ушёл ещё десяток стихов, точнее, текстов песен из будущего. Я тайно шлифовал, к сожалению, на работе, урывками и медленно, музыку очередной пятёрки песен, но без привлечения и Инги, и тёти. Разбрасываться музыкой из будущего, честно говоря, для не совсем уж надёжных людей, не стоило. К тому же, не мог я подключать к своим делам одну тётю. Узнает Инга, ещё больше обидится. Мне не хотелось настраивать её против себя. До обретения своего жилья не стоило обострять отношения и с тётей. На заводе сильно процветали коррупция и кумовство, и я понял, что рассчитывать на скорое получение квартиры в ближайшее время не приходилось. Уйдёт Инга, то я мог вообще остаться без ничего! Так что, мне приходилось думать скорее о покупке жилья где-нибудь в пригороде. Там пока можно было. Позже ещё и машины. Тоже без транспорта никуда.
Основной упор я решил уделить сочинению фантастики, пока только рассказов. Их можно было посылать в разные газеты и журналы, где достаточно можно было надеяться на печать. Первую короткую повесть о роботах я уже закончил, но сомневался, что её напечатают. Инга о ней ничего не знала. Рукопись, запрятанная среди архивных материалов, пока лежала на работе.
А для отвода глаз, уже дома, я как бы взялся за крупную форму, тоже повести, о борьбе внеземных цивилизаций, некоторых из них вполне с социалистическим строем, с всякими пауками-арахнидами и змеями. Своего рода фантастические байки об империи Аратан с социалистическим уклоном. Несмотря на холод отношений меж нами, Инга как бы нейтрально поинтересовалась, чем я так сильно увлёкся, на что сообщил, что опять фантастикой. Мы уже давно отправили совместную работу о полёте на Марс в редакции нескольких ленинградский газет и журналов, но пока ответов не было. На этот раз я ей ничего предлагать не стал. Она, конечно, явно обиделась, но пока подключать её к своим делам я не буду. Пусть подумает над своим поведением. Получалось, что я как бы и добивался её любви силой, но она мне уже не требовалась. Если полюбит, хорошо, нет, на нет и суда нет. Значит, просто уйду от неё. Денег у меня теперь много. С чего это я вцепился в одну дурную стерву? Пока есть возможность, надо погулять вволю!
Хоть внешне я оставался и спокоен, но меня сильно волновало совершенное преступление. Избил троих человек, ещё и ограбил! Вроде, и по неосторожности, и даже злодеев, но всё равно на душе было тяжко. С другой стороны, являться по повинной я не собирался. Пусть сначала поймают! Не поймают, ещё поживу!
Вот так в тревогах и заботах незаметно пролетела ещё одна неделя. Похолодало до минуса пяти. А вот на работе меня припахали срочной проверкой стали и прочих материалов для очередной партии военной техники. В целях соблюдения секретности, для чего, не назвали, но сразу ясно было, что для самоходных артиллерийских установок крупного калибра. Всю неделю пахал похлеще папы Карло, но, вроде, всё проверил и нарушений не выявил.
А потом для меня наступило некоторое облегчение. В конце недели я ненадолго пересёкся в центре на Невском проспекте, в кафе, куда забрёл по пути из магазина с грампластинками, с Петром Глуховым. К счастью, он был один, и оттого поделился со мной с некоторыми нежданными новостями. И главным из них являлся арест Альберта и некоторых его приятелей! Я ничем не выдал своего волнения. Хотя, некоторую радость всё-таки показал и даже заявил:
— Знаешь, Петя, я очень рад! Пусть посидит немного. Уже за одно избиение я его прощать не буду. Если бы не Инга, я сразу же накатал бы заявление в милицию. А то сначала она долго решала насчёт замужества, потом они все его простили, и всё равно у меня и сейчас с ней сложности. Подниму вопрос насчёт Альберта, сразу же обидится и уйдёт. Понимаешь, как-то не то получается! А так, хоть сам попался. Пусть посидит. Авось не выкрутится…
Петя сначала не хотел ничего рассказать, но потом сдался, как бы слил мне оперативную информацию, ага, данные журналистского расследования, но так и не сознался, что служит в КГБ. Хотя, мой приятель и сам имел немалый зуб на Альберта и компанию. Это же они немало его третировали за время тусования там. Петю там держали вообще на ролях шестёрки. Вячеслав, хоть его и презирали, имел более независимую позицию. А под конец как бы неплохо и отомстил. А теперь я и сам величина похлеще их!
В общем-то, оказалось, что группу валютчиков-фарцовщиков давно пасли. Камиля и его дружков нашли, но не сразу. Троица, хоть и сильно пострадала, но была жива. Они сначала поломались, но через пару дней выдали, что хотели ограбить какого-то иностранца — то ли англичанина, то ли француза. Но тот, к их несчастью, дал сдачи, так ещё и ограбил их. Теперь КГБ усиленно искал этого иностранца. Поймали и наводчика у гостиницы. Но тут непонятно отчего их стали жёстко трясти. Вот все четверо и дали показания, что работали на большую компанию, где были замешаны и Альберт, и его дружки. При обыске в квартире родителей подлеца нашлись многие важные вещественные доказательства. И, главное, на части из них имелись отпечатки пальцев фарцовщика Камиля, что полностью доказывала их связь! И в машине кое-что нашлось. И как будто и сам Альберт признал, что это он постоянно снабжал фарцовщика крадеными ювелирными изделиями, конечно, для продажи иностранцам за валюту! В общем, многие попались.
А так, оказалось, что сволочь и его дружки неплохо устроились. Во внешнюю торговлю им пробиться не удалось, а вот в советской торговле родители их устроили на вполне тёпленькие места. Альберт даже стал директором какой-то мелкой базы. А тут замели и его, и Гришу с Кириллом, числившихся у него экспедиторами, фактически, являвшихся подручными. Нежданно вскрывшиеся по ходу следствия махинации и контрабанда потянут на большие сроки для всех троих и многих их приятелей. Мало того, цепочка потянулась и к родителям Альберта, что они, находившиеся в Вене, сильно перепугавшись, ничего другого не придумали, как на днях перебежать в Англию. Шум, конечно, поднялся знатный. Да, побег торговых представителей — это не шутки! Так ещё и англичане заставили родителей Альберта, как раз день назад, выступить с подлыми заявлениями в адрес СССР. Да, англичанка опять нагадила! Врагам-то что? Главное, что в Союзе плохо с правами человека! Получилась чистая антисоветчина. С учётом этого, сроки Альберта и его дружков сильно потяжелели. Ну, да, за свои преступления надо ответить!