Бабочка на запястье (СИ)

— Ева Викторовна, вас записывать на следующую неделю? — сначала, хочу отказаться, но подумав, все-таки соглашаюсь и добавляю десятку к рейтингу Ардена.
Вывел же сволочь на эмоции. Не зря его рекомендуют, как специалиста с самым нетривиальным подходом. Шоковая терапия на практике. И как я не догадалась.
Натянув серую шапку, роюсь в черной дыре своей сумки — бродяги, в поисках ключей от машины.
Да блин где они?
Топчусь на тротуаре, уже ощутимо нервничая. Сквозняк гуляет по загривку в просвет между шарфом и воротником. Ежусь, пальцы начинают подстывать. Тут еще и на телефон приходит сообщение в рабочий чат, с неизвестного номера.
+7992хххх — «Здравствуйте, Ева, хочу попросить вас об индивидуальных занятиях»
Ева — «Приходите в студию обсудим»
+7992хххх — «С удовольствием, но есть проблема. Не могли бы вы подъехать по этому адресу..»
Читаю название поселка за городом. Ну уж нет. Острых ощущений мне до конца жизни хватит.
Ева — «Извините, это невозможно»
+7992хххх — «Я понимаю. Все отказываются. С агорафобией рассчитывать на подобное — глупо. Еще раз простите, что побеспокоила. Думала вы согласитесь. У вас глаза ангела. Дарят надежду»
Оглядываюсь по сторонам, ища подсказку, как мне поступить. Сочувствие к невольному одиночеству другого человека, захватывает с головой. Пусть не у меня, но хотя бы у кого-то появится надежда. Я упала в бездну, а там ее искать бесполезно.
Окоченевшие пальцы делают сенсор бесчувственным. Грею выдохом и печатаю.
Ева — «Хорошо, ждите меня вечером. Приеду, как только освобожусь. Часам к восьми. Устроит?»
+7992хххх — «Спасибо. Вы не представляете, что это для меня значит. Просто начало новой жизни. Я в вас не ошиблась, Ева»
Даже, в оковах собственным разума, эта женщина не перестает быть открытой. Нахожу ключи, и кажется, улыбаюсь. Впервые, за долгое время. Нет, это не правда, просто морщусь от холода и весеннее солнце, совсем не спасает. Кругом только застывший мрак.
Пытаюсь разглядеть в темноте дорогу и ругаю себя, всем многообразием обсценной лексики. Проклятья и парочка матов летят по салону.
Дались мне эти индивидуальные занятия. Сидела бы уже спокойно дома. Какое там спокойно, металась бы из угла в угол. Утренняя встреча с психологом никак не выходит из головы. Делаю крупный вдох носом. Затем плотно сжав губы, выпускаю.
Что не убивает — делает нас сильнее. В каком-то смысле да. Мне теперь есть к чему ровнять ситуации. Вот это — сущая ерунда, по сравнению с осенним марафоном на выживание.
А то, что было с Дамиром — это лишь эпизод. Незначительная часть моего пути. Еще немного времени и я забуду. Слабо верится в эту чушь, но больше мне верить не во что.
Надо сгрести себя в кучу и мать его не нервничать.
Закрепляюсь на этой позиции. Снова выдыхаю.
Мечусь по зеркалам, пытаясь избежать многочисленных царапин на своем далеко не свежем рафике.
Блть.
Скрежет слева означает, что мои успехи как водителя — шкалят за минус. Делаю резкий рывок, и передние колеса прям офигительно буксуют в мерзлой жиже.
Жму на тормоз и сдаю назад. Ожидаемо возникает тот противный звук, означающий, что дальше никто никуда не едет. Резина намертво затягивается в неасфальтированую часть трассы.
Нет, чтобы заниматься благотворительностью в черте города. Надо было ломануться, ну скажем, не в трущобы, а на территорию очень даже уютных коттеджей.
До них я, метров пятьсот не доехала.
Сверяю геометку, которую мне выслала таинственная клиентка. До ее дома тащиться около трех километров. В темноте. По незнакомому району. Пешком.
Вот и чудненько, заночую здесь.
Иронично. В огне я не горю, зато замерзну на пустынной трассе, потому что как обычно проигнорировала заправку, а до утра мне бензина явно не хватит. Включаю габариты и вылажу, чтобы оценить размах катастрофы. Передние колеса увязли до половины.
Подкладываю ветки, снова пытаюсь выбраться, но лайфхаки от бывалых водителей, на мне почему-то перестают работать.
 
Полчаса беспрестанно насилую двигатель. Рычит он грозно, но абсолютно бестолку. Потеряв последнюю надежду на чудо. Блокирую машину и забрав из багажника спортивную сумку, иду в никуда.
Дойду до клиентки, а там уже вызову эвакуатор, пока буду ждать — обсудим дальнейшее расписание.
Черт, я даже имя ее не спросила. Кляну в сотый раз себя за безалаберность.
Пятьсот метров бездорожья преодолеваю, полностью забив короткие сапожки снегом. Подтаяв внутри, он так «приятно» чавкает и холодит до онемения ступни. Ни с чем, ни сравнимый кайф.
Достаю телефон, чтобы определить направление и тот показав, что мне двигаться еще как минимум двадцать минут — разряжается.
Глаза щиплет от ветра и сухости, но я упорно двигаюсь вперед. Разыскивая адрес по старинке, вглядываясь в номера каждого дома. Упорство, что ни на есть, мой конек. Штурмую местами занесенную дорогу.
Ради чего спрашивается?
Ради того, чтобы как можно меньше заниматься раскопками своих бредней. Оно того стоит. Экстрим перекрывает дисбаланс. Возникает, что-то вроде, я не хочу умирать так нелепо.
Калитка открыта и без помех прохожу во двор. Люди с агорафобией не имеют возможности, покидать стены собственного дома. Страхи — мое второе Я. Поэтому сочувствую искренне. Да и авантюру надо же как-то оправдать.
Терраса, обставленная деревянной сеткой, полностью освещена. Могу детально рассмотреть домик с жилым чердаком и лоджией. Выглядит как будто для съема. Не знаю, с чего складывается такое впечатление, может табличка с надписью «солд — аут» повлияла. Да и недолго оно задерживается в моей голове, когда на пороге возникает силуэт, по очертаниям мужской.
— Здравствуйте! Я — Ева Сотникова, — привлекаю внимание к своей персоне. В ответ никаких действий, даже не двигается. Развиваю дальше свой монолог, — Тренер. Меня хозяйка пригласила, — замокаю, а потом выпаливаю скороговоркой, — У меня там машина застряла и телефон разрядился. Эм… не могли бы вы, вызвать техпомощь, — изо всех сил стремлюсь звучать позитивно.
Мужчина спускается по лестнице, полностью уходя в тень. Его безмолвие, уже конкретно напрягает. В голову крадутся нехорошие подозрения.
Маньяков ведь никто не отменял. Я же мечта для психопатов. И чтобы меня заманить, даже особо стараться не приходится. Как безмозглая рыбка, глотаю наживку с радостью.
Торможу сохраняя приличную дистанцию, потом пячусь назад, а затем вовсе, разворачиваюсь и пускаюсь в бег, с оглушительным визгом.
— До последного был уверен, что ты не приедешь. Опять мимо. …пиздец, Ева, как так можно? Притащится неизвестно куда, хер знает к кому, — это долетает уже в тот момент, когда я толкаю металлическую перекладину на калитке.
Держу равновесие и часто-часто моргаю. Вслушиваясь, впитывая мягкие ноты невесомого акцента. Моментально пьянею под волной накатившихся стоп — кадров.
Время замирает.
Мозг перестает посылать сигналы телу, и оно послушно поддается вторжению.
Запах полыни перерабатывается рецепторами. За ним следует удовольствие. Шумный вдох.
Кислород. Я дышу. Много и жадно. Захлебываюсь. Волшебство окутывает со всех сторон.
Горячее тепло его тела. Руки стальными тисками сжимающие мои плечи. Разворачивает. Прижимает к себе. Тянет наверх, заставляя обхватить себя ногами. Ладонь, забирающая мой затылок в плен. Губы.
Мы касаемся.
Размазываем горечь поцелуя. В воздухе словно распыляется нейротоксин. Парализует силу воли, образуя без барьерное пространство. Его язык терзает мой рот со смесью дикой порочности и нежности одновременно.
Я так одурманена его близостью, как в лихорадке, царапаю крепкую мужскую шею. По памяти черчу стрелу скорпиона в широком вороте свитера. Ловлю прерывистые удары на вене, отвечая, уже не знаю на какой по счету поцелуй. Или это слишком затянувшийся первый.
— Как ты мог? — спрашиваю дрожащим голосом, как только он отрывается, чтобы перехватить поудобней и нести меня в дом.