Бабочка на запястье (СИ)

— Может не надо — отчаянно выдыхаю, желая и отрицая одновременно.
— Почему?
Приподнимаюсь на локти. Краснею от того, насколько откровенно все это выглядит. Щеки заливает жаром. Его дыхание жгучими потоками, рывками ложатся в промежность.
— Мне неудобно — он раздражено дергает бровями и подтягивает ближе к своему рту — Ты что хочешь? — раздаюсь глупым вопросом, как будто есть еще варианты.
— Хочу узнать твой вкус — слышу, как втягивает носом — Пахнешь, бельчонок, как дурман.
— Я просто никогда не думала… — суматошным шепотом пытаюсь что — то лепетать, — бруталы это делают… — не договорив, падаю на подушку, он ведет языком горячую линию. — Не останавливайся, — Дамир хмыкает прям туда.
Стыдно, хорошо. Ныряет языком, бесстыдно меня вылизывая. Это грубо, развязано и наверно с другим человеком, на меня накатил дичайший дискомфорт. С Дамиром в принципе, все не так, иначе.
Хриплым шепотом мешает поцелуи с пошлыми словечками. Голова идет кругом. Скатываюсь в пропасть с бессвязными стонами. Мои бедра под нажатием его рук, раскрываются еще шире. Его язык так глубоко во мне. Все это невероятно непристойное, до боли сладкое. Движения его губ ускоряются.
— Только не останавливайся, — да, это я снова вслух.
В полу безумном состоянии, требую еще и еще. Прогибаюсь в спине, вдавливаясь ему в лицо всем низом. В голове ни одной приличной мысли. Так я не доживу и до утра. Прикрываю глаза, полностью вбирая эти ощущения.
Клитор горит огнем, под непрекращающейся атакой его языка. Всасывает, добавляет подпитку, втирая пальцы в лоно.
Разглаживаю пряди его волос, стягивая в агонизирующих порывах и прижимая к себе. Вдавливаю и не отпускаю. Он к этому и не стремится. Получает столько же удовольствия, яростно надавливая на бедра.
Полосами режет на части шквалом невиданных ощущений. Тело словно подлетает вверх, закручиваясь в огненной воронке. Первые судороги экстаза накатывают буйными волнами, его член тут же заполняет на всю глубину.
— Ева, ты такая красивая — прикладывает пальцы к губам, я втягиваю и сосу, реализуя желание целовать его в это время.
Поцелуи осыпаются сверху, как искры. Шея, плечи, грудь все покрывается огнем. Он целует, не оставляя ни кусочка. Двигаясь во мне. Член растягивает, так плотно прилегая к стенкам.
Смотрю ему в глаза сейчас между нами никаких тайн. Мужчина и женщина в первобытном акте. Стирает грани и оставляя только жадность. Хочу, чтобы это никогда не кончалось.
Клитор покалывает при каждом трении, вызывая новые разряды. Толчки, по — началу мучительно медленные, сменяются бешеным ритмом. Он, грубо говоря, вколачивается до основания. Мелкими укусами, стягивая соски при каждом броске. Вскрикиваю и успокаиваю эту томную боль, натираясь о его грудь.
Меня подбрасывает, двигаюсь волнами, встречаясь с его телом обжигающе порочными шлепками. В низу живота глобальная катастрофа. Потопы и пожары библейских масштабов. Мы больше не люди. Отдельные единицы. Атомы и молекулы. Разлетаемся смешиваясь в воздухе.
Я понимаю, почему с другими никогда так не было. Это был не он. Только Дамир. Наши тела идентичны. Действуем, как один живой организм.
Мой первый крик от оргазма разносится по квартире, убивая всех призраков. Я становлюсь частью Дамира, так же как и он проникает в меня.
Он выходит, продолжая свою пытку. Его ствол покрытый моей смазкой, касается разгоряченной кожи между бедер.
— Бельчонок, пойдешь сверху — шепчет не переставая контактировать со всеми воспаленными участками.
Ответа не требуется, меня усаживают. Пристраиваюсь и отталкиваю его руки, самостоятельно задавая амплитуду толчков. Откидываюсь назад, упираясь ладонями в мягкий матрас. Раз за разом наталкиваю себя на его раскаленный ствол.
Снова кончаю, с такой силой, что меня уносит, и я падая в коматозе, ощущаю, уже лежа на спине его финальные вбросы. Через секунду, сперма на моем животе растекается кислотой, проникая под кожу.
Он ложится рядом, прижимает меня.
— Можешь отдохнуть, но ночь еще не закончилась.
 
Я только улыбаюсь. Дышу. Потом мы снова до изнеможения занимаемся сексом и засыпаем под утро.
Сквозь полудрему я слышу, как щелкает браслет на его часах. Пальцы проводят линию по позвоночнику, одеяло лезет наверх, окутывая теплом.
И я не хочу просыпаться. Не хочу сегодняшний день. Как бы он не закончился, все равно будет больно.
  
глава 31
 
Клуб «Вектор [email protected]» 19:30.
— На тебе черный вход. Столик я забронировал, слежу за Евой и за центральным.
— Я понял. Можно, не вдалбливать сто раз — Тимур раздражено прокатывает рукой по волосам.
Отворачиваюсь, чтобы не сорваться со злости за то, что вчера выпустил ее из лофта. Если бы, по чистой случайности не вернулся, она бы так и осталась ночевать одна. Вышло, конечно, ни хера не лучше, но в какой-то мере Ева была в безопасности.
Они не переваривают друг друга. Это, еще если мягко выражаться, она Тимуру всю тачку расхерачила. Орал, как припадочный. Будет знать, что белок обижать не рекомендуется. Он иногда ведет себя по-скотски. И я одно не предусмотрел, что перенесет всю ненависть с Арины на Еву. В итоге получил по заслугам.
Боковым зрением слежу, как дергается подсветка в салоне. Ева то поднимает, то опускает зеркало. Нервничает, но держится отлично. Всю дорогу сюда, буквально на своей шкуре чувствовал, ее напряжение.
Платье один в один как у Арины на видео. Благо, что была бирка из магазина, а то даже представить сложно, как этот спектакль доиграть до конца. Браслет с бутоньеркой держу до последнего в кармане. Надену ей в клубе, чтобы как можно меньше носила этот чертов аксессуар. От него даже на расстоянии веет могильным холодом.
Мне самому неприятно, хотя к трупам отношусь скорее с сочувствием. Смерть — это естественно, как и жизнь. А вот Ева, зная, что возможно он был на сестре, это вряд ли сможет долго выдерживать. Еще раз давлю на Тима, он с раздражения долбит по колесу. Равнодушно кошусь на него и ухожу в машину.
Клуб полный отстой. Помесь современного и зачуханого кабака. Публика — соответственно тоже. Снобизма за собой раньше не замечал, но тут преимущественно антисоциальные элементы.
Неувязка. Коллекционер явно при бабках. Какого хуя этот маскарад.? Портит весь психологический портрет. Он точно не эстет, по части антуража.
Не отпускает подозрение, что все это охуенная подстава и нами играют как пешками. Показывают ход, когда это нужно основному игроку. А с моей стороны просчитывать детали, не зная сути, это как вслепую раздавать карты. Однозначно спалишь все козыри.
Шевроле припаркована сбоку, чтобы не привлекать внимание. С Евой мы договорились разойтись на входе. Достаю термос и наливаю ей чай. Улыбается, проворачивая глазами махинации с моими внутренностями, и вкатывает высший сорт белого в вены. Мгновенный передоз по чувствительности.
— Бергамот и ром? Знакомое сочетание. Меня, Стивен полгода назад, тоже им отпаивал.
Очень вовремя ты завела разговор.
— Через час все закончится, залью в тебя весь термос, и под пьяную лавочку выпытаю подробности.
— ЭТО — к делу не имеет отношения.
Возвращаю ей, такой же натянуто вспыльчивый, ответ.
— ЭТО — теперь моя вторая цель. Наказать ублюдка.
Щурится, понимаю, что сейчас выдаст очередную мудрость.
— Я вот что подумала, ты не хочешь меня отпускать, поэтому будешь придумывать разные цели. Так ведь? Угадала?
— Почти, — деловито щелкает язычком, я добавляю, — Почти удалось отвлечь от вопроса.
На ее лице пару секунд держится разочарование, потом собирается и пробивая нотками сарказма, давит пальцем мне в грудь.
— Ты невыносим. Можешь просто признаться, что я тебе нравлюсь.
— Не-е-ет — высекаю монотонно.
Откровений не будет, да и шутка замирает на губах, когда невольно цепляюсь взглядом за ее пальцы стискивающие кружку добела. Меня двоит противоречивым желанием. Завести двигатель и гнать к чертовой матери отсюда подальше, или дотянуть до конца, а потом посадить Еву в самолет и со спокойной душой вернуться в обычное русло. Но внезапно ожившей частью понимаю, что так уже не получится.