Непримиримая (ЛП)

Я не очень-то поверила ему. Каким образом они могли проверить лабораторных крыс на усиление восприятия? Они что могли читать их мысли?
— Нет, я не могу читать их мысли, но у учёных есть свои методы.
Чёрт. Я попыталась очистить мысли.
— Прости, что прочитал твои мысли. Плохая привычка.
— Всё нормально. Я просто не очень люблю иголки.
— Поверь мне. Это не так плохо, как выглядит, и ты к этому привыкнешь.
Вот только я не хотела к этому привыкать.
Я громко выдохнула, прошла к парню в белом лабораторном халате и плюхнулась на стул. Выглянув на него, я одарила его быстрой улыбкой. Он не ответил; его карие глаза, спрятанные за стеклами больших очков, были сосредоточены на мне. Я поискала бейджик с его именем, но у него его не было.
Как я должна была к нему обращаться?
Парень взял мою руку и положил на подлокотник. Затем он привязал её. Внутри меня всё перевернулось, как только мои движения стали ограниченными.
— Зачем вам надо привязывать меня? — спросила я.
— Это для твоей безопасности, и для его, — отметил доктор Саймон. — Тебе нельзя двигаться в процессе, по крайней мере, пока тебе не введут всю дозу.
Думаю, это имело смысл. Зная меня, я, вероятно, начала бы дёргаться и пытаться избавиться от иголки в своей руке. Когда я представила эту картину, моя голова закружилась.
— Просто расслабься, Эби, — успокаивал меня доктор Саймон. — Видишь? Чейз и Хлоя в порядке.
Я посмотрела на них и увидела, что их глаза были закрыты чем-то вроде солнцезащитных очков. Их лица не выражали ни боли, ни нервозности.
После того, как меня надежно зафиксировали, парень в белом халате перетянул мою левую руку жгутом, от чего мои вены стали набухать. Затем он тихо заговорил:
— Очки помогут тебе расслабиться, пока сыворотка идёт по твоему кровотоку. Если почувствуешь что-то из ряда вон, дай мне знать.
Я кивнула и попыталась расслабиться, но после того, как я увидела, насколько большой была игла, все, о чем я могла думать, это о боли.
У меня в желудке всё начало гореть от ожидания.
— Это обезболивающий крем. Он поможет, когда я буду делать укол, — сказал он, втирая холодный крем вдоль моих выступающих вен.
Видя, как мои вены перекатываются под его пальцем, я начала потеть и почувствовала, что вот-вот упаду в обморок. Я снова кивнула и попыталась выровнять дыхание.
— Я надену на тебя очки, чтобы ты могла расслабиться.
— Хорошо, — выдохнула я, пытаясь не возвращаться взглядом к игле.
Всё это время я чувствовала, как моё сердцебиение усиливалось.
Как только он надел на меня очки, все стало абсолютно чёрным.
Дверь в лабораторию отворилась.
— Доктор Саймон, вы нужны в лаборатории, — мягко произнёс женский голос.
— Просто расслабься, Эби, — успокоил меня голос доктора Саймона. — С тобой всё будет в порядке, я скоро вернусь.
— Хорошо, — ответила я, после чего сделала глубокий вдох и выдохнула, позволив своему телу обмякнуть.
Я почувствовала давление на руку, после чего последовал укол и ощущение покалывания. Вскоре по моим венам потекла жидкость. Она была холодной, но больно не было.
Я сделала ещё один глубокий вдох, пытаясь не напрягаться, пока сыворотка не начнет циркулировать по венам. Вероятно, это должно было занять немного времени, учитывая, что моё сердце всё ещё сильно колотилось и качало в два раза больше крови.
Как только я выпустила всё своё напряжение и уселась поглубже на стуле, в темноте начали появляться цветные пятна, которые, казалось, светились. Сначала они просто плыли, но затем начали притягиваться друг к другу. Каждый из этих пузырей соединялся с другим, становясь его частью и создавая одно огромное переливающееся пятно.
Я мысленно приблизилась к нему, словно идиотка, протянула пальцы и дотронулась. Как только я это сделала, пузырь прилип к моему пальцу. Он никак не хотел отлипать и начал тянуть меня к себе, все ближе и ближе. Я попыталась одернуть руку, но пузырь начал забираться по моей руке, словно у него были щупальца-присоски. Всего лишь через пару секунд он уже был у меня на запястье.
 
Я запаниковала.
— Эй, тебе надо расслабиться, — настойчиво проговорил парень в халате.
Но я не могла. Я мысленно сражалась с огромным плазменным пузырем.
Затем я услышала знакомый голос, но он был очень слабым, словно шепот.
— Эби, не сопротивляйся.
— Чейз, это ты? — закричала я. — Где ты?
— Я всё ещё привязан к своему стулу, но я настроился на твои мысли.
— Здесь у меня долбанный гигантский пузырь, который пытается всосать меня внутрь. Что мне делать? — завопила я.
— Поглоти его, — ответил он. — Это сыворотка.
— Он забирается по моей руке. Это нормально?
— Да. Твой мозг пытается интерпретировать сыворотку в меру своих возможностей. С тобой всё будет в порядке.
— Ты уверен? — проревела я, всё ещё сражаясь с пузырём.
Мой мозг интерпретировал сыворотку как пузырь? Не очень-то оригинально.
— Я уверен. Просто расслабься.
— Где Хлоя?
— Я здесь, — её голос был едва слышен.
— Ты в порядке?
Мне нужно было ещё чьё-то мнение.
— Я в порядке. Просто расслабься и делай всё, как он говорит. С тобой всё будет в порядке, — сказала она.
Я продолжала бороться, пока субстанция не покрыла мою грудь, её переливающиеся щупальца крепко обвились вокруг моей талии и шеи.
Прислушавшись к их совету, я перестала сопротивляться.
Пузырь поглотил моё тело, но начал сковывать моё дыхание.
Паника добралась до моих конечностей, в то время как я пыталась оторвать незнакомую субстанцию от моего лица.
Она не поддавалась. Я задыхалась.
Я чувствовала, что теряю сознание. Но затем, когда я была уже готова отключиться, пузырь растворился.
Я упала на пол, хватая ртом воздух. Я осмотрела свои руки, под моей кожей проплывали переливающиеся пятна.
Они были внутри меня.
— Эби, ты в порядке? — спросил Чейз.
— Да, но этот чертов пузырь практически убил меня.
— Я не стал говорить тебе, что первое введение сыворотки довольно эффектное. Я думал, что это испугает тебя.
— Я бы не назвала это эффектным, — фыркнула я. — Это было ужасно.
Я услышала смех Чейза и Хлои, а потом он сказал:
— Давай, найди меня.
— Найти тебя?
Прямо передо мной в темноте появился тусклый золотой след. Я сделала шаг, не зная, куда я наступаю, но поверхность оказалась твердой.
— Появился какой-то золотой след.
— Так следуй за ним, — сказал он невозмутимо.
Чертов умник.
Закатив глаза, я сделала шаг вперед, и с каждым новым шагом след становился длиннее, и начал уводить меня все дальше и дальше от того места, где все началось.
Я продолжала идти по следу, впереди появились небольшие вспышки света и начали взрываться, точно фейерверки. Я остановилась, наблюдая за невероятным световым шоу.
— Что-то происходит, — сказала я вслух.
— Объясни, — ответил человек в белом халате.
— Вокруг меня вспышки света. Они становятся все больше и больше. Мне стоит волноваться?
Снова раздался смех.
— Что? Что мне делать?
— Это просыпается твой мозг. Дай ему пару минут.
— Хорошо, но мне надо что-то делать? Например, отойти?
— Нет, просто стой там и наслаждайся шоу.
— Шоу?
Как только я произнесла это слово, я увидела свои прошлые воспоминания. Они были о том первом дне, когда мы спустились в бункер. Внедорожник, мой последний закат, спуск в бункер в виде черной дыры. Я увидела всё, включая занятия с Финном, тренировочную комнату и парк.
 
Затем всё стало черным.
Воспоминания о встречах с Арви с ужасающей скоростью начали атаковать меня. Я стояла на тёмном лестничном пролете с Финном. Это была наша первая встреча с Арви.