Странный каприз
Присцилла сухо попрощалась и повесила трубку.
Мэри Бет вскочила с кресла и крепко обняла ее.
— Спасибо, спасибо! Он поверил? Он сюда не приедет? Что он сказал?
Присцилла вернулась к своему остывшему гамбургеру.
— Кажется, поверил, — ответила она. — Хотя кто знает! Может быть, через несколько дней, не найдя тебя, он что-то заподозрит, — но пока, по-моему, ты в безопасности. Позвони своим родителям, они наверняка беспокоятся.
— О Господи, я совсем об этом не подумала! Они, наверно, уже с ума сходят!
Родители Мэри Бет жили в Нью-Хемпшире. Убирая со стола, Присцилла вполуха слушала телефонный разговор — все тот же рассказ, прерываемый слезами, душераздирающими вздохами и уверениями, что с ней все-все в порядке.
Интересно, думала Присцилла, Мэри Бет догадается попросить у родителей денег? Мало ей одного иждивенца на шее! Разговор все не кончался, и Присцилла вспомнила, что траты на междугородные разговоры в последнее время выросли. Перси прав: она — черствая и бездушная материалистка.
Однако, заваривая кофе, Присцилла спросила себя: если она такая мерзкая жадина, почему же именно к ней люди вроде Перси и Мэри Бет бегут со своими несчастьями, ожидая помощи? Загадка природы, ответила себе Присцилла и поставила на стол две чашки дымящегося черного кофе.
Побывав в гостинице, Мэри Бет решила, что для нее лучше всего устроиться там. Если Фред приедет в Бостон, то скорее всего будет искать ее в магазине Присциллы. Так что ей лучше там не появляться. А в гостинице, да еще под чужим именем…
— Не думаю, что тебе стоит называть себя чужим именем, — охладила ее пыл Присцилла. Наутро, при ярком свете дня, драматическая история Мэри Бет казалась ей бурей в стакане воды. — Я просто скажу ему, что ты не хочешь его видеть и просила не говорить ему, где ты. Другое дело — ведь в той же гостинице живет Перси. Это тебе не помешает?
— Да нет, чем он может мне помешать? Мужчины не обращают внимания на беременных. — При этих словах Мэри Бет тяжко вздохнула.
— Ну, может быть, это только Фред такой мерзавец.
— Да нет, не думаю. Вы только посмотрите на меня!
Мэри Бет похлопала себя по округлившемуся животу. Действительно, выглядела она так, словно вот-вот родит.
— Когда тебе рожать?
— В конце января. Как раз ко дню рождения Фреда.
— А шить ты умеешь?
Мэри Бет удивленно моргнула.
— Шить? Умею. Я собиралась сшить вещи для малыша, но у меня нет денег на материю. Кое-какие детские вещи у меня были, но все остались в Нью-Йорке.
— Я не об этом. — Присцилла мысленно прикинула — вроде все сходилось. — Что, если я найму тебя в качестве портнихи? Ты будешь шить занавески и покрывала для гостиницы. Материал уже заказан. Я собиралась заказать эту работу одной женщине с Чартер-стрит, но с ней еще даже не говорила. Работа несложная. Швейную машинку мы привезем к тебе в номер. Ну как, согласна?
— Конечно, согласна! Замечательно! Я смогу зарабатывать, не выходя из гостиницы! Вот увидите, я буду работать не покладая рук! Мама всегда говорила, что я шью лучше всех в семье!
«Вот я и стала эксплуататором!» — подумала Присцилла, представив, как Мэри Бет с огромным животом не покладая рук строчит на машинке.
— Платить я буду, как профессионалу. Если тебе окажется тяжело работать, не стесняйся и скажи мне.
— Что вы! — с жаром возразила Мэри Бет. — Я справлюсь, вот увидите! Вы не пожалеете, что меня наняли!
Легко сказать, думала Присцилла, вспоминая эти слова в течение следующих недель. Нет, Мэри Бет справлялась с работой; но все это вместе — заказать дополнительный материал, приготовить место, перевезти в гостиницу швейную машинку, купить все необходимое, написать подробнейшие инструкции — вымотало Присциллу до предела. А ведь на ней висело еще управление магазином, надзор за переделкой гостиницы, покупка новой мебели в Эссексе, ремонт «Фольксвагена» Перси… Неудивительно, что каждый вечер Присцилла падала в постель как подкошенная и засыпала глубоким сном без сновидений.
Она смутно вспоминала, что время от времени ей звонил Крейг. Иногда даже заходил в магазин. Он купил кровать и комод красного дерева с латунными подсвечниками. А в следующий свой приход приглашал Присциллу посмотреть, как смотрится новая мебель у него в спальне.
— Обязательно приду, — пообещала Присцилла, — как только рассосется эта суматоха. Скоро мне станет полегче. Ремонт в доме уже почти закончен. Если мы уложимся в назначенные сроки, я надеюсь открыть гостиницу уже в начале будущего года.
— В начале года? — изумленно переспросил Крейг. — Да вы шутите! Помилуйте, Присцилла, ведь до нового года осталось чуть больше месяца! Мой дом еще далеко не готов к продаже, а ведь у меня там работы гораздо меньше! А менеджера вы нашли?
— Знаете, я все чаще подумываю о том, чтобы управлять гостиницей самой. По крайней мере первое время.
Крейг остолбенел.
— Вы с ума сошли! Собираетесь взвалить на себя еще и гостиницу и надеетесь, что вам скоро станет легче? Когда же мы с вами сможем хоть минуту провести вместе?
— Я найду время, — пообещала Присцилла, и в ту же минуту их беседа была прервана звонком телефона.
Обменявшись с невидимым собеседником несколькими словами, Присцилла воскликнула: «Наконец-то!» — и, подхватив сумочку, бросилась к выходу. Ее агент нашел первоклассную повариху, пресытившуюся городской жизнью и мечтавшую о тихом месте, но с этой женщиной нужно было переговорить немедленно. Присцилла не могла упустить такую возможность.
— Извините, Крейг, мне надо бежать. Послушайте, на выходных я буду в «Доме Говардов». Может быть, приедете туда?
— На выходные ко мне приезжает Майкл.
— Возьмите его с собой.
Лицо Крейга вдруг приобрело холодно-непроницаемое выражение, и Присцилла неожиданно для себя ощутила боль. Справившись с собой, она беззаботно пожала плечами.
— Простите, Крейг, но больше я ничего не могу придумать. Выходные — единственные дни, когда я могу выбраться из города. В воскресенье магазин закрыт, а в субботу в нем дежурит Клара. В обычные же дни она учится и приходит в магазин только во второй половине дня, и у меня ни на что не остается времени… — Крейг слушал все с той же ледяной миной. — Хорошо, я позвоню вам в понедельник и что-нибудь придумаю.
— Отлично. — Крейг кивнул и начал застегивать пальто. — Как Перси, больше не доставляет вам хлопот?
— Да нет, даже приносит пользу. Я поручила ему оттирать грязь на стенах и на полу. Получается у него не ахти, но он очень старается. Кажется, хочет произвести впечатление на Мэри Бет.
— И когда он уезжает?
— Не знаю. Думаю, когда накопит немного денег.
Крейг поджал губы.
— Мне кажется, вы зря на него полагаетесь… Впрочем, не хочу вмешиваться. Это ваше дело.
Несколько мгновений Присцилла молча смотрела на него, затем кивнула:
— Так я позвоню в понедельник.
Крейг вышел, а Присцилла опустилась на стул и долго сидела неподвижно. Она думала о Крейге… впрочем, был ли в эти сумасшедшие дни хоть час, когда бы она о нем не думала? Будь у нее больше времени, она, возможно, сумела бы разобраться в себе и выкинуть из сердца влечение к человеку, который не хочет даже познакомить ее со своим сыном. Словно боится, что она окажет на мальчика дурное влияние! Да, Крейг ясно дал понять, что не хочет пускать ее в свою жизнь. А сама она разве не этого хотела? Легкая, ни к чему не обязывающая связь… Но при одной мысли об этом Присцилле становилось тошно. Вот и теперь она грустно тряхнула головой и, накинув пончо, вышла из магазина.
Крейг ехал прочь от магазина со смутным недовольством в душе. Правда, Присцилла обещала позвонить, и у Крейга не было причин сомневаться в ее искренности, но он чувствовал, что уронил себя в ее глазах. Но что же делать? Он действительно не хотел везти Майкла в дом, полный сумасшедших! Вечно ноющий калифорнийский хиппи, беременная женщина, сбежавшая от мужа, сама Присцилла, от которой каждую секунду можно ожидать какой-нибудь дурацкой выходки… один Бог знает, как могут все эти люди повлиять на мальчика. У него в жизни и так достаточно неприятностей. Крейг все еще верил, что скоро излечится от влечения к Присцилле, — а раз так, нет никакого смысла уделять ей место в своей повседневной жизни.