Высокий Ворон (СИ)

Няня закончила короткий рассказ и сама с удовольствием посмотрела на пятнистых мишек.
— Сказка, конечно, глупая, но мне бы очень хотелось иметь такого друга, как тот медвежонок-панда! Ну, или другого зверя! И я смогу его защитить от всех врагов, не хуже той девчонки. Пусть только попробуют тронуть мою панду, порву на британский флаг!
Оля показала няне, как она отразит нападение хищника серией коротких прямых ударов, да так увлеклась, что случайно задела стоявшего у вольера маленького мальчика, сбив его с ног сильным пинком.
— Ой-ой-ой! — Крикнул ребенок и побежал к маме.
— Кажется, я попала в цель, нехорошо получилось — сообщила няне довольная Оля, вернула симуляцию на пару минут назад, до совершения правонарушения и уже спокойно продолжила. — Слушай, серьезно, ведь детям дарят кошек и собак, или этих идиотских хомячков, иногда и более крупных зверей, пусть подарок и стоит огромных денег. Я понимаю, что держать настоящее животное на станции мне никто не разрешит, но настоящее и не нужно. Я говорю о синтетике или роботе. Совсем необязательно разговаривать или спать рядом со мной, пусть лежит на коврике. Я его всему научу, сама напишу программное обеспечение. Даже не обязательно мне дарить его, сама заплачу из своих денег, куплю через каталог.
Оля мечтательно закрыла глаза и представила в своей комнате маленького друга. Няня понимающе кивнула, хотя и не разделяла энтузиазма воспитанницы относительно домашнего питомца, расценивая данное желание как временную причуду, которая быстро надоест Ольге. Она хорошо знает, что девочка на самом деле никогда не любила зверей, и не имеет серьезной потребности в животном-компаньоне.
— Сегодня вернулся из отпуска Михаил, он вечером выйдет на связь. Если очень хочешь заполучить зверушку, поговори с ним. Может быть, тебе и разрешат, хотя я не вижу в этом особого смысла. Кроме того, нам надо обсудить несколько более важных вопросов.
***
— В общем, Оль, дело обстоит следующим образом: твои генетические родители, твои папа и мама, Сергей и Юлия Вороновы, хотя более уместно называть их донорами, уже трижды подавали прошения на имя руководства Корпорации и приглашали тебя на свидание, разумеется, виртуальное.
Дядя Миша похудел за время отпуска, загорел и стал выглядеть моложе. Лицо куратора было серьезным, дело предстояло важное.
— По контракту с Корпорацией твои родители имеют право на одно свидание с тобой после запуска завода и до твоего совершеннолетия, при условии, что ты дашь свое согласие. Дважды им уже было отказано в просьбе, сейчас решено отдать вопрос на твое усмотрение. Через полтора года тебе исполнится десять, возраст, с которого Измененные считаются совершеннолетними, так что это последняя возможность. Они очень просят. Думай. — Михаил выглядел встревоженным, его не обрадовал неожиданный момент с появлением родителей Ольги. Данное событие нарушало привычный ход дел, а нарушение это всегда плохо.
— Значит, у них тоже есть контракт, и они имеют определенные права по нему? Знаете, меня здесь больше беспокоит другое — а где мой контракт? Когда я, наконец, получу эту бумагу, сколько можно ждать, а то действительно, юбилей на носу. Мне контракт нужен на бумаге, электронная копия больше меня не устраивает. Хотелось бы посмотреть, кто подписал сей документ за меня.
— Никто его за тебя не подписывал. Ты все правильно поняла, такой контракт между Сверхновой и тобой существует, и он будет скоро предоставлен тебе на подпись. А фактически на ознакомление, ведь изменить его уже невозможно. Подписав контракт, ты юридически завершишь растянутую по времени процедуру удочерения. Ты одна из удочеренных и усыновленных Корпорацией детей, ставших директорами — операторами орбитальных станций, самая младшая из них. Контракт не только подтверждает законность факта удочерения, но и является договором о найме на работу. Не бойся, Воронок, твои интересы учтены в лучшем виде. Над этим документом работали независимые юристы — члены профессионального союза космонавтов. Мы сами, работая в космосе, всегда к ним обращались. Просто раньше ознакомить тебя с этой стороной дела не имело смысла. — Михаил старался в самом выигрышном свете показать Оле ее высокий статус и громадные перспективы.
 
— Вместе с официально заверенной копией контракта ты получишь и все остальные документы: паспорт, свидетельство о рождении, аттестат зрелости, и, самое важное, твои банковские реквизиты. Помнишь, мы с тобой говорили про твои счета, на которые начисляется зарплата за каждый сделанный тобой грамм водоочистителя, там уже накопилась приличная сумма. А к моменту твоего восемнадцатого дня рождения, когда срок действия контракта истечет, она станет просто огромной. Ты ведь всегда мечтала о собственном космическом корабле — так вот с этими деньгами ты сможешь выполнить свою мечту, и не только ее, — Михаил торопливо встал и хотел к кому-то обратиться, но девочка остановила его.
— Дядя Миш, сядь, пожалуйста, и ответь на главный вопрос. После истечения контракта — я свободна от службы? — Девочка и няня с одинаковым напряженным выражением смотрели на экран и ждали ответа.
— Да, конечно. Контракт автоматически перестанет действовать, но тебе сразу предложат продлить его на лучших условиях, в штабе заинтересованы, чтобы ты продолжала работу, сама знаешь, как сложно подготовить нового оператора. Так как насчет твоих родителей? Что им ответить?
— Я думаю, не просите ответа сразу. Сейчас для меня важнее прояснить два вопроса. Первое — я хочу внести в контракт один дополнительный пункт. Вместе со мной в день расторжения контракта станет свободной Арина Родионовна, высокоинтеллектуальный и дорогой робот, собственность Корпорации и моя няня. — Оля смотрела на наставника в упор и ждала ответа.
Михаил не был готов к такому жесткому условию со стороны девочки и заметно смутился.
— Оль, как я и говорил, по основному пункту твоего контракта ты абсолютно свободна после истечения срока действия договора. Что касается Арины, то этот вопрос не так прост. На высокоразвитых роботов столько ограничений в наши дни…
— Я могу ее выкупить, денег хватит.
Ольге неприятно говорить о няне как об объекте купли-продажи, но она твердо решила добиться своего.
— Я наведу справки, но обещать ничего не буду. Тебе надо поговорить по этому поводу с юристами корпорации, сеанс связи я обеспечу. Что ты еще хотела спросить?
— Второе, мне нужен расширенный допуск в матрицу, то, что вы обещали еще при запуске завода. Не полсотни детских сайтов, как сейчас, а полный доступ. В первую очередь к новостным и техническим сайтам без цензуры, затем…
— Воронок, послушай меня, — Арина впервые нарушила молчание, — Данные ограничения были введены для твоего же блага. Дело в том, что в матрице полным-полно гадких мест. Не опасных, а именно гадких, посещение которых не даст тебе ничего, кроме чувства отвращения к людям. Зачем тебе это?
— Слушай няню, она дело говорит. Твой запрос понятен и логичен, и он скоро будет выполнен. К затребованным тобой ресурсам ты получишь доступ в полном объеме, плюс возможность посещения всех других секторов матрицы, разрешенных для несовершеннолетних. Но так называемые оранжевые сектора, запрещенные для несовершеннолетних, останутся пока недоступными, придется немного подождать. Таков закон, и я считаю его правильным.
Михаил Петров говорил уверенным официальным тоном, а сам думал, что если Ольга по-настоящему захочет попасть в оранжевые сектора, то легко проникнет туда, и никто девчонку не остановит — с ее-то навыками сетевого инженера. Остается надеяться на благоразумие Воронка и на Арину Родионовну.
***
Расширенный доступ к матрице, которого Ольга ждала долгие годы, оказался на деле далеко не такой приятной штукой, как думалось. Полезной, без всяких сомнений, но и насчет гадостей Арина и Михаил не обманули, гадости она также получила в полном объеме.