Сделка с особым условием

Я поежилась и вцепилась в снежно-белую гриву. Иен сидел на коне без седла и поводьев, отчего мне стало еще неуютнее – все-таки, если бы можно было держаться за седло, я бы чувствовала себя увереннее. А тут за что мне держаться? За малознакомого человека, который вовсе не человек, и за гриву вредного коня, который может укатать до смерти?
– А моя лошадь? – вспомнила я.
– Слишком медленная, – бросил Иен. Он щелкнул пальцами, после чего моя гнедая кобылка тут же целеустремленно потрусила прочь. – Пусть идет к жилью, кто-нибудь ее подберет.
Кивнув, я больше не спорила, и мы с невероятной скоростью понеслись вперед. На удивление, на снежном коне почти не трясло, но земля проносилась под копытами с дикой скоростью. От мельтешения замутило, и я закрыла глаза. На талию легла рука, придерживая – у меня не было возражений, главное, не упасть с этого чудовища. Более того, нечаянно открыв глаза, я тут же снова зажмурилась и уже сама схватилась за руки мужчины. Согласна повысить его статус от малознакомого до хорошо знакомого, если это даст мне право покрепче в него вцепиться! Иен только еле слышно хмыкнул над моим ухом и пришпорил свою зверюгу.
 
2
 
Как ни странно, спустя какое-то время я начала медленно проваливаться в сон – сказывались усталость и напряжение. Сегодня я весь день провела в седле, а вчера ночью сбегала, так что поспать совсем не удалось. Перед глазами, как в калейдоскопе, проносились лица и фигуры – они кружились, кружились и складывались в огромного шахматного коня, на которого нельзя было садиться, иначе расшибешься…
– Приехали, – прохладный голос над ухом вырвал из полудремы, и я резко открыла глаза. Мы остановились перед полуразваленным двухэтажным зданием с покосившимся забором – вероятно, некогда процветающая, а сейчас заброшенная ферма.
Спрыгнув, Иен снял меня с коня, и тот растворился в воздухе, как мираж в пустыне. Лишь искрящиеся снежинки осыпались на землю и тут же растаяли, да простучали, удаляясь, невидимые копыта.
– Какой красивый, – зачарованно произнесла я, глядя в пустоту, на то место, где еще совсем недавно стоял белоснежный конь.
– Могу подарить, – неожиданно предложил Иен, и я бросила на него подозрительный взгляд. – Всего за одну улыбку, – и он сам тонко улыбнулся, как демон-искуситель.
Я тут же сделала постное лицо и отвернулась. Надо же, на пару минут я совсем забыла об этом дурацком условии! Нужно что-то делать, иначе я не продержусь и двух дней – все-таки привычка улыбаться, хотя бы из вежливости, была атрибутом каждого воспитанного человека. Нелегко будет от нее избавиться. К тому же я уверена, Иен сделает все возможное, чтобы я проиграла, и будет специально меня провоцировать. Не знаю, как – может, притащит целую корзину котят или на что у него еще хватит фантазии – но что-то он точно предпримет.
Вздохнув, я смерила вымощенную разбитыми камнями дорожку, ведущую к главному входу в дом, скептическим взглядом. Идти вперед у меня не было ни малейшего желания.
– Вы предлагаете мне ночевать здесь? – бросив на потемневшую от времени ферму еще один взгляд, я нехотя направилась к дверям. Подождав, пока Иен откроет их передо мной, я зашла внутрь и тут же чихнула – в воздухе, потревоженном нашими движениями, повисли мириады пылинок. Пол комнаты был покрыт грязью и обломками мебели, в дыру на крыше заглядывала луна, и под ней собралась огромная лужа.
– Может, так лучше? – Иен на миг прикрыл мои глаза ладонью, горячей и широкой. А когда отнял ее, я увидела опрятный, немного старомодный зал гостиницы – с зелеными ковровыми дорожками, деревянной конторкой и звонком на ней. Я зачарованно подняла взгляд – крыша была совершенно целой. В центре потолка, там, где минутой ранее красовалась дыра, висела люстра из матового стекла с десятком свечей, истекающих бараньим жиром.
– Так, что-то консьерж тут нерасторопен, – Иен направился к конторке и пару раз стукнул по блестящему железному звонку. Раздалось мелодичное звяканье, и мне на мгновение показалось, что, повинуясь его приказу, из служебных помещений в глубине зала сейчас выбредут полупрозрачные призраки горничных, скелет-консьерж в форме и фуражке на лысом черепе и тучный хозяин в полуистлевшем костюме и с горящими в темноте, алчными глазами.
 
– Надо же, никого нет, – Иен пожал плечами, отчего я невольно выдохнула, и сделал приглашающий жест в сторону лестницы. – Тогда прошу.
Я первая двинулась вперед по ступенькам, расправив плечи и стараясь не показывать, как мне страшно. Коридор второго этажа был застелен все той же зеленой ковровой дорожкой, слегка вытертой посередине. По обе стороны тянулись ряды одинаковых дверей. Я бросила на своего спутника вопросительный взгляд, и он толкнул первую попавшуюся.
Номер за дверью не блистал роскошью, но был чистым и опрятным – кровать под старомодным балдахином, ширма в углу и завешенное вышитыми шторами окно. Миленько, простенько, по-деревенски – сойдет для принцессы в бегах.
– Спасибо, – я прошла вглубь комнаты и развернулась к мужчине. – Теперь слушайте мой второй приказ, Иен, – я помедлила, собираясь с мыслями, и негромко начала: – Ваша реакция быстрее, чем у людей, так ведь? Вы сможете увидеть, почувствовать или предугадать, что я собираюсь улыбнуться, еще до того, как это произойдет, верно? По малейшему движению мышц, по выражению лица, по тону голоса…
Не сводя с меня настороженного взгляда, Иен неохотно кивнул.
– Я приказываю вам, – продолжила я, – приказываю… ударить меня по лицу, как только вы подумаете, что я вот-вот улыбнусь, – я поморщилась. – Только несильно.
– Я предпочел бы этого не делать, – осторожно отозвался Иен. – Это не доставит мне удовольствия.
– Какая разница, что доставит вам удовольствие, а что нет? – Я надменно выпрямилась. – Выполняйте приказ!
– Слушаюсь. – На его лице промелькнуло раздражение, тут же сменившееся пустым, ровным выражением. – Что-то еще?
– Да. – Я обернулась и, заглянув за ширму, обнаружила там медную сидячую ванну, из тех, что были в ходу во времена моей бабушки. – Найдите мне горничную! – надежда принять ванну после всех волнений сегодняшнего дня грела не хуже самой ванны. Я посмотрела на свои грязные руки с содранной кожей – поранилась, когда слезала с дерева, сбегая из поместья вчера ночью. Ванна мне просто необходима!
– Боюсь, что это невозможно. – Иен пресек мои мечтания на корню, и я бросила на него недоуменный взгляд: как это невозможно? Он же наколдовал из ничего волшебного коня, неужели не может достать мне обычную горничную, да пусть даже криворукую?
– На ближайшие сто миль вокруг нет ни одного человеческого существа, кроме вас, – пояснил мужчина. – Только дикие собаки и кролики. Могу сделать вам горничную из собаки!
Он щелкнул пальцами, и в центре комнаты возникла рыжевато-пегая девушка в криво сидящей форме горничной. Я, вскрикнув, отшатнулась от нее, и девушка припала к полу, скаля желтоватые зубы. Ее руки были покрыты редкими темными волосками, а в глазах не было даже проблеска мысли. Поежившись, я сделала шаг назад и еще один в сторону, поближе к Иену. Если что, спрячусь за него, и пусть его горничная его же и кусает.
– Приказать вашей новой горничной набрать ванну? – светским тоном осведомился Иен, облокотившись на косяк. Его явно забавляла вся эта ситуация.
– Уберите ее! – взвизгнула я, когда горничная вдруг с рычанием бросилась на меня, намереваясь вцепиться в юбку. Иен тут же щелкнул пальцами, и девушка-собака пропала, словно ее и не было.
Я обессиленно прислонилась к стене. Он что, мстит за то, что я приказала ему не позволять мне улыбаться? Думал, за пару дней выиграет сделку, а теперь злится, что это не получится?
Меж тем Иен отлепился от косяка и подошел ко мне.
– Если вам что-то нужно, просто скажите, а я буду думать, как это осуществить, – вкрадчиво произнес он. Ванна вдруг до краев наполнилась горячей водой, от которой шел пар. – Что-то еще?