Удиви меня (СИ)
— Слышу, — шумно сглатывая, произносит Полина. — Просто у меня все должно было быть не так. Такое могло случиться с Аней, мамой, да с кем угодно. Но не со мной. У меня должно было быть все по-другому. Как же так получилось, Сережа? — да, пожалуй, я не любитель женских слез. Видеть бегущие мокрые дорожки по щекам Полины — не самое приятное зрелище. Жалко ее сейчас, черт возьми, хотя жалеть-то в общем-то и нечего, учитывая, что в шкаф загнала меня именно она.
— Все куда проще, Полинка-костлявая малинка, ты похожа на своих родственниц куда больше, чем думаешь, — вытираю ее мокрые щеки. — Просто тебе это не нравится, вот ты и пытаешься это отрицать. У тебя был просто говнодень, и все потому что ты наступила утром туда, куда не стоило наступать. Но учитывая, что официально уже новый день — выдохни и забудь обо всем. И да, не думал, что когда-нибудь это скажу, но, будь добра, попроси злюку, стерву и сухаря проснуться прямо сейчас. Вынужден признать, что полностью размякший сухарь — это не твое. Вот совсем не твое. Выдохни, Полин, все будет хорошо, ну насколько это возможно в наших реалиях. Подумай о том, какая у людей реально бывает в жизни жопа, а тут всего лишь моя голая задница.
— Но ее же никто не видел. Ведь не видел? В смысле ни твою попу, ни…
— Не видел. Я вообще-то прикрывался, пока ты глаза в пол прятала.
— Это хорошо, что не видели.
— Пойдем вниз, немного поговорим, в частности я пообщаюсь с твоим папой, иначе никак, потом ты ляжешь спать, и завтра все будет хорошо. Ты главное в какашки больше не вляпайся.
— Стой, — уже у самой двери одергивает мою руку. — Не надо говорить с папой. Ты и так сказал ему то, что не надо было. Его это обижает и это не так на самом деле, я не преклоняюсь перед ним. Зачем все так передергивать?
— Да, конечно, это не так на самом деле, — выдаю я, совершенно не скрывая иронии в голосе. — Я поговорю с ним только лишь о том, что у меня серьезные намерения на твой счет. Все. В каких позах я трахаю его дочь, мы обсуждать точно не будем.
— Прекрати.
— Я пытаюсь привести тебя в чувство, чтобы ты включила привычную Полину. Соберись, тряпка.
— Я — не тряпка!
— Не хочу тебя расстраивать еще больше, но сейчас ты как тряпка или унылая какашка. Перестройся, пожалуйста, — чуть сжимаю ее плечи. — Это как в любом коллективе на новом месте, как поставишь себя, так тебя и будут дальше воспринимать.
— Ты серьезно? Мои родители видели тебя голым в шкафу! Это же… да лучше бы я оставила тебя просто в кровати. Позорище. Что же я натворила…
— Я тебя сейчас поставлю на колени и заставлю мне отсосать, — жестко произношу я, наблюдая за тем, как меняется ее лицо. — И душ я перед минетом не приму.
— Ты дурак что ли?! — возмущенно произносит Полина, нахмурив брови. Ну наконец-то.
— Я в шкаф залез? Залез. Ты мне обещала сделать то, что я хочу. Или ты сейчас приходишь в свое привычное состояние, или будешь делать мне минет. Голой. На коленях.
— Облезешь, — привычным для себя тоном бросает Полина и выпрямляет плечи.
— Ты немного оговорилась — оближешь. Ну?
— Ладно, я сейчас приду в себя, — закрывает глаза и делает шумный глубокий вдох. — Все.
Открывает дверь и резко тормозит, как только мы выходим из спальни.
— Стоп. Аня реально проходила у тебя ординатуру? Ты ведь не был удивлен, когда ее увидел?! Или был? Я не видела твоего лица.
— Проходила. И нет, я не был удивлен. О вашем родстве я узнал, когда по чистой случайности увидел инстаграм твоего брата, как раз после того, как он встретил тебя у больницы. Там я и увидел Аню и тебя. И это у нее я узнал, куда ее семья любит ездить купаться. Я ни слова ей не говорил о том, что я с тобой знаком. Просто позвонил с дурацким вопросом, где можно искупаться.
— Что-то это очень подозрительно выглядит.
— Не ищи проблем там, где их нет. Пойдем, — беру ее за руку, и мы вполне мирно спускаемся вниз. Правда, в полной тишине и с полным ощущением, что сейчас она сбежит.
На столике в гостиной, там, где еще недавно валялись те самые коробки от пиццы, пустая бутылка вина и еще какой-то мусор, стоит бутылка шампанского, четыре бокала, оливки и тарталетки с икрой. Да, Полина по гостеприимству пошла не в мать. Совсем не в мать, которая с улыбкой на лице возвращается к столику с бутылкой вискаря и коробкой конфет. Отец семейства с совершенно непроницаемым лицом пододвигает маленький диван к столику и ставит его напротив большого.
— А чего вы стоите, Полина? Присаживайтесь. В ногах правды нет. Кто-то уже в шкафу настоялся, — жестом указывая нам с Полиной располагаться, предлагает отец семейства.
Как только мы садимся напротив троицы, застукавшей нас в спальне, Полина резко тянется к единственному стакану с соком и залпом выпивает его содержимое.
— Поля, а ты знаешь, что если выпьешь из одной посуды с беременной, то скоро залетишь? — с улыбкой произносит Аня, как только Полина ставит стакан на столик.
— А ты знаешь, что беременным с отекшей голенью не надо жрать икру на ночь и в двенадцать ночи надо быть дома с мужем и ребенком, а не просиживать своими пятками чужой диван? — чуть ли не сплевывает Полина в сторону Ани.
— Понятно. Бесишься, что я про Диму сказала? Ну извини, надо было мне как-то подмигнуть или дать знак.
— Девочки, не надо ссориться, — вмешивается Ксения в их перепалку.
— Мы не ссоримся, мам. А вообще, если бы я случайно не сказала про Диму, мы бы все не познакомились с Сергеем Александровичем. Кстати, можно я вас на ты буду звать в связи со сложившимися обстоятельствами? — переводит взгляд на меня.
— Можно, Аня.
— Здорово. Кстати, вы очень красивая пара.
— Согласна, — тут же подает голос Ксения. — Давайте все выпьем, и я разряжу обстановку небольшим рассказом о нашей семье. Сережа, в смысле мой Сережа, открой шампанское и разлей по бокалам. Пожалуйста, — добавляет с нажимом, на что мой тезка нехотя, но все же берет бутылку, при этом смотрит ни на меня, ни на шампанское, а на Полину. Та в свою очередь тоже смотрит на папочку. Смотрит и молчит. Отчего-то желание отбить ей жопу вернулось с новой силой. — Пьем все до дна. Если кто-то оставит хоть каплю — я обижусь. Ну и это плохая примета. А Вам, Сережа, все равно нельзя за руль, учитывая, что вы пили вино. Так что сегодня вы остаетесь у нас с ночевкой. За приятное знакомство, — поднимает бокал вверх и тут же выпивает залпом содержимое.
Самое удивительное то, что залпом выпивает не только она, но и ее муж, и Полина. Я, посмотрев на это, делаю то же самое.
— Людям всегда проще общаться, когда у них есть какие-то общие тайны, — закидывая в рот оливку, произносит Ксения. — И для того, чтобы мы все расслабились и каждый чувствовал себя одинаково, я расскажу что-нибудь этакое о нашей семье. Сережа, подлей всем шампанское. Давайте начнем с главы нашей семьи. Хотя, нет… им закончим. Начнем с Маши. Это Полинина…
— Старшая сестра, психолог, которую вы воспитывали как родную, — заканчиваю я.
— Точно! А вы хорошо проинформированы.
— Ну я интересуюсь не только тем, чтобы затащить вашу дочь в постель, как думает ваш супруг.
— Думаю именно так он и думает. Ладно, вернемся к Маше. Знаете, как произошло знакомство нашей семьи с ее будущим мужем?
— Нет.
— Очень занимательно. В семнадцать она привела в дом моего бывшего ухажера. Нет, нет, между нами ничего не было, ну разве что Сережин будущий зять однажды засунул мне в рот свой язык не по моей воле. Представляете, что мой муж сделал с ним, после того как узнал, что он крутит любовь с его старшей дочерью?
— Боюсь даже представить.
— Он разбил ему нос. Но самое удивительное было после.
— Отрезал его хозяйство?
— Нет. Он дал добро на их женитьбу. Уже двадцать лет прошло и ничего — прекрасно себе живут, более того, мой Сережа, хоть и делает вид, что его не любит, на самом же деле любит его даже больше, чем мужа Ани.
— Ксюша, а ничего, что я здесь сижу? Может нам всем выйти, и ты лично пообщаешься с Сергеем номер два?