Тихоня для бабника (СИ)

Убрав пострадавшие носки подальше с глаз как пса, так, надеюсь, и его хозяина, взяла поводок. 
– Пойдем гулять, чудище. 
Чудесным образом "оживший" пес вскочил на лапы и начал скакать вокруг меня, как самый настоящий пони.
Следующий скандал случился спустя несколько дней. Мне нужно было попасть домой на пару часов раньше, к маме должен был приехать кардиолог, которого мы вызвали на дом: в последнее время у нее часто поднималось давление, что не могло не беспокоить. 
Предупредив Рому и получив его безоговорочное согласие, я целый день занималась с Зевсом, а чтобы меньше волноваться, заодно сделала влажную уборку в квартире и, уже по привычке, приготовила ужин. Неважно, что сегодня Роман будет кушать в одиночестве, главное, что не всякую полуфабрикатную фигню. Погулять с Зевсом Сергеев должен был сам, поэтому отправив ему смс о том, что я ухожу, а его на плите в глубокой сковороде ждет еда, спокойно отправилась домой. 
Каково же было мое удивление, когда спустя три часа получила смс: 
Роман С. : "Уль, а про какую еду ты говорила?" 
Усмехнувшись невнимательности мужчины, быстро ответила: "На плите стоит глубокая сковорода, в ней мясо, в холодильнике салат". 
Мама с любопытством поглядывала на меня, пока я, тихо посмеиваясь, отвечала "начальнику", но не успела она задать вопрос, явно крутившийся у нее на языке, как телефон у меня в руках разразился трелью. "Роман С.". 
– Да? 
– Уль, скажи мне, что ты пошутила про ужин, а? Я как долбаный голодный бабуин обшарил всю кухню, салат есть. Мяса нет, – в голосе Ромы было такое детское разочарование, что я, возможно, не смогла бы сдержать смех, если бы не постановка вопроса. 
– Что значит, пошутила? – я даже вскочила на ноги от возмущения. – Серая сковорода. В ней тушёные рёбрышки, да я их больше часа томила с овощами! 
Да как так-то, я с этим мясом возилась полдня, вот как увидела в мясной лавке, куда мы зашли с Зевсом ему за вкусностями, так и захотелось приготовить рёбрышки. Мариновала их! Готовила! Да я купила их на свои деньги, так хотелось сделать приятно Роману.
– Сковорода есть, – тем временем отвечал мне приятный голос, – крышка рядом лежит. Еды нет! 
– Как крышка рядом, сковорода закрыта была...
Не веря в услышанное, медленно села на диван, растерянно смотря на маму. 
– Та-а-ак... Ребрышки, говоришь, готовила, да? В них же много костей? 
– Да нет, штук десять всего было, я же... 
– Десять? Странно, восемь только вижу, – голос Ромы сильно изменился из обиженного превращаясь в многообещающий. Я бы даже сказала, гарантирующий кому-то кучу проблем. 
– Где ты, говоришь, их взяла? – между делом поинтересовался Сергеев и я не задумываясь призналась:
– Купила.. 
– Угу, еще и деньги свои потратила, все, я понял. Уль, извини за беспокойство, я нашел все десять косточек. Завтра поговорим. 
Прежде чем я успела хоть что-то сказать, Рома скинул вызов, я только и услышала его гневный возглас:
– Зевс, иди сюда! – и в телефоне стало тихо.
– Мам, скажи, пес смог бы открыть сковородку, стоящую на плите, и слопать мясо? – с трудом представляя себе эту картину, посмотрела на терпеливо ожидавшую завершения разговора маму. 
– Зевс? 
– Угу...
– Этот, видимо, смог. 
Секунда, вторая и вот мы с мамой уже весело хохочем, представив себе картину с вороватым псом. 
Я, как и собиралась, призналась маме о смене работы и теперь каждый вечер развлекала ее историями про мужчину и его собаку. Мама в эти моменты даже выглядела здоровее и сверкала счастливыми глазами, потешаясь над выходками пса. А еще она днем лазила по Интернету и искала интересные и полезные статьи про крупных собак.
Апогеем стал случай с пожёванными ботинками. О них я узнала пасмурным утром, когда пришла в квартиру и застала злого Романа и Зевса, виновато выглядывающего из ванной. 
– Доброе утро? – неуверенно поприветствовала мужчин. 
– Это вряд ли, – даже не глядя в мою сторону хмуро бросил Роман, и продолжил явно прерванный мной разговор: – Что ж ты за гадость такая? Ладно носки, согласен, на полу я их зря оставлял. Ок, я простил тебе мой ужин, какой мужик устоял бы перед мясом. Ты, морда наглая, спишь на моем диване! Ты спер плед и утащил на свою подстилку. Я честно все терпел. Но что тебе плохого сделали мои ботинки?! 
 
Зевс даже не пытался выйти из своего укрытия, хотя всегда встречал меня радостным лаем и "тыгыдымскими плясками". 
Но не в тот раз. 
– Что случилось? – сняв куртку, зябко потерла ладони.
– А ты полюбуйся! 
Рома отошел в сторону и мне стала видна коробка с осенними ботинками. Жёваными ботинками. 
Я ахнула. 
Мне было так жаль испорченную вещь, что в первый раз захотелось стукнуть Зевса. 
– Когда он их нашел?! 
– Вчера он их нашел, я сам достал коробку, положил на комод. На улице-то холодает. А этот гад... Знаешь, – Рома устало прикрыл глаза и покачал головой, – кажется, я начинаю жалеть, что привел в дом этого пса. 
Сергеев махнул рукой в сторону ванной и потянулся за своей курткой. 
– Ладно, что-нибудь придумаю с этим засранцем. Погуляешь с ним? Я в магазин. Работать буду сегодня дома. 
***
Не дожидаясь ответа, Рома вышел из квартиры, хлопнув дверью. 
Зевс тут же выбежал из ванной и начал прыгать около меня, напрашиваясь на ласку, а мне вдруг стало так страшно. Рома ведь и в самом деле расстроился и выглядел разочарованным. 
Гуляли мы в тот день недолго, во-первых, ледяной ветер не располагал к долгим прогулкам, а во-вторых, настроение у меня упало на уровень плинтуса. 
В квартиру мы вернулись уже через полчаса. Выполнили ритуал с мытьем лап и осели в гостиной. Зевс будто чувствовал, что я очень расстроена, и не просил играть с ним. Наоборот, подлез ко мне, уложив голову на колени, и замер, лишь иногда тяжело вздыхая. Так мы просидели какое-то время. Тихий пес и я, перебирающая его шерсть на загривке. Только когда мне на руку упала слезинка, поняла, что давно уже молчаливо плачу. 
Я пару секунд разглядывала соленую капельку на своей коже и сорвалась. Обняла Зевса за шею и уже всерьёз расплакалась:
– Ну что вот ты делаешь, балбес? Ты же умный пес, зачем специально Ромку доводишь, а? А если он тебя из дома выгорит? В приют сдаст? Думаешь, там тебе хорошо будет? Мясом каждый день кормить станут? Играть с тобой, гулять, прощать все? Зевс, ну как же так?
Тихие причитания срывались в рыдания, а потом все по новому кругу, до тех пор пока встревоженный мужской голос не прервал меня: 
– Уль? Уля, что случилось? Уль? 
Сильные руки обняли за плечи и оторвали от Зевса. Рома, обнимая, прижимал меня к себе и не знал что делать, то ли меня успокаивать, то ли пса ругать, поэтому делал все сразу: 
– Уляшь, ну что случилось? Мм? Зевс обидел? Это ты, морда бестолковая? Что опять наворотил? Улечка, ну скажи хоть что-нибудь! Он тебя укусил? Уль? Или с мамой что-то? Зевс, да что у вас тут случилось?! 
– Зе-евса жааалкоо, – смогла выдавить из себя, давясь слезами. – Ты на него разозлился...
– Та-а-ак, собака, иди еще пару ботинок сгрызи, что ли, – отпихивая лобастую голову от нас, пробормотал Ромка. – Только старые из шкафа возьми, новые дай хоть один раз надеть, будь человеком. Уль, ты чего так расстроилась? 
Осторожно приподняв мое лицо за подбородок, Рома заглянул мне в глаза. 
– У-уль, да ты что? 
– Ты сказал, что с Зевсом надо что-то делать, что жалеешь, что он у тебя есть, – тихо всхлипывала, пытаясь успокоиться, – и мне вас так жалко стало. И тебя, и пса этого упрямого. Вдруг ты его в приют сдашь, он вон сколько тебе хлопот доставляет. Я же вижу, тебя это каждый раз злит.
– Так ты из-за нас, что ли? Да дурочка же, ну психанул я чуть-чуть, ну подумаешь. Это же всего лишь вещи. Поехал еще купил, сразу три пары, с запасом. Уль. Да я же просто так ляпнул...