Шерлок Холмс на орбите

Мы осторожно пересекли улицу, приблизившись к двери склада. Потом постарались заглянуть внутрь через несколько окон, но все они были закрашены изнутри черной краской. Ничего иного не оставалось, как пробираться внутрь.
К счастью, петли не скрипнули, когда мы открыли дверь и проскользнули в здание. И снова мы заметили мерцающий свет, который наблюдали до этого, хотя и не могли никак определить его источник. Казалось, он исходит сразу из нескольких секторов, на которые это здание было разделено.
Огромное помещение, представшее перед нами, выглядело точно так, как и должен выглядеть заброшенный склад. Несколько покрытых пылью ящиков и какие-то предметы, валяющиеся на полу. Я был уверен, что мой друг Шерлок Холмс видит гораздо больше, чем я, но для меня все казалось вполне обычным. За исключением, конечно, этого жутковатого сияния, которое манило нас, словно мотыльков на огонь. Оставалось только надеяться, что исход не будет столь же плачевным.
Холмс шел впереди, как всегда заинтересованный, но все же осторожный и слегка взволнованный. Свернув за первую перегородку, мы услышали рычание, которое сначала показалось знакомым, но потом нас удивило, потому что это не был один рык, а сразу несколько.
— Так-так, — произнес Холмс, осторожно приближаясь к ряду из шести клеток, аккуратно выстроенных вдоль стены. — Как я вижу, Аполлон не такая уж и редкая собака.
— Боже мой! — сказал я. Перед нами сидели и рычали шесть совершенно одинаковых пит-терьеров, все настолько похожие на собаку лорда Фартингтона, как будто бы они были из одного помета. — Не кажется ли вам, что собака Фартингтона была заменена одним из этих существ?
Холмс как-то странно и задумчиво улыбнулся.
— Нет, Уотсон. Я осмелюсь высказать предположение, что лорд Фартингтон действительно получил обратно своего Аполлона.
— Тогда что же это за «подделки»?
— Подделки не то слово, — ответил Холмс, внимательно изучая животных. — Но что бы за этим ни скрывалось, мне кажется, ответ находится за другими перегородками.
Собравшись с духом, мы двинулись дальше по обширному складу. Завернув за вторую перегородку, мы стали свидетелями самого странного зрелища, какое я когда-либо видел.
Это походило на кошмарный вариант лабораторного оборудования, которым так увлекался Холмс, увеличенного до гигантских размеров и совершенно невероятных форм. Там стояли ряды за рядами необычайно больших стеклянных банок, заполненных металлическими кругами, излучающими янтарное сияние. Огромная панель управления с циферблатами и рычагами соединялась с ними и другими приспособлениями посредством утолщенного телеграфного провода или кабеля, какой использовался в новых электрических системах Свана и Эдисона.
С потолка свешивались три кристаллических цилиндра, наполненных дымчатыми газами, с зеркальными поверхностями по обеим сторонам. Они, казалось, были сфокусированы на небольшой трехгранной платформе, боковые стороны и верх которой были разрисованы параллельными полосами с интервалом в один дюйм. Точно такая же платформа стояла чуть поодаль и на ней тоже были сфокусированы кристаллические цилиндры, и все это соединялось с панелью управления мириадами проводов и кабелей.
— Клянусь, это выглядит, словно лаборатория самого дьявола, — предположил я. — Какая же невиданная сила на земле может служить источником энергии этого не имеющего подобия оборудования?
— Лучше было бы спросить «какая сила в земле?»
Холмс подошел к одному концу огромного склада, где пол был вскрыт.
Массивные кабели тянулись от контрольной панели к вырытой в земле яме — настолько глубокой, что я не мог разглядеть дна. Мне показалось, будто я слышу шипение паровых цилиндров далеко-далеко под нами, но я не был уверен.
— Что вы скажете об этом, Холмс?
— Возможно, некий вид геотермальной энергии от горячего подземного источника. Но должен признаться, что я не понимаю использованного здесь принципа.
В этот момент неожиданно сзади раздался голос.
— Вы неплохо соображаете, сэр. Гораздо лучше, чем большинство ваших современников, осмелюсь сказать.
 
Холмс резко повернулся, я несколько более медленно. На нас смотрели около дюжины мужчин с разнообразным оружием в руках, явно криминального вида, чья внешность представляла резкий контраст с хорошо одетым человеком, возглавлявшим их. Он выглядел немного полноватым, был в шляпе-котелке, которая казалась на несколько размеров меньше его кудрявой головы. На носу торчали очки в тонкой оправе, а густые усы и борода почти закрывали красные губы.
— Предполагаю, — продолжил человек, — что даже незваные гости заслуживают того, чтобы им представились, особенно если это знаменитые Шерлок Холмс и доктор Уотсон…
Холмс кивком головы признал его правоту.
— А вы кто такой, сэр?
— Сильвестр Роузварн, профессор физики и любитель-инженер, интересующийся некоторыми практическими дисциплинами. Могу добавить также: тот, кто захватил вас в плен.
Холмс вроде бы не заметил этой угрозы, с восхищением рассматривая окружавшее его оборудование.
— Мне кажется, вы сами изобрели эти превосходные устройства?
Профессор Роузварн с гордостью выпятил грудь.
— Вам нравится, не правда ли? Я так и думал. Интересно, понимаете ли вы в полной мере, что это такое?
— Я не собираюсь заявлять, будто понимаю внутреннее строение этих механизмов, — ответил Холмс, — но могу сделать вывод, что они служат для редупликации материи. В частности, с их помощью можно получать точные копии предметов, таких, например, как ботинки рабочего или пит-терьер аристократа.
— Вы шутите, Холмс, — возразил я.
— Нет, я говорю правду.
— Вы совершенно правы, — сказал Роузварн. — Нетрудно было догадаться про собак, но как вы узнали про ботинки?
— Во дворе у лорда Фартингтона я увидел свежие следы той пары ботинок, которая, как я знаю, сейчас находится под замком в полиции.
— Что! — профессор Роузварн резко выпрямился и повернулся к бандитам, стоявшим слева от него. — Росс, разве я не приказал тебе избавиться от всех ботинок, после того как мы закончим проверку устройства?
Тот, кого назвали Россом, съежился от страха и нервно заморгал, глаза его забегали.
— Я так и сделал, сэр! Так и сделал!
— Как?
Росс струсил, словно собака, стегнутая кнутом.
— Ну… я отдал пару своему дружку, Эдди Мэнглзу, а остальные… остальные продал в лавку подержанных вещей за углом.
— Такова подоплека дела Лестрейда, — сказал Холмс, усмехнувшись.
— Мы обсудим твое поведение позже, Росс.
Профессор Роузварн повернулся к Холмсу, обратившись к нему более спокойно, но все же довольно грозно.
— Итак, я вижу, что у нас только один стул для наших нежданных гостей. Нужно вспомнить о приличных манерах. Давайте исправим эту оплошность, а заодно и продемонстрируем прославленному мистеру Холмсу наше устройство в действии. Росс, поставь этот стул на передатчик!
— Есть, сэр! — Росс торопливо подбежал к стулу. Это был обычный деревянный стул, в меру прочный, не очень изысканный, но для сидения пригодный. Росс поставил его на первую из двух трехгранных платформ, прямо в ее центр.
Все еще находясь под прицелом оружия, мы с Холмсом смотрели на то, как профессор Роузварн подошел к причудливо сконструированной панели управления и начал нажимать кнопки, поворачивать ручки и двигать рычаги. Откуда-то из глубины донеслось ритмическое шипение цилиндров парового двигателя; оно все убыстрялось и становилось громче.
Пританцовывая у панели управления и дергая за рычаги, Роузварн, с его грузным телом и тонкими ногами, походил на лягушку. Но когда гул усилился, наше внимание привлекли наполненные газом цилиндры, свешивающиеся с потолка. По всей вероятности, они были подключены к источнику электрического тока, так как по их внешней поверхности побежали искры, похожие на быстрых, изворотливых змеек. Они, скорее всего, и вызвали реакцию внутри цилиндров, которые засветились уже немного другим цветом.