Я ем города, морями запиваю (СИ)
— Вот как, — Валентина прищурилась. С новым интересом оглядела обеих гостий. А потом медленно сказала: — Так в чем же дело, милый, почему бы тебе и в самом деле не оставить здесь эту милую девочку?
— Чего? — обомлел Мельник. — На хрена?
— Ну, как же, ты у меня такой забывчивый, — легонько попеняла ему Валентина, качая с осуждением головой. — Нам же скоро понадобится помощь с маленьким. У меня театр, у тебя — игры. Так почему бы не поручить заботу о малыше твоей сестренке? Девочка, скажи, ты хорошо ладишь с младенцами?
В оглушительной звенящей тишине Данила в полном охренении отчетливо услышал, как бьются об пол минимум две челюсти. Его собственная и тети Веры.
[1] Миха — прозвище Михаила Месхи
???
Глава 14
1969 год. Апрель. Москва
Рожу дяде Кеше Мельник все-таки набил. Родственник умудрился на следующий день после визита тети Веры заявиться на квартиру к Даниле в компании с какими-то двумя утырками и с порога принялся качать права. За что и огреб маленько от мрачного племянника. Ну а что, расстроил его дядя всерьез — Мельник ведь загорелся узнать побольше о своих здешних родителях и намеревался самым тщательным образом изучить семейный архив. А вместо этого парень услышал рабоче-крестьянский матерок, тупые угрозы, приправленные щедрым водочно-пивным перегаром, да «насладился» зрелищем хануриков, что решили вдруг, будто они являются достойными конкурентами Григорьева или Попенченко, и потому активно махали кулаками у него перед лицом[1].
Пришлось сначала аккуратно, чтобы не покалечить, вмазать дяде Кеше в «бороду», а потом легкими затрещинами сопроводить его верных оруженосцев до начала лестницы между этажами. А там уж придать им дополнительное ускорение при помощи пары смачных пинков. Алкаши попытались было ерепениться и кричать какие-то смешные угрозы с площадки возле мусоропровода, но, стоило Даниле спуститься к ним всего на одну ступеньку, как они молниеносно ссыпались вниз по лестнице. Только дробный стук каблуков некоторое время слышался.
Вернувшись к распахнутой настежь двери своей квартиры, Мельник негромко чертыхнулся. Вот ведь, не хотел же, чтобы соседи стали свидетелями его семейных разборок, но куда там. Из расположенной напротив такой же «однушки», как и у самого Данилы, уже высунула лисью мордочку любопытная соседка, которую весь дом звал просто «тетя Зина». А это означало, что все даже мельчайшие подробности сегодняшнего инцидента станут известны самое позднее к завтрашнему утру всем заинтересованным жильцам.
— Извините за беспокойство, теть Зин, — покаялся Мельник, беря за шиворот уже начавшего подавать признаки жизни дядюшку. — Родственник вот в гости заглянул, но сомлел маленько. После работы, устал. Да и здоровье подкачало. Слабый он. — С этими словами парень без особого пиетета затолкал мычащего что-то нечленораздельное дядю Кешу в свою квартиру. И плотно прикрыл входную дверь, стойко игнорируя пулеметную очередь вопросов изнывающей от любопытства соседки.
— Вот на хрена? — задал риторический вопрос Данила, пытаясь усадить кренящегося на бок родственника на банкетку в прихожей. — Что «гы»? На хрена, спрашиваю, на весь дом меня опозорил? Добавить бы тебе еще, зараза! Да сиди уже, Аника-воин, — Мельник без особого труда отбросил дядькины руки. — Ишь ты, смотри-ка, как быстро очухался, опять драться лезет. Не придется, значит, из душа поливать.
В итоге, примерно через час, когда дядя Кеша мало-мальски смог нормально передвигаться и окончательно пришел в себя, Данила провел с ним нелицеприятную беседу и отправил домой, разорившись на такси и жестко предупредив напоследок, чтобы в следующий раз документы родительские все же оказались у законного наследника. Вроде, дошло. А там, бог весть. Не исключено, что придется обращаться к кому-нибудь из милицейских кураторов «Динамо» — терпеть выкрутасы родни больше не хотелось. Да и засветить ситуацию следовало первым, иначе, чего доброго, тетя Вера закидает все возможные инстанции жалобами и заявлениями, представ пострадавшей стороной. Нет уж, лучше пусть отцы-командиры узнают о конфликте в интерпретации Мельника.
Следующим утром команда улетала в Одессу. Странное дело, если подумать, ведь именно с Южной Пальмиры для Данилы и началась новая жизнь почти год назад. Надо же, как быстро летит время. И, оглядываясь назад, парень мог с полным на то основанием сказать, что прожил этот год довольно результативно. Судите сами: игрок основы «Динамо», мастер спорта, привлекается в сборную команду СССР. А еще умудрился закадрить совершенно роскошную женщину. Хотя, здесь еще большой вопрос, кто кого закадрил. Да и обуревают в последнее время тяжелые мысли о том, стоит ли вообще продолжать эту связь? Особенно, после шутки Малявиной насчет беременности. Смех смехом, а седых волос у Мельника после этого явно прибавилось.
В аэропорту, едва динамовцы вышли из автобуса, на Бескова насела целая орава репортеров. Всех интересовала не столько последняя игра клуба, но как будет готовиться команда к финалу Кубка обладателей кубков. Как не крути, но событие для советского футбола довольно значимое. Не каждый день на кону оказывается один из двух важнейших европейских клубных трофеев. Хотя, разумеется, матч с «Кельном» тоже в вопросах всплыл. Правда, по большей части, применительно к личности Мельника, как главной звезды той встречи.
— Константин Иванович, — настойчиво допытывался у старшего тренера корреспондент «Известий». — Расскажите нашим читателям, как вам удалось воспитать столь яркого форварда?
— У нас играет команда, а не отдельные личности, — сухо ответил Бесков. Чувствовалось, что беседа в подобном ключе ему не слишком нравится. — Поэтому я не стал бы делать акцент на одном игроке.
— Но вы же не будете отрицать, что Мельник добавляет изрядную остроту в действия вашей атакующей линии? — не унимался репортер. — Да и его необычные финты и удары — даже мировые знаменитости не всегда демонстрируют столь богатый технический арсенал. Я слышал, что за рубежом некоторые приемы уже так и называют: «Финт Мельника».
— Повторяю, — окончательно закаменел лицом Константин Иванович. — Я отвечаю за всю команду. И петь дифирамбы одному, пусть и не бесталанному, молодому игроку не стану. Да и вам не советую. Мельник только начинает свой путь в большом спорте. Вот когда он покажет такой же высокий уровень на протяжении хотя бы четырех-пяти сезонов, тогда и поговорим о его уникальности. Слишком много на моей памяти было молодых футболистов, которые ярко вспыхнули, но так же быстро и погасли. Как бенгальский огонь.
— Слыхал, Малой, Бес тебя с фейерверком сравнил, — толкнул товарища в бок Семин. Шилопопый Юрка не поленился и сходил погрел уши в задних рядах пишущей братии. А теперь вернулся и уселся рядом с Мельником. Футболисты расположились на креслах в зале ожидания и наблюдали за импровизированной пресс-конференцией со стороны. Данила равнодушно пожал плечами. Ну, сравнил и сравнил, что за печаль? Мельник поправил модные широкие солнцезащитные очки, за стеклами которых прятал синяки, и зашелестел страницами «Советского спорта».
Журналисты высказывались о перспективах «Динамо» в финальном матче весьма осторожно. Многие напоминали читателям о том, что в прошлом Бесков уже сражался с испанцами за золото европейского первенства, когда руководил сборной командой страны, но уступил. Поэтому игра с «Барселоной» обещала стать сверхпринципиальной для старшего тренера москвичей.
— Данька, а как у тебя дела с «молодежкой» обстоят? — лениво осведомился Юрка. — Разрешили из клуба на первенство ездить?
— Черт его знает, — снова пожал плечами Мельник. — Я ведь с Лядиным пока не встречался, а наши бугры молчат, как рыбы об лед. Знаешь, мне, в принципе, без разницы. Скажут, что можно сгонять и сыграть, так съезжу. Нет — значит, нет. Кубок кубков интереснее. А там, — Данила пренебрежительно скривился. — Все равно никого из известных футболистов не ожидается. — И тут же молодой игрок негромко зашипел от резкой боли в разбитой губе. — Вот, зараза, скорей бы уже зажила.