Герцог для королевы

Может, и к лучшему. Не нравилась она мне. И взгляд у нее остро и неприятно напоминал то, как пялилась на меня Пашина любовница.
Выждав еще немного, я решила осмотреть комнату.
Над кроватью слева висел толстый шнур. Он вел к колокольчику в комнате прислуги и заменял тут телефонную связь. При необходимости стоило подергать, и к тебе сразу прибегут на помощь.
На всякий случай я посмотрела, куда тянется веревка, и обнаружила, что она испорчена – шнур обрезан у самого основания. То есть случись что – помощи можно не ждать. Хотя интуиция мне подсказывала, что даже будь колокольчик в порядке и позвони я в него – не факт, что ко мне бы поспешили.
Странные служанки, намеки от священника, еда, которую не стоит есть… Теперь вот испорченный шнур. Вот так дела!
Последнюю книжку пришлось оставить на утро. Выжидать дальше смысла не имело. Нужно было действовать.
Взяв со стола лампу, оставленную служанкой, я прошла в гардероб. Натянула обратно прогулочное платье, прокляв всю тысячу крючков, на которые оно застегивалось. Корсет завязала слабо – лишь бы держался, а на талии прихватила дополнительным поясом, чтобы не расходилось.
Теперь нужно было привести эту юную королеву в божеский вид. И не только в приличный, но и соблазнительный. Очень странно было смотреть в отражение, понимая, что это теперь ты. Ты, а не чужая девчонка с испуганными глазищами и пухлыми щеками.
Надевать корону на ночную прогулку было опасно: тяжелая и на голове держится слабо. Упадет – грохота будет на ползамка. А для знатной дамы выходить на люди без украшений – все равно что ходить голой, это я по книжкам помнила. Так что даже на тайную вылазку придется наряжаться.
Я тремя костяными шпильками забрала волосы в легкий пучок, накинула сверху цепочку с прозрачным камнем, которая не имела застежки и была слишком мала, чтобы пролезла голова. Забрала пучок тонкой сеткой с мелкими жемчужинами – получилось красиво и удобно.
Теперь стоило как следует рассмотреть себя в зеркале и понять, что я могу исправить на скорую руку.
– И что в тебе нашел король? – спросила я свое отражение.
Да, девушка оказалась простовата, и монарший выбор вызывал удивление. Пара сеансов у косметолога, хороший макияж и месяц диеты вполне спасли бы ситуацию, но в замке не было ни первого, ни второго. Единственное, что мне тут радостно обеспечили, так это третье – живот уже подводило от голода.
Порыскав по ящичкам столика, я нашла примитивную косметику – какой-то тонкий уголь, сажу, розовую мазь в баночке, белила и толченый перламутр. Уже что-то.
Через пару минут на меня смотрела вполне привлекательная барышня, которую я так и не привыкла еще считать собой: глаза, подведенные темными тенями, раскрылись удивленно, ресницы удлинились, щеки, наоборот, потеряли округлость и стали бледнее, а губы – полнее и ярче. На свету такой макияж смотрелся бы плохо, но в полумраке ночного замка вполне годился.
Из украшений я выбрала самые легкие округлые серьги, чтобы не мешались. Кольца, наоборот, сняла. На шею накинула толстую цепочку с синим камнем – в нем словно кусок тумана заперли, так он переливался и клубился внутри.
Взвесила в руках ожерелье с сапфирами, к которому тянуло как магнитом, и сожалением положила его обратно. Слишком тяжелое.
На ноги надела плотные потертые ботиночки, то ли попавшие в гардероб по ошибке, то ли принадлежавшие служанке. Они были чуть широковаты, но куда лучше спадающих на ходу непрочных туфелек.
Накинула плащ с капюшоном, взяла в руки лампу. Готова?
Вот и хорошо, девочка. А теперь пора вытащить нас с тобой из этой задницы, в которую нас кто-то засунул. Совместим твою невинность, если она у тебя осталась, и мой опыт. Ох и бомба будет…
Проблем было две – пройти мимо служанки так, чтобы она не проснулась, и миновать стражу на дверях, ухитрившись убедить их оставаться на месте. Свидетели этой ночью были ни к чему.
С первой задачей я справилась. Сжав ботинки в руках, призраком проскользила мимо комнаты прислуги – там царила тишина.
 
Я толкнула тяжелую створку, заранее готовясь к тому, что придется выкручиваться, чтобы стража не увязалась за мной. Но за дверью было пусто. Вернее, там сидел Карась и смотрел на меня так, как могут смотреть только кошки – как на недалекую, но все же любимую хозяйку.
Я огляделась – никаких стражников. Странно, ведь священник говорил, что меня должны охранять круглые сутки.
Но что бы ни происходило этой ночью, пока оно играло мне на руку.
– Пойдем, наглая морда. Проверим, хорошо ли я запомнила дорогу.
До лестницы, ведущей на второй этаж к покоям великих герцогов, я добралась без приключений. Дорогу я запомнила – поворот налево, прямо и направо по узкому коридору в общий холл.
Дважды пережидала, пока по коридору пройдут стражники. Карасик ухитрялся их услышать заранее, муркал тревожно, и я успевала спрятаться в ниши, где стояли то каменные вазы, то статуи все тех же горгулий. Вблизи страхолюдины выглядели еще страшнее, но выбора особо не было.
Шум веселья, доносившийся со второго этажа, уже стих, однако на лестнице валялись обрывки каких-то тряпок, ножны, осколки толстого стекла и глиняные черепки.
Гуляли тут от всей души, с размахом. Похоже, что смерть короля Джастина в этой части замка стала доброй вестью.
От большого круглого зала, в середине которого сидела горгулья (опять!), расходились три широких коридора. Герцогов трое. Кто из них Грошовый наследник без надежды на корону? По какому коридору идти?
Карасик подсказывать не спешил, заинтересовавшись разлитым по полу вином, около которого виднелись следы мокрых мышиных лапок.
 
13. Великие герцоги
 
Я подошла к левому коридору, но меня остановили голоса, которые раздавались из правого.
– О, ну уж ты своего не упустишь, Тармель! Небось сейчас жалеешь, что тогда спас меня на охоте. Ты ведь проткнул того кабана, который загнал нас в пещеру… Раз! Один удар. И все. Я помню, – голос был пьяный, путал слова, то и дело переходил с шепота на крик.
– Пойдем, Гектор. Я зверски устал и хочу спать. Эти бабы кого угодно доведут до гроба. Как Джастина. Хотя вроде все сделал правильно. Всех обманул. Сколько ему принцесс возили, а? А он нашел себе родовитую, тихую, спокойную овцу. Я всю свадьбу думал, что она немая. А Джастин получил лишний порт и все деньги Харта. И караваны.
– И помер. Я знаю, знаю… это она его убила. Хартская ведьма. Уууу… зараза! Один вред от них. Вот эта, которая тут вертелась… в красном…
– Баронесса?
Собеседник срифмовал неприлично и сам над своей шуткой заржал.
– Да, она. Думает, если залезет ко мне под одеяло – станет королевой. И все… Будто бы я баб в своей жизни не видел.
– Гектор, твоя голова ждет корону. Я понимаю всех этих… Баронесса была слишком настойчива, но она весьма любвеобильна, и я бы на твоем месте…
– Предлагаешь мне жениться на той, которая танцевала перед нами на бочке с вином?
Раздался взрыв хохота.
Оба герцога наконец показались из-за поворота. Хорошо, что я успела укрыться под широкими крыльями горгульи и задуть лампу.
– Нет! Это же невеста Ксандра, не хочу перебегать ему дорогу.
– Тармель, ты перешел ему дорогу в тот момент, когда родился.
Тот, кого называли Тармель, был высок, светловолос и хорошо сложен. Единственное, что его портило – короткий словно срезанный подбородок. На правой руке не хватало двух пальцев – большого и указательного. Увечье было старым и герцога не беспокоило – он небрежно размахивал рукой, поясняя каждое слово.
– Гектор, что за глупости приходят тебе в голову после четвертого кувшина вина? Назначь баронессу придворной дамой, и она будет стеречь твою будущую супругу получше, чем все овчарки Горного княжества. И донну Амалию тоже. Пусть обе сомневаются в твоей благосклонности и не чувствуют себя уверенно. Они будут слишком заняты борьбой друг с другом, чтобы серьезно навредить королеве, и при этом не выпустят ее из поля зрения.